— Радим, а ты мог найти менее пафосное место жительства? — поинтересовалась Света. — Не поверишь, на въезде нас попросили открыть багажники, заглянули в салон, пересчитали по головам, записали имена и фамилии. Предупредили, что доступ гостевой, и действует ровно сутки.
— Да, брат, поддерживаю вопрос жены, — подал голос Тема.
— Мог бы, — заверил всех Радим. — Одна беда, в них нет такого дома. Увидел и влюбился. А теперь пойдемте, покажу дом, а затем за стол, он уже накрыт, будем в беседке у мангала тусить, погода отличная, солнышко, ветерок свежий, не слишком жарко. Так что вперед, на экскурсию, а потом кушать, пить, чествовать меня.
Все засмеялись и направились следом за Вяземским и Ольгой.
Дом понравился. Света забрала свои слова назад и заявила, что ради такого она бы тоже сюда переехала, и плевать на пафос.
Так, смеясь, они вышли на задний двор, расположившись за большим массивным столом. Радим, как всегда отогнав всех от мангала, крутил шашлыки, рядом Стас запекал овощи.
— Слушай, — произнес он тихо, — Радим, я после того утра, когда Галку похитили, много думал, как ты ее нашел, как ты все это узнал?
Радим бросил на него быстрый взгляд, он ожидал чего-то такого.
— Знаю, что ты скажешь, — тихо произнес друг, — государева тайна. Я не прошу подробностей, но за прошлый год ты сильно изменился, и теперь используешь свои способности. Я видел тебя у зеркала в том доме, когда мы твою днюху отмечали, ты меня не заметил, ты тогда удочки взял и хотел идти рыбачить, потом вдруг остановился, приложил пальцы к стеклу и тихо произнес — покажи мне. А потом я прочел, что там проститутку убили, а убийц нашли только после того, как мы там побывали. Ты что-то видишь в зеркалах?
— Да, друг, — шепотом ответил Радим. — Но на этом разговор закончен. Это и вправду тайна.
— Спасибо. А то грызло меня это, не давало покоя. Все, забыли и закрыли, от меня не утечет. О, у меня почти все готово.
— И у меня, — надрезая кусок мяса, уверенно заявил Дикий, — снимаем, и за стол.
Это был замечательный день, так хотелось, чтобы он не кончался. Были тосты, были танцы. Вечером все сидели на первом этаже у камина. Темыч привез гитару, так что очень душевно попели. Домой никто не собрался, уже за полночь надули матрасы и устроили ложа, комнатку для гостей разыграли мужчины в камень ножницы бумага. Выиграл Стас.
— Как мне не хватало таких вечеров, — уже лежа в кровати на втором этаже, положив голову на плечо, тихо произнесла Ольга.
— Мне тоже, — ответил Вяземский и вырубился.
Глава 10
Ольга ушла зеркалом утром понедельника. Радим же, допив кофе, стал готовиться к походу в зазеркалье, но сначала связался со Светаной.
— Здравствуй, — поприветствовал он ее.
— Ты по поводу той ведьмы с портрета? — сонно ответила женщина, похоже, Радим ее разбудил, что не удивительно, на часах семь утра.
— Да, знаешь ее?
— Нет, Радим. Зеркальный мир очень велик, я сегодня пойду туда по своим делам, есть там человек, который знает много кого, покажу ему.
— Будь очень осторожна, эта тварь имеет отношение к преставившейся Орелии. Они как-то работали в паре, мертвячка в нашем мире, а эта в зазеркалье. Она убила примерно сотню местных, привела на место ритуала и зарезала. Тут как-то демоны замешаны, так что будь начеку.
— Спасибо, что предупредил, а то могла вляпаться. Все, Радим, я хочу спать, варила зелье сложное, легла два часа назад, сутки на ногах. Будет информация, позвоню, ну, или загляну лично.
— Договорились. Спасибо.
Закончив разговор, Радим начал собираться в зазеркалье, требовалось навестить клан Хорн, чтобы тоже поспрашивать про эту ведьму. Да и Лирею неплохо бы повидать, пусть между ними ничего нет, но девчонка и вправду его любит. Хотя он надеялся, что это пройдет.
