.
Советники остались недовольны его ответом, но давить не стали: Люциан хоть и вел себя мягко, но перегибать палку в общении с ним не стоило.
– Значит, вы предлагаете просто сидеть и ждать изменений в мире, вместо того чтобы пытаться найти владыку демонов? – уточнил один из наблюдателей, стоявших у стены.
– Не совсем, – ответил Люциан. – Мы продолжим делать то, что делали. Нападения на селения не прекратятся, так что нельзя терять бдительность. Я подумываю договориться с владычицей Неба и попросить у нее несколько адептов нам в помощь.
– Зачем?
– Я проанализировал ситуацию с нападениями темных тварей в других кланах и пришел к выводу, что в клане Неба дела обстоят лучше – на них почти не нападают. Думаю, все дело в скорости реагирования. Умение летать помогает поднебесникам добираться до пораженной области прежде, чем твари все разнесут, и я хочу, чтобы у нас тоже был отряд, который быстро поможет с обороной.
– Сомневаюсь, что владычица Неба согласится рисковать своими людьми ради наших. Если вы попросите ее об этом в открытую, другие кланы пожелают того же.
Люциан сверкнул золотистыми радужками.
– Я сделаю это не в открытую.
Услышав его ответ, Лион вскинул брови. Он, видимо, настолько привык наблюдать за владыкой Луны честное и бесхитростное поведение, что наверняка даже не думал, что тот мог действовать лукаво и исподтишка. Прямо как Кай.
В отличие от Бога Обмана, никто из членов совета удивления не выказал, они лишь переглянулись и один за другим начали соглашаться:
– В таком случае это неплохая идея.
– Клан Неба и впрямь способен оказать помощь, но они определенно потребуют что-то взамен. Их владычица давно положила на вас глаз и много раз предлагала объединить наши кланы, вы не думаете, что она может запросить то, что вы не выполните?
– Не спешите говорить о цене, пока предложение не озвучено, – спокойно ответил Люциан, тем самым закрывая тему женитьбы.
Совет затянулся до позднего вечера, но никто не ушел даже среди тех, кто стоял возле стен. А все потому, что разразилось бурное обсуждение тактики реагирования на существование Асдэма. Позиция Люциана: «Мы не станем трогать Несуществующий город» мало кому пришлась по душе. Многие начали агитировать его пойти войной на Асдэм, увещевая, что если на одного могущественного станет меньше, то это никому не навредит, лишь поможет.
Люциан же не мог объяснить соклановцам, что Кай – темное начало, а не могущественный демон, и его смерть не только не поможет, а, наоборот, усугубит положение в мире. Защищать его, утаивая эту часть информации, было сложно. Тот факт, что могущественный демон – сущее зло, среди заклинателей устоялся настолько, что поверить в обратное было почти немыслимо. Люциан не мог поведать и о началах, потому что тогда пришлось бы рассказывать и о себе, и о своих снах, – вообще пуститься в бредни сумасшедшего, ведь не будь он замешан в этом больше остальных, сам бы в такое не поверил.
– Вы не можете вестись на слова владыки тьмы о его мирной позиции по отношению к смертным и заклинателям. Могущественные демоны непредсказуемы: сегодня они хотят одно, завтра другое. Верить на слово – абсурд! Нужно убить владыку тьмы, даже если он не является владыкой демонов.
– Кто сказал, что я верю его словам? – Голос Люциана звучал как шелест ветра перед бурей. – Я делаю выводы исходя из собственных наблюдений, а не опираясь на чужие заверения. Не вижу смысла идти войной на Асдэм. Даже если мы достигнем успеха и пройдем через барьер, убить владыку тьмы не сможем.
– Это еще почему? Если собрать отряд магистров из нескольких кланов, призвать бессмертных, то, каким бы старым ни был могущественный демон, мы его изловим и запрем на века.
Люциан бесшумно вздохнул. Ему не хотелось раскрывать чужие секреты, но у него не осталось другого выхода. Поскольку он не мог рассказать о началах, то мог хотя бы поведать о демонической сущности Кая, в которую все советники с легкостью бы поверили. Требовалось раз и навсегда отвести внимание от Асдэма и его правителя, ведь то, что советники сосредоточились на более досягаемом злодее, не шло на пользу. К тому же это был не главный антагонист их истории.
