- Ах, вот ты про что. Он его уничтожил. Своими руками. Не потерпел существования собственной копии. Жажда власти над сущим в нём столь сильна, что даже он сам выступает препятствием. Забавно… наверное, – призрак потупился. – Хочешь ещё что-то знать? У меня не так много энергии осталось, потому начинай с самого важного.
- Зачем ему эта хрень? Материи? И не могут ли они помочь нам?
- Я... я не знаю. Это что-то, связанное с крайне мощным заклинанием. Настолько могущественным, что Метеор по сравнению с ним – пыль. Даже не догадываюсь, как именно он собирался его использовать. Но не думаю, что они смогут нам помочь, а вот ухудшить всё – с лёгкостью. Не забывай, чем именно они наполнены.
- А… а Белая тогда? Ну должен же быть хоть какой-то прок во всём этом колдунском дерьме?
- Не собираешься сдаваться? – призрак улыбнулся. – Тогда сделай то единственное, ради чего я держалась всё это время – положи конец существованию отродья. А потом живи дальше. И сделай так, чтобы никогда подобного больше не повторилось. Ну а я… я…
Призрак мигнул.
- Я… иногда, чтобы выиграть, нужно пожертвовать карту или фигуру.
- НЕ. НЕ. ГОВОРИ ТАК.
- И теме не менее… – призрак поднял на меня взгляд. – Именно это и произошло. И если ты продолжишь упорствовать в неприятии действительности, то он просто победит, и всё окажется напрасным. А потому ты должен... нет, обязан убить его. Окончательно. Я тебе помогу.
Запрокидываю голову и смотрю сквозь дыру в крыше на звёзды. Галактики. Кажется, ничего больше и впрямь не остаётся.
- И что потом?
- А что потом?
- Это ведь особое место. Я смогу как-то использовать его?
- Не думаю, что сумеешь что-то изменить кардинально, не имея ни связи с Планетой, ни особого наследия, сильно облегающее осуществление желаемого. Но тебе никто не мешает попробовать. Но меня ты уже не вернёшь. Смирись и живи дальше. У тебя есть причина для этого.
- Хорошо. Делай то, что считаешь нужным. А я… справлюсь. Как-нибудь.
Призрак положил свои невесомые ладони на мои щёки, отчего я почувствовал прохладу.
- Я рада, что всё сложилось именно так. Пусть и опосредованным образом, но я пережила то, что происходило между нами двумя. И именно это даровало мне душевные силы не опустить руки даже в самые сложные моменты. Так что... спасибо тебе… любимый, – губы призрака накрыли мои, после чего он стал развеиваться, а тело Айрис рассыпаться тусклыми немногочисленными искрами.
Окружающие меня стены церкви мигнули и мгновенно растворились – их существование более никто не поддерживал. Вокруг оказалась всё та же безжизненная чёрная пустошь. Такого же цвета, как и расползающиеся пятна перед глазами. Последнее, что осознаю – чей-то бешеный рык.
***
Всё тело болит, словно каждую косточку вытащили, постучали по ним молоточком и вставили обратно, после чего все суставы выбили, а затем вернули на место, не забыв повторить то же с внутренностями.
- Кх-х-х-х… – перед глазами всё плывёт, но состояние постепенно улучшается, а картинка обретает целостность и контрастность.
Всё та же пустошь. Только перепаханная воронками, бороздами и заляпанная кровью. Некий объект царапает взгляд. Сфокусировавшись, понимаю, что это была рука. Поднимаю к глазам ладони. Две. Значит, не моя. А чья?
Мозг возобновляет свою работу вместе с остальными органами. Точно. Отродье же. Отличное погоняло для мрази. Следую взглядом за полосками крови, что шли от конечности в неизвестном направлении, и вижу тело Сефирота без рук и ног, пришпиленное к небольшой скале Крушителем. Его голова безжизненно висит, но тут, словно ощутив изменения в моём состоянии, она поднимается, чтобы мы могли встретиться взглядами.
- Ме… – договорить ему мешает кулак, от удара которого голова мотается в сторону.
Не знаю, сколько времени я его бил, но когда выдохся, то на месте лица отродья была кроваво-мясная маска с белой полоской зубов и парой змеиных глаз.
- Меня вдохновляет сейчас только одно – боль в твоём взгляде, ошибка мироздания, – что совсем не помешало ему говорить.
- Ну а меня вдохновляет вид твоей обрезанной туши. Но это всё неважно, – выдёргиваю из тела Сефирота Крушитель, позволяя ему упасть, – пора умирать.
