Уже на низком старте Царство Иудейское, Трансиордания, Ливан. Наши спецслужбы работают, ищут выморочные вклады по всему миру. Сейчас важно создать прецедент, дальше будет легче.
— Бьем по слабому звену, — сообразил Николай. — Чем могу, помогу. Давайте так, я направлю к вам своего товарища. Посвятите его в проблему. Там уже решим, как лучше всего бить.
— Анатолия Германовича? — Шестаков продемонстрировал редкую осведомленность о внутреннем распределении обязанностей в вотчине князя.
— Да.
— Достойно. Буду рад передать все, что знаю.
— Со своей стороны прошу не серчать, когда я приду с прошением на увеличение бюджета.
— Быстро работаете, Николай Аристархович! — восхитился министр Финансов. — Неужели так быстро все выгребли?
— Пока бюджет держу, но чувствую, он уже трещит. Уж больно много больных точек вскрывается. Сами понимаете, приходится запускать руки в отдельные фонды, — больше необходимого Николай не раскрывался.
Даже всесильный и непробиваемый министр Финансов знает далеко не все. Однако, при формировании бюджета Управления на этот год действительно все проявили неумеренный оптимизм. Никто и подумать не мог, что смелый ход с поддержкой европейских правых повлечет за собой такие расходы.
— Как придете с проектом, так поговорим, — поставил точку Шестаков.
Николай полминуты сидел неподвижно, уставив немигающий взгляд в окно. Да, слишком многое приходится держать в голове. Слишком много дел ложится на плечи одновременно. Ничего, рано или поздно, и эти стены рухнут. Князь машинально потянулся за сигаретами, затем забросил пачку в ящик стола. Пока не сильно хочется, можно потерпеть.
Начальник управления привел мысли в порядок, затем вызвал господина Яшина. Этому товарищу придется брать на себя сопровождение атаки наших финансистов и юристов. Сам Николай не собирался забивать себе голову лишними заботами. Не дети чай, сами справятся. Следующим шагом звонок Шаховскому.
— Сергей Игоревич, я по Барселоне и Африке. Напомните, это вы говорили, что на форум приедет Саманта Пауэр?
— Сам не помню, говорил ли вам, но она приедет. Вы по службе, или личным мотивам интересуетесь?
— По личным, — не удержался Николай. — Многие говорили, многие хвалили. Сам хочу встретиться и оценить.
— Человек неглупый. В остальном на любителя.
— Это мне и интересно. Все же повезло нам, что смогли вовремя поймать и заинтересовать такого человека. Самому любопытно пообщаться в неформальной обстановке.
— Так она вам в матери годится! — притворно ужаснулся Шаховской.
— Президент США мне годится в прадеды, — не остался в долгу князь. — Однако, именно вам придется сопровождать наших переговорщиков при следующей встрече. Ладно. Меня интересуют религиозные трения в Экваториальной Африке. Полный расклад, со всеми нюансами и схемой взаимных интересов. Распорядитесь, чтоб аналитики поработали. Заодно, прошу дайте им втык за последний прогноз по Камеруну. На редкость безалаберная безобразная работа. За такой подход к службе при Петре секли нещадно.
— По Камеруну моя вина, Николай Аристархович. Задал неверные векторы.
— Значит вас буду сечь, Сергей Игоревич. Мне было крайне неприятно, когда мы прохлопали возрождение негритянских культов. Прошу, больше такого не допускать.
Николай положил трубку. Профилактическое «фи» высказано, можно работать дальше. Следующим после Нигерии как раз Камерун. Люди по этой территории работают, но рождаемость в диких регионах надо валить разом, комплексно, системно. Если запустить, будет хуже, получим еще одну пустыню и пирамиды черепов повыше Египетских.
Да и депортировать европейских негров лучше в естественную среду обитания. Для этого надо подготовить базу. Пусть сам Николай на встрече с европейскими адекватными политиками в шутку предложил, не задумываться над техническими вопросами, а свозить всех баржами в Ливию, но в душе понимал, шутка шуткой, а лучше не плодить лишние жертвы. Нет смысла добивать окончательно и так несчастную страну на краю пустыни.
