Она открыла глаза. И они меня напугали больше, чем всё остальное. Огромные, на пол-лица, выделяющиеся из-за отсутствия кожного жира под веками. И взгляд. От которого хотелось сначала заскулить от ужаса, а потом растерзать на атомы того, кто довёл её до такого состояния. Пустой.
- А ты… плохо выглядишь, – наклоняюсь над ней, даже не думая касаться или, упаси Планета, переворачивать.
Её ладонь чуть дёргается. А затем глаза показывают вниз, на неё же. Наконец понимаю, что от меня хотят. С максимальной для себя аккуратностью поднимаю тоненькую как ветка руку. Глаза указывают мне на лицо. Берусь за её ладонь и касаюсь своего лба. Всё перед глазами сжимается в точку, которая потом расширяется, раскручиваясь по спирали и являя виде́ние.
***
Я проводила глазами Клауда. Он высокими прыжками передвигался между обломками поднятых в воздух силами Сефирота зданиями, приближаясь к нашему врагу. Именно врагу. Нашему и всего сущего. Всей жизни на Планете и её само́й.
Но на сердце было неспокойно. Моя интуиция, которая не раз помогала раньше избегать опасностей в Нижнем городе, да и сейчас, в этом и не только бою, подсказывала, что Клауда не ждало ничего хорошего. И что следует ему помочь. Но как?
Я осмотрелась – для нас путь был закрыт. Множество парящих в воздухе кусков зданий позволяли передвигаться по себе лишь кому-то вроде СОЛДАТ. Не мне, простой девушке весьма скромных статей. Смотрю на Тифу, но она лишь бессильно мечется из стороны в сторону. Тоже ничем помочь не может. Но что тогда делать? Интуиция, как только Клауд достиг Сефирота, и их обоих поглотила вспышка света, словно взбесилась – от нахлынувшего чувства опасности заболела голова.
- Ой-ёй-ёй, – присаживаюсь на корточки, схватившись ладонями за уши.
- Всё хорошо? – не знаю даже, кто это спросил – настолько больно стало.
Внезапно всё прошло, и я от неожиданности несколько раз моргнула. А потом поняла – ведь можно просто открыть портал к ним так же, как до этого мы попали сюда. Поводив ладонью в воздухе, нащупывая нужные мне неведомые нити окружающего пространства, полагаясь исключительно на интуицию, дёргаю ею вниз, и перед нами раскрывается разлом. Белый, такой же, как и получился у меня ранее. Немного потерпи, Клауд, мы сейчас будем. Надеюсь… надеюсь, ты в порядке. Не думаю, что смогу пережить больше потерь.
Бесчисленное число звёзд, сливающихся в огромные скопления, нитями соединяющимися друг между другом в чернильной тьме. Чем-то похожи на людей. Я прикрыла глаза и помотала головой, сбрасывая с себя наваждение, вызванное столь прекрасной картиной. Сначала дело.
Открываю глаза и от ужаса спотыкаюсь на ровном месте, плюхаясь на попу. Трупы. Четыре трупа лежало между мной и Сефиротом.
Клауд.
Тифа.
Баррет.
Рэд.
У всех была пронзена грудь напротив сердца, оставляя кровоточащее пятно. Мои… мои силы такое исправить не смогут. Не смогут…
Спустя непонятное количество времени прихожу в себя. Чуть-чуть. И вижу напротив глаз застывшее лезвие меча. Взвизгнув, отползаю чуть назад, но оно всё не двигается. Поднимаю глаза и вижу Сефирота. Он тоже замер, сверля то место, где я стояла, своими ужасающими змеиными глазами. Что… что происходит?
Внезапная догадка заставляет потянуться к ленте, перевязывающей волосы. Материя, что оставила мне мама. Раньше она была заполнена молочно-белым туманом, но теперь он стремительно уходил в никуда, словно тающий песок в часах. Моя неведомая защита вскоре закончится, и нужно что-то делать. Что-то…
Вновь смотрю на тела друзей. Мы так недолго были знакомы, но сколь близки за это время стали. Баррет. Столь громкий, но надёжный. Рэд. Он ведь почти как я. Тифа. Моя первая настоящая подруга. И Клауд, что так был похож на него. Все мертвы. Убиты этим… этим мерзким отродьем. В груди поднялась злоба. Чёрная, тягучая. Я хотела мести. И неважно какой ценой. Чтобы он… да и все остальные заплатили сполна. Слишком долго и слишком многое я стерпела. Теперь же…
Взмах рук и нас с мерзким отродьем разделяет непроницаемая стена. Ведь всё стало настолько простым и очевидным – достаточно лишь пожелать, и сила Планеты устремится в твои руки. Ещё взмах – я с телами друзей переношусь далеко-далеко. В свою крепость. Заброшенную, неведомо кем построенную церковь в Пятом секторе. Её копии, конечно, что появилась здесь по моему желанию. Ведь дома и стены защищают. Так когда-то Эльмира говорила…
Чувствую, как в преграду бьётся отродье. Пусть. Я здесь не слабее его. Пусть бьётся. Теперь оно, поняв бесплодность попыток, старается вернуться в реальный мир. Ни. За. Что. Ты сгниёшь здесь. Вместе со мной.