Когда гостевое зеркало, через которое у него был проход, не откликнулось, Радим напрягся. Сомнительно, что его лишили права доступа, значит, что-то случилось, раз его заблокировали. Открыв сейф, он достал свою броню. Облачаться в нее, идя к друзьям, было признаком недоверия, броню надевают в бой, а не в гости. Исключение — когда друзья зовут тебя на стрелку.
Найдя зеркало в поселке потеряшек, Вяземский с помощью дальнего взгляда осмотрел грязную пустую комнату и принялся чертить руну пути. Вышел, осмотрелся, прошел к окну. Сердце пропустило удар, кольнуло, словно иглу в него загнали, стало трудно дышать. Поселения клана больше не существовало, стены лежали в руинах, от домов остались только угли. Везде, насколько хватало видимости, валялись трупы, среди которых бродили черные тени.
— Лирея, — заорал он в полный голос, глуша криком отчаянья самого себя.
Какие-то птицы взлетели с трупов, тени прекратили перемещаться и замерли. Рвать и убивать, мстить — вот все, что желал Вяземский в настоящий момент. Да, они не были близки, но Лирея была хорошим человеком, доброй, светлой девушкой, носившей его ребенка.
Сцепив зубы, Радим попытался успокоиться, но понял, что это нереально, злоба и ненависть душили, толкали на необдуманные поступки. И тогда Дикий перешел в боевой транс, отключая эмоции, это единственное, что сейчас позволило ему мыслить здраво, хладнокровно. Полная отстраненность позволит ему сохранить рассудок. Радим вытащил медальон и, сжав его в кулаке, попытался нащупать кого-то поблизости. Но в радиусе пятидесяти метров никого не оказалось. Надев маску ищущего, он еще раз осмотрелся и пошел искать того, кто расскажет ему, что тут случилось.
Тень рванулась к нему, стоило войти в подъезд. Радим убил ее, походя разрубив кукри, жалея, что с этих не валятся плашки для прокачки. Что-то ему подсказывало, что их тут будет очень много. И не ошибся. Когда он добрался до гостишки, в которой разместились потеряшки, то уничтожил почти два десятка черных. К счастью, они нападали по одной, максимум по двое, они спешили к месту гибели своих собратьев и гибли.
Трупы — вот что он нашел в небольшом пансионате, который заняли потеряшки. Финальное сражение произошло в центральном холле. Десятки тел устилали пол, в основном женщины и подростки, несколько детей, мужчин немного — с десяток. Оружия нигде не видно, его забрали те, кто атаковал. Вопросов, кто это был, не возникло — двойники, очень много двойников. Вот только у Вяземского были большие сомнения, что хреново обученные, пусть и многочисленные красноглазые смогли справиться с поселком местных, в котором был зеркальный колдун, да, старый, но все равно способный за раз выжигать нападавших десятками, молодая ведьма и куча народа, которая знала, как правильно держать клинок. Стены точно рушила ведьма, и не одна.
Холодная голова позволяла, не отвлекаясь на эмоции, анализировать картинку. Время с момента бойни прошло прилично, дней восемь, не меньше. Выходило, что все случилось ночью того дня, когда он навещал клан в последний раз, может, на день позже. Запах стоял отвратный, но поскольку в зазеркалье нет солнца, и погода всегда плюс пять, то можно дышать без респиратора. Ни одного знакомого лица — ни Раисы, ни Старпома, ни Холодного. Скорее всего, они погибли в бою в другом месте, возможно, помогали оборонять клановый поселок, следуя договору. Сюда нападавшие пришли, когда закончили с основной целью.
На анализ ушло меньше полминуты. Тени, которых было почти три десятка, бродившие среди трупов, только сейчас заметили живого человека. С мертвечины они получили все, что могли, ну разве что плоть поглотить, но это дело не быстрое, и она никуда не денется. Они качнулись к Радиму. Вяземский достал из подсумка нечто, напоминающее новогоднюю хлопушку — картонный цилиндр, в днище которого вделана достаточно мощная пружина, остальную часть занимала соль. Это изделие появилось после последнего похода в расколотый мир, простейшее, не требующее ничего сложного, примитивная механика. Вяземский назвал ее соляной петардой. Поворот нижней части стакана освободил стопор, и мощный заряд мелкой соли улетел в потолок, разом накрыв квадратов пятнадцать. Тени умирали молча, за раз он уничтожил больше двух десятков, оставшихся четверых он порубил кукри. Здесь ему делать было нечего, разве что глянуть сейф Старпома. Но тот был взломан и пуст.