Ближе к вечеру позвонила Лена.
— Коля, мне дают отставку. Через три дня ухожу.
— Любимая! — чуть сердце не прихватило от радости. — Ты теперь совершенно свободна!
— А ты?
— Я нет. Мое сердце занято, — чуть помедлив добавил: — Тобой.
— Ну, Коля! — с придыханием.
— Тебе нужна квартира, — сообразил князь. Сам бы он с радостью на руках внес бы Лену в свой дом, но пока нельзя. Не-комильфо. Чертовы приличия! — Я сниму. Давай выберем, где тебе удобнее.
— Мне все равно. Главное рядом с тобой.
Глава 33
21 мая 2025
— Покидаете нас? — господин Комаров поднял глаза на Максима и взялся за ручку.
— Да, — самый неприятный момент. Максиму за всю его жизнь несколько раз приходилось писать «По собственному желанию», всегда по своей инициативе, всегда при этом чувствовал себя немножко виноватым.
— Очень жаль. Мы с вами сработались, — Порфирий Ефимович подписал заявление и со вздохом переложил бумагу в канцелярский лоток. — Три дня на завершение и передачу дел. С нашей спецификой, считаем, что это время на обдумать.
— Я уже обдумал.
— Тогда не смею удерживать, — директор развел руками и по-доброму улыбнулся. — Полный расчет получите в последний день, как по «Трудовому уложению» положено. С премиальными не обижу. Вы нам очень помогли, Максим Викторович.
В чем недостаток таких вот маленьких артелей, так любая новость в мгновение ока становится достоянием общественности. Прислушивавшаяся к разговору Евдокия резко отвернулась и опустила глаза в стол. Рейган обмяк в кресле растекшись медузой.
— Я так и думал, такого человека мы надолго не удержим, — выдохнул Иван Грегорович, подняв взгляд к потолку.
— Я еще не прощаюсь. Три дня будете терпеть, — Максим положил руку на плечо Рейгана.
— Все равно жалко. Вы у нас первое увольнение за шесть лет.
— Ну, извините, подпортил статистику.
На первом же перекуре Рейган не утерпел, вышел вслед за Максимом. Лезть с расспросами главред не спешил. Остановился рядом, закурил. Только затем, как бы невзначай поинтересовался:
— По профилю уходите?
— Да, Иван Грегорович.
— Ну и правильно. Уж извините, но в нашем деле задерживаются или фанатики, или неудачники. На первого вы непохожи, а судьбы вторых не желаю.
Неожиданный ход. Максим даже растерялся от такого откровения.
— Вы фанатик?
— Нет. Второй вариант.
— Не могу поверить, — Максим покачал головой.
— Есть такое. Рассказывать не буду, связано с вопросом чести другого человека, но внутри не так все хорошо бывает, как мы стараемся показать.
Каких-либо срочных дел нет. Старые вопросы Максим тоже добил заранее. Сегодня он откровенно бездельничал. Коллеги тоже не теребили расспросами, хотя по атмосфере чувствовалось, расстроились.
Выйдя в коридор Максим позвонил в «Водоносов Иванович», подтвердил свой выход через две недели. Срок он назвал с расчетом немного отдохнуть. Весна на дворе. Вот и пролетел незаметно год. Тихо и буднично прошло 17 апреля, почти никто и не вспомнил, что в этот день приключился Катаклизм. Не только семья Марковых, но и вся Россия вросла в окружающий мир.
Максим поймал себя на мысли, что его самого уже давно мало интересует происходящее за границами страны. Все международные новости воспринимаются исключительно в меркантильном ключе. Наверное, это неправильно, но это жизнь. Всегда больше думаешь о своем доме, на чужие смотришь только с целью подсмотреть что полезное и хорошее.
Домой ушел пораньше. Все равно делать нечего, а сидеть пялиться на экран скучно. Марина еще на работе. Стоило войти в квартиру, как дети прибежали обниматься, затем наперегонки бросились на кухню кормить папу.
— Как школа?
— По математике «десятка»! — выкрикнул Витя, задрав нос. — За полугодие!
— У меня все не хуже «семерки»! — ответила Лена.