Не наношу удар по одной-единственной причине – уж слишком спокойно он выглядит. Я ожидал куда как большей экспрессии от того, кто облажался несколько раз подряд.
- Я не умру. И ты это знаешь.
- О, точно. Спасибо, что напомнил вычеркнуть любые воспоминания о тебе из потока жизни. Боюсь, что воскреснуть не получится, дружок. Плевать, сколько я проторчу здесь, но всё, что составляло хоть малейшее отражение тебя в мире, будет развеяно в пыль.
Вот теперь его проняло, а в глазах появился страх. Страх. Можно было пожать самому себе руку.
- Но перед тем как ты исчезнешь полностью, дарю тебе возможность просуществовать ещё немного – расскажи, будь добр, а нахрена тебе эти Материи сдались? Одной Планеты мало, или что?
- И ты думаешь, что я вот так возьму и выложу все карты?
- Да. Ведь мне, по большому счёту, наплевать на твои уже разрушенные планы, а потому покончу с тобой одним махом. Но жить-то ты хочешь, вот и будешь изворачиваться до последнего, желая как-нибудь избежать однозначного конца.
- Говори что желаешь, но у тебя не получится. Ты не я и не мерзкая, ублюдочная дев… – лезвие Крушителя вонзается ему прямо в рот, пронзая голову насквозь. Вот и закончили. Почти.
От тела Сефирота начинает исходить зелёные искры. Тварь пытается сбежать, скрыться, чтобы затем вернуться. Не так быстро. Внезапно на моё плечо опускается бабочка. Махая жёлтыми крыльями, она словно куда-то меня зовёт. Надо же, она и это продумала. Поддаюсь зову и меня тянет, тянет вперёд, за убегающим Сефиротом. В темноту.
- НЕТ! НЕТ! НЕТ! ТЫ НЕ ДОЛЖЕН БЫТЬ ЗДЕСЬ! – от его самоуверенности не осталось и следа.
- Бывают в жизни огорчения, – настигаю бегущего от меня ублюдка и подсекаю ему ноги. После чего усаживаюсь сверху и методично начинаю выбивать из него душу. Меч куда-то исчез во время погони, потому воспользуемся тем, что есть под рукой.
Он пыхтит, выворачивается, пытается оказывать сопротивление, но куда там. Удар за ударом я выбиваю из него мысли, воспоминания, навыки, умения. Развоплощаю тварь окончательно, попутно ухватывая обрывки памяти, что разворачиваются в моём разуме словно кинолента.
Детство в лабораториях. Юность в армии. Молодость как герой войны. Гордыня «лучшего из лучших», одиночество, заблуждения, поиск себя. Надлом, крушение картины мира, утрата связи с реальностью. Во всём этом чувствовалось чьё-то воздействие. Дженова. Паразит попытался использовать его как инструмент, но оказался не в состоянии продавить полностью волю Сефирота и частично слился с ним, породив маниакальное расстройство и жажду власти над самой реальностью, что сложилась из психоза получеловека и стремлений инопланетного организма.
Продолжаю развоплощать ублюдка, который уже даже не сопротивляется. Его личность прекратила существование как единое целое, стремительно распадаясь на разнородные куски, что продолжали вливать в меня множество информации. Понимаю, что это была его последняя надежда – вторгнуться в моё собственное сознание подобным путём, после чего восстановиться, пусть и утратив значительную часть себя. Но ничего у него не выйдет. Слишком уж кусочки мелкие, а моя личность цельна, пусть и создана из нескольких лоскутов, что объединены одним устремлением.
Теперь уже безвредный поток информации подхватывает меня опять. Падение в источник под Нибельхеймом. Новые возможности. Спектр чувств, что лежат вне людского восприятия, мне недоступен, но я способен распознать вполне себе человеческие мысли и последующие выводы Сефирота о происходящем.
Атака Планеты с помощью клеток Дженовы завершилась не очень удачно, и она создала барьер, не позволяющий проникнуть далее. Потому необходимо использовать иной инструмент. Первая попытка проваливается. Но всё получается обернуть вспять и попробовать по новой. Мерзкая девчонка, что испортила абсолютно всё, заперев его в Ядре Планеты. Её послушный пёсик, что помешал высвобожденной частичке, поглотившей прошлое тело, исполнить план, из-за чего вся собранная энергия была потрачена к моменту, когда шавка оказалась в его клетке, нарушив план.
