Снова щелкнул курок,
Только выстрела нет,
И не мне предназначен
Тот свинцовый «привет».
Барабан той рулетки —
Он у каждого свой,
И мне снова везенье —
Что остался живой.
Время то мчится вскачь,
То течет, как гудрон.
Так какой для меня
Уготован патрон?..
Время то мчится вскачь,
То ползет, как смола,
Чья-то близкая смерть
Вновь глядит из ствола.
Кто умрет молодым,
Кто — с седой бородой,
Кто-то — в мягкой кровати,
Кто — от пули шальной.
На ошибках чужих
Научиться не смог —
Палец давит на спуск,
Завершая урок.
Близким жаром обдал
Раскаленный свинец,
И упал в пыль лицом
Безрассудный юнец.
Рядом слышу я звук,
Этот звонкий щелчок,
Неужели к отметке
Приближается срок?..
Мне для «Русской рулетки»
Не нужен наган,
Замедляет вращенье
У судьбы барабан…[4K22]
Вот пусть он сам и играет в «русскую рулетку», если нечем заняться, а мне нужно завершить много дел. Для начала — доставить Эвелин в больницу и на следующий день вылетать в Порто-Франко. Так, вижу какое-то движение в конце стоянки, вот и раненую привезли, да еще с каким сопровождением!
Машин было две, одна из них тот же микроавтобус, что вез нас тогда в город, а вторая — «Хаммер» черного цвета. Наверное, внутри кондиционер установлен, иначе бы они сразу испеклись внутри кабины, при такой-то жаре на улице. Хотя сейчас пока еще утро, всего-то около плюс тридцати по Цельсию в тени.
Водитель помог Эвелин вылезти из машины, но она и сама передвигалась достаточно бодро, подошла и чмокнула меня в щеку:
— Мой пилот, вези меня далеко и высоко!
— Куда только пожелаете, моя несравненная! — улыбнулся я в ответ. — Можете занимать место согласно купленному билету. Там на диване сейчас хорошо прилечь можно, а не только сидеть.
— Вот и проверю, как ты там все сделал. Пойдем, проводишь меня еще кое-куда.
Ну да, перед полетом нужно позаботиться о некоторых делах, а то на моем авиалайнере удобств на борту нет. Все, кто летал на небольших самолетах, об этом и так знают…
— Аламо — Контроль, я «Сессна» — «Редлайн», выполняю санитарный рейс, прошу разрешения на посадку для дозаправки и врача к самолету.
— «Сессна» — «Редлайн», я Аламо — Контроль, посадку разрешаю, заход по обычной схеме, курсом девяносто, ветер шестьдесят, скорость три узла, порывы до пяти, давление тысяча пять миллибар.
— Аламо — Контроль, я «Сессна» — «Редлайн», принял, заход по схеме, расчетное время посадки пятнадцать минут.
— «Сессна» — «Редлайн», я Аламо — Контроль, каково состояние раненого?
— Аламо — Контроль, я «Сессна» — «Редлайн», состояние удовлетворительное, но пусть врач осмотрит.
— «Сессна» — «Редлайн», я Аламо — Контроль, врач будет, до связи!
Почти в расчетное время «Сессна» коснулась полосы, и диспетчер скомандовал по радио:
— «Сессна» — «Редлайн», я Вышка, подруливайте к диспетчерской.
— Вышка, я — «Сессна» — «Редлайн», принял.
Точно, вижу мужика с флажками, вовсю семафорит. Да еду уже, что мельтешишь-то?
Возле диспетчерской вышки стоял небольшой фургончик с красным крестом, который с места в карьер рванул в нашу сторону, как только пропеллер замер неподвижно.
— Кто здесь ранен? — обратилась ко мне с вопросом пожилая женщина в белом халате.
— Я… — выглянула из кабины Эвелин. — Помогите, вылезу отсюда…
Аккуратно высадив ее из самолета, передаю с рук на руки докторше и направляюсь к диспетчеру. По дороге замечаю, что девушку усадили на порог фургона и дали какой-то стакан, все правильно, сейчас пусть примет чего-нибудь болеутоляющего. Хотя она и бодрилась во время полета, иногда я замечал выступившую у нее на лбу испарину. Ничего, милая, потерпи еще несколько часов, когда мы доберемся до Виго, там нас уже должны встречать, Дон Рубио это гарантировал.
— Кто там у тебя ранен? — встретил меня вопросом диспетчер, тот самый, которому я в прошлый раз отдавал плакаты. (Один из них тогда сразу повесили на самом видном месте, в середине стены.)
— Она, — кивнул я на фото.
Парень даже изменился в лице:
— Сильно? Что там случилось?
— Напали на улице, темная какая-то история… Везу ее в Виго, руку будет лечить.
— А, там врачи и правда хорошие, надеюсь, все будет в порядке.
— Заправлять-то будете сегодня? Мне долго здесь сидеть нельзя, сам видишь.
— Минут через пять заправщик подъедет, как раз свою бочку наполняет. Сейчас я его потороплю…
И уже через час мы снова были в воздухе. Эва уснула после лекарства, которое дала ей сердобольная доктор, а я включил автопилот и в очередной раз попробовал расставить все по местам.
Что там был за таинственный «механик»? Хотя мне не показали ни его самого, ни даже его фотографию, у меня есть смутные подозрения, что я знаю, кто он. И догадываюсь, какой самолет он обслуживал… Кстати, рассказал этот злодей, известно ли ему, кто сопровождал танцовщицу? А где пилот? Почему его не допросили? Он что, не в курсе, чем занимается его напарник? Или на всякий случай заранее свалил из города? Нет, за этот горизонт заглянуть не удается… А если попробовать с другой стороны?..
Остановка на аэродроме братьев Леру была такой же короткой, как и в Аламо, за исключением того, что Эвелин попросила не вызывать врача. Сказала, что чувствует себя вполне терпимо и можно не беспокоиться. Мне не понравилось то, что она отказалась хоть что-нибудь поесть, ну да ладно, вечером уже будем на месте, там и поужинаем.
И вот, уже под вечер, заруливаю на стоянку, повинуясь сигналам местного персонала. Что-то он вяло машет, устал на жаре торчать целый день, что ли? Да все, похоже, сегодня самолетов уже не будет. Пора выбираться из кабины в местную духоту, только вот где встречающие?
— Подождите, за вами сейчас машина приедет, — сказал мне пожилой мужик с красным, обветренным лицом.
— А мы и не торопимся… — Повернувшись к Эве, я сказал:
— Милая, посиди здесь пока, хорошо? И подумай, что из своей одежды ты хотела бы оставить здесь и что я могу сразу увезти в Порто-Франко.
— Скорее бы они приехали, а то есть хочу, — тонко намекнула девушка.
— Да я и сам бы не прочь плотно перекусить… Вон, там уже кто-то пылит!
Подъехавший микроавтобус «Тойота» когда-то был красного цвета, но затем хозяева решили, что в здешнем климате белый цвет гораздо актуальнее. И теперь на кузове были весьма заметны последствия перекраски, проявившиеся после многочисленных ударов гравия на местных дорогах. Но нам любоваться на него некогда, мы в город хотим попасть, нужно побыстрее Эвелин в больницу отвезти. Интересно, у них там ужин только по расписанию или все-таки допускаются некоторые вольности?