– Даже если пойдем на владыку тьмы четырьмя кланами, все равно не изловим его. – Люциан начал издалека и расплывчато. – Всем известно, что могущественные демоны опасны не только потому, что они сильны и их сложно убить, но и из-за своей основной способности, дарованной после перерождения. Владыка демонов может перевоплощаться, Тоска – манипулировать людскими чувствами, Мрачный шепот – сеять интриги и слухи, а владыка тьмы – поглощать хаос, порождаемый этим миром. Наблюдая за ним, я понял, что демонов хаоса можно отнести к высшим демонам. Любое нападение, скандал, даже разбитая ваза порождают хаос, который является основой силы владыки тьмы. Когда он находится в Асдэме – городе, где всегда царит безумие, – его темная аура начинает застилать землю, как ковер осенних листьев, демонстрируя мощь своего хозяина. Я видел, как он поглощает разрушительную энергию хаоса, так что его способность реальна и очень опасна.
Слова Люциана вынудили всех замолчать и погрузиться в раздумья. Тень недоверия не покинула лиц советников, но значительно потускнела, показывая, что они начинали прислушиваться к нему.
– Пожиратель хаоса? Это значит, что если начнется битва… – Один советник посмотрел на другого.
– Он будет становиться только сильнее. – Его сосед кивнул.
– Владыка… а вы точно ничего не напутали? – осторожно спросил мужчина, стоящий у стены. – Могущественные демоны питаются душами, с каких пор они начали поглощать нечто другое?
– Они всегда могли поглощать нечто другое, просто вы об этом не знали, – со смешком произнес Лион. За прошедшие полдня он так обжился в зале совета, что сейчас расселся на тумбе, пока остальные стояли, и даже дерзнул ответить вместо Люциана. – Я живу сотни лет и столько же наблюдаю за демонами, уж поверьте, их возможности обширнее, чем кажется на первый взгляд.
После его слов кто-то испуганно ахнул, но бо́льшая часть осталась стоять с холодными каменными масками на лицах. Задавший вопрос мужчина лишь хмуро покосился на бессмертного. То ли осуждал его за вмешательство, то ли просто не оценил слов, но в любом случае не стал упрекать за то, что ответил вместо Люциана. В зале, куда набилось не меньше ста человек, – да и в самом клане Луны – Лион был единственным долгожителем. Таким заклинателям дозволялось многое, за исключением вечного правления, конечно, но это не значило, что их никто не мог осадить. Просто Люциан не стал этого делать, потому что Лион играл ему на руку.
Один из советников посмотрел на Люциана.
– И вы готовы смириться с тем, что в нашем мире существует настолько сильная тварь?
– Он не в нашем мире, – спокойно напомнил владыка Луны. – Асдэм находится на пересечении двух миров.
– Это отговорка, – отмахнулся советник. – Если из Асдэма можно попасть в наш мир, то считайте, что владыка тьмы существует здесь.
– Владыка тьмы ограничен в передвижениях, – снова прозвучал голос Лиона. – Он не способен вынести свою мощь за пределы Несуществующего города, я понял это, пока жил в Асдэме. Слышал, божества наложили на него ограничение, из-за которого в мире живых он становится почти бессильным. Его даже можно убить. – Лион злобно ухмыльнулся. Он сидел, расставив ноги и уперев ладонь в колено, его поза напоминала позу бандита, собирающего головорезов на очередной набег.
– Почти бессильным? – Советники заинтересованно зашептались и начали один за другим оборачиваться к Лиону. – Он часто покидает Асдэм? Его можно убить в таком состоянии? – спрашивали они.
– Он часто покидает Асдэм, и его можно убить, – уверенно ответил Лион.
Не зная, врет он сейчас или нет, Люциан кинул вопросительный взгляд на Эриаса. Тот лишь хмыкнул в ответ и согласно моргнул, подтверждая, что Хаски просто заговаривал зубы.
– Вы знаете, как он выглядит? И где чаще всего появляется? – не унимались советники.
