Его превосходительство принял меня без проволочек. Похоже, настроение у него было преотличнейшее, чем бы это не было вызвано. Потом подивился моей наглости, и в то же время ему стало интересно, чего же такого сумеет учудить этот шебутной мичманец. Поэтому бумаги мои он завизировал и отправил с глаз долой, напомнив, что у меня на всё про всё по-прежнему неделя.
От адмирала направились в мастерские Товарищества Невского завода. Пришла пора договариваться. Будет большой удачей, если там смогут произвести весь спектр работ. Не хотелось бы заниматься размещением заказа в разных местах.
В Артуре это едва ли не единственная гражданская механическая мастерская. Все остальные либо флотские, либо армейские. Решить вопрос, конечно же, можно, но придётся делать это с нарушением закона, чего не хотелось бы. Кто его знает, когда и как это может аукнуться. Опять же, деньги-то возьмут, а работы в срок не выполнят, отставив подвернувшуюся халтуру в сторонку, потому как служебные задачи на первом месте.
Все гражданские предприятия находятся в Дальнем. Но, во-первых, боюсь, меня туда не отпустят. А во-вторых, не хотелось бы торчать чёрт знает где, тогда как все события будут происходить в Артуре. Так что я ставлю на невские мастерские…
— Хм. Слышал я о попытках использовать подводные крылья. Опыты оказались вполне перспективными, но до реальной практики дело так и не дошло. А вы желаете сразу переделать казённый катер. Признаться, это попахивает авантюрой. Причём преступной, — покачал головой Гиппиус, представитель завода, заведовавший тут всем хозяйством.
Он самым внимательным образом изучил представленную мною документацию. Переглянулся с инженерами Вишняковым и Семёновым, после чего огорчённо вздохнул.
— Сожалею, но мы не сможем вам помочь, — развёл он руками.
— У вас так много заказов? — хмыкнув, изобразил я удивление.
— Заказов в настоящий момент пока немного. Но и хвататься за сомнительное предприятие я не намерен, — покачав головой, возразил он и добавил: — Тем более что работа непременно появится. Миноносцы всё время в разгоне, и если не повреждения в бою, то ремонт узлов и механизмов это скорее за правило, чем исключение.
— Тогда так. Я представлю вам свою записку о ряде выявленных конструктивных недостатков, требующих усиления корпуса. Вы ведь обратили внимание на то, что крепление крыльев планируется на болтовое соединение?
— Разумеется.
— Вы исполните работы по усилению корпуса и подготовите болтовые соединения. Крылья изготовите отдельно по заказу частного лица. Окончательную же сборку моя команда осуществит собственными силами, а с вас взятки гладки. Как вам такой вариант?
— Подобный подход вполне приемлем. Но масса катера слишком велика. Боюсь, что вам не удастся поднять его из воды без увеличения скорости.
— Потому я и намереваюсь установить вторую такую же машину и через редукторы вывести два вала на винты.
К слову, я пока не знал, где сумею её раздобыть, но меня не покидала уверенность, что при должном подходе к интендантам найти можно практически всё. И у меня имелась соответствующая смазка, чтобы решить этот вопрос.
— Да-да, я вижу. Но это также утяжелит катер. Винты? А чем вас не устраивают существующие?
— Вы же видите, у них несколько иная геометрия. К слову, вам по силам их изготовить?
— Вполне. У нас хороший станочный парк. Полагаете, что этих изменений достаточно, чтобы увеличить скорость?
— Причём значительно. А по мере подъёма корпуса из воды будет уменьшаться и сопротивление. Оно, конечно, лучше бы изменить обводы, но тут я поделать ничего не могу.
— Но как катер будет чувствовать себя на волне?
— Плохо. При волнении в три балла мы практически лишимся преимущества по скорости от существующего варианта, — откровенно признал я.
— То есть, по сути, расчёт только на хорошую погоду.
— При которой за нами никто не угонится, — подтвердил я.