Не знаю, сколько времени прошло. Тут такого понятия в принципе нет, похоже. Отродье затаилось где-то недалеко. Наблюдает, строит планы. Пусть. Несмотря на огромную мощь в руках, испарить отродье я не могу. Оно так же сильно, если не сильнее. Нужно что-то, чем можно будет пронять его защиту. Или кто-то.
Опять по потоку жизни расходятся волны, вызванные попытками отродья вырваться. Нет. Не позволю. Но тут понимаю, что оно меня перехитрило. Выпустило за пределы этого места частичку себя, сымитировав попытку побега. И не только. Оно… изменило мир? Нет, нет, нет. Время. Оно чуть отодвинуло точку, через которую мы вошли сюда – теперь она находилась в том месте, что можно назвать моим недалёким прошлым. Не иначе как пытаясь переиграть произошедшие события. Только собираюсь повторить за ним, как в голову приходит простая мысль.
Как? Как я смогу его победить, не имея столь могучих сил Планеты под рукой? Ведь… ведь не получилось уже… не получилось… а я была не одна. От тяжёлых мыслей захотелось опять разрыдаться. Я уже не раз билась в истерике, когда случайным взглядом натыкалась на тела. Теперь они заключены в саркофагах снаружи церкви. Нет сил их больше видеть. Ни малейших. Так что делать? Он ведь просто победит. Без проблем. Так же, как и до этого. Убьёт нас всех. Что же делать?
Я лежала на цветочной поляне, смотря через дыру в крыше на далёкие галактики. Как бы хотелось внезапно оказаться там, среди звёзд. Где не будет этого отродья. И проблем. Где будет только счастливая маленькая Айрис и её добрые родители и друзья. Смаргиваю непрошеные слёзы. Внезапно чувствую некоторую… неправильность?
Что-то не так. Как будто крохотный камушек в ботинке. Чуть вглядываюсь в звёзды. Среди них тоже есть планеты, которые наверняка населяют живые существа. Может быть, что и люди. И, кажется, они стали частью межгалактического потока жизни, омывающего всё мироздание. И его крохотная-крохотная частичка… будто откликнулась на мои мысли? Разве такое может быть? Или же пока я здесь, то и звучу... громче?
Тонкие зелёные нити протянулись от крыши церкви к моим рукам, ластясь как какая-нибудь кошка. Даже улыбаюсь такому глупенькому сравнению. Но… у меня появилась мысль.
Вот эта нить когда-то принадлежала воину. Беспринципному. Безжалостному. Для которого есть только цель и препятствия на пути к ней. В самый раз, чтобы противостоять кому-то вроде отродья.
Тоненькая, чуть заметная жилка мудреца, что всю жизнь потратил на обдумывание вещей, чья сложность лежит вне моего скромного понимания. Подойдёт – отродье умно. Воину пригодится помощь.
Прямая струна человека труда. Он всю жизнь прожил, добывая пищу и кров, не прося у других и не опускаясь до грабежа и воровства. Извини, но ты мне без надобности. Нить испаряется.
Ветвистое, складывающееся кольцами и постоянно изворачивающееся волоконце лжеца. Обманщика. И одновременно того, кто не признаёт никаких правил. Из тех, что придумывают люди сами для себя, по крайней мере. Он… подойдёт. Отродье не менее изворотливо. Воину и мудрецу понадобится тот, кто сможет хитрить хотя бы вполовину от него.
Перебираю немногочисленные остатки. От чего-то отделяю кусочки, что считаю необходимыми. Что-то просто отбрасываю. В итоге на ладони лежит несколько призрачных нитей, для постороннего человека одинаковых, но бесконечно разных для меня. Осталось понять, как их можно использовать, ведь разница между качествами, которые они олицетворяют, слишком велика. Да и сама длина отличается – чего-то больше, а чего-то меньше.