— Хм. Какие-то узкие рамки получаются. Что там дальше? Изменение угла вала и глубины посадки винта. Устройство заслонок на дымовых трубах. Выхлопные трубы под палубой вдоль бортов с выходом за корму. Вообще не понимаю, зачем это нужно? Да ещё электрические вентиляторы и целый ряд дополнительного оборудования. Хм. И вот это. Переделка водотрубных котлов? Чем вас не устраивают английские котлы?
— Вы в состоянии произвести эти работы? — уточнил я, постучав пальцем по чертежам.
Два водотрубных котла были хороши, и их производительность была выше всяческих похвал. На сегодняшний день. Но я не вижу причин отказываться от усовершенствований, которые позволят увеличить их производительность в полтора раза.
— В принципе не вижу ничего невозможного. Но вы ведь намерены вносить конструктивные изменения в казённое имущество, — заметил Гиппиус.
— Это необходимо, — настаивал я.
— Но мы этого делать не будем. Идёт война, и у меня нет желания оказаться под военно-полевым судом.
— Вот акт, согласно которому во время боя котлы были повреждены японскими снарядами, ремонту не подлежат и нуждаются в списании.
— Но они исправны.
— А это не ваши трудности. Новые котлы мне не предоставили, и я передал вам приобретённые за мои средства, которые потребовал усовершенствовать в соответствии с моими хотелками.
Контр-адмирал Молас долго смотрел мне в глаза, пытаясь понять, действительно ли перед ним стоит вчерашний выпускник кадетского корпуса, у которого молоко на губах не обсохло, а бритва касается щёк только потому, что устав этого требует. Но в результате моим доводам всё же поверил и подписал акт списания обоих котлов. Как и разрешение на установку второй машины, буде таковая найдётся.
— Такое возможно, — чуть не обнюхав документ и визу командования, произнёс Гиппиус.
— Вот и замечательно. С редукторами, надеюсь, сложностей не возникнет?
Представитель правления переглянулся с двумя инженерами, которые многозначительно пожали плечами и вновь обратились к изучению чертежей.
— Нам необходимо всё хорошенько обдумать, — наконец выдал он.
— Подумайте и дайте мне свой ответ уже к вечеру. Времени у меня нет. Как видите, на всё про всё у нас неделя. А я пока подумаю над обоснованиями, чтобы к вам не было никаких претензий, и подготовлю договор.
— Позвольте! Неделя? — вскинулся Гиппиус.
— Вы сами сказали, что идёт война. Времени у нас нет от слова совсем. Работайте сверхурочно, включите в оплату, и при хорошем качестве выполненных работ я гарантирую достойную оплату по повышенному тарифу и премиальные всем причастным.
— Кстати, об оплате. Как я её проведу? Вы ведь не частное лицо, и катер является имуществом флота.
— Оплата последует из судовой кассы катера «Варяг-02».
— У вас такая большая касса? — не смог сдержать своего удивления Гиппиус.
— А вот способы её пополнения уже полностью моя забота.
— Хм. Согласен. Уже сегодня к вечеру мы дадим ответ по котлам, а пока приступим к другим работам. Ведь нам их в любом случае проводить?
— Разумеется. Но позвольте полюбопытствовать, отчего не возникает вопросов по орудию?
— А какие тут вопросы. Не знаю, куда вы дели лафет от пушки, но это ведь ваши трудности. Конструктивных изменений мы не вносим. При желании всё возвращается в изначальное состояние в два счёта. Поэтому не вижу проблем, — пожал он плечами.
— В таком случае ещё один момент. За качество работ спрошу весьма серьёзно. Ответите полной переделкой в сжатые сроки и за свой счёт. Нужно сделать именно так, как указано в чертежах. Ни одной лишней или недостающей заклёпки. Металл именно той толщины и качества, что указаны в чертежах и записке. Углы должны быть именно те, какие нужно, а не плюс-минус полградуса. Отверстия сверлятся именно там, где я указал, а не чуть выше, ниже, правее или левее. Надеюсь, мы друг друга поняли.
— Щедрая плата и серьёзный спрос, — хмыкнул Гиппиус.
— Именно.
— Я вас услышал.
Простившись с руководством мастерских, я вышел из конторки, далее из эллинга и на улицу. Команда крутилась на причале или сидела на катере. Там же пришвартовалась китайская джонка.
