Но не в этом дело. Склады богатые, и предлагал гендиректор этого ООО «Тракторотелегосбыт» много чего интересного и в аграрном хозяйстве полезного. Встретился я с ним. Угадайте с одного раза, кто из директорского кресла смотрел на меня грустными больными глазами? Угадали. Я посмотрел в эти глаза и без зазрения совести залез их хозяину в сознание. Что-то расхотелось мне этого жулика поощрять. Устал я очень за месяц почти непрерывного общения с ему подобными. В результате склады ООО начали стремительно пустеть, но на дворе у меня их содержимое не задерживалось. Портал работал, глотая все, что в него впихивали. Я только и успевал вкладывать новые алмазы в стремительно освобождающиеся гнезда Модуля пространственно-временного перемещения. И очень жалел, что окно портала такое маленькое и в него не всунуть габаритные ящики. Тару и содержимое приходилось отправлять раздельно, а это потеря времени.
Работников у меня так же прибавилось. Строителей во главе с Терентием Макаровичем Котовым я в Уругвай уже отправил. Как и почти всю бригаду слесарей, что технику разбирала. Теперь пусть там ее собирают, налаживают, обслуживают и на ней же работают. А здесь других набрал. Трудятся ударно, ведь я плачу реальные деньги и не жлобствую. Прочитав объявления о найме мной квалифицированных специалистов, у ворот автобазы каждый день стали собираться люди. Пришлось опять приглашать уже работавших у меня секретарш и составлять списки на перспективу. Но отбор соискателей проводил по жесткой системе, исключающей попадание в кандидаты демагогов, лоботрясов, несунов и остальных категорий работничков, взрасщенных в Советское время. Когда вот таких «пролетариев» вместо увольнения с «волчьим билетом» надо было воспитывать-перевоспитывать, выполняя нормы за себя и за «того» парня.
…Что-то жарковато на солнышке сидеть стало! Маркел понял мои телодвижения и раскрыл большой голубой зонт с надписью названия известного в моем прошлом времени мороженого. Уж и не помню, как и когда он сюда попал, но пришелся к месту. Плашкоут с техникой, мерно шлепая веслами, двигался к Торговой гавани. Мой же баркас проплывал мимо острова Щит. Там тоже кипела работа: каменно-бетонные укрепления форта обкладывали щебнем, упакованным в квадратные корзины из проволочной сетки. Конечно, габионы в основном используют для строительства небольших плотин и укрепления берегов рек. Они еще в древнем Египте использовались, только корзины были из бамбука. Но здесь габионы будут вместо земляных насыпей, для предотвращения повреждений, что ядра вражеские бетонным стенам нанести могут. Бетон крепость постепенно набирает, годами. Без внешней защиты его смогут и ядра морских пушек повредить. Нам же этого не надо.
Баркас направился в бухту Птичью, а я снова погрузился в воспоминания…
…Дед Матвей встретил меня приятной вестью: пользуясь своей способностью заглядывать людям в сознание, он нашел пополнение моему войску – семерых морпехов и пятерых моряков. Все дембеля. По домам не поехали, остались в столице. Думали, тут с работой лучше. Прогадали. Собрались в бригаду, на железнодорожном вокзале вагоны разгружают, пробив себе путь к ним кулаками.
– У меня живут, коммуной, – закончил Дед свой рассказ. – Я им готовлю, да присматриваю, как бы мысль какая гнусная кому в голову не закралась. А то поначалу половину заработка на водку тратили. Ну, я поговорил, кое-что поправил. Ребята понятливыми оказались. А когда я про тебя намекнул, да про службу в краях дальних – совсем духом воспряли. Начали к переселению готовиться, вещи необходимые приобретать. Сейчас как раз на китайскую барахолку пошли.
Тем же вечером я побеседовал с парнями о жизни и про жизнь. Не ошибся Дед, стоящих людей нашел. Конечно, не идеальных, но ангелы среди народа русского никогда не водились. Даже причисленные к лику святых хоть в чем-то, но грешны были. Но не это главное, а другое: не успели парни еще скурвиться. Не затягивая процесс, тем же вечером переправил их в княжество, отдав под руку лейтенанту Стрижу – бывшему, хотя бывших в княжестве нет, ВДВшнику Михаилу Васильевичу Денисюку, погибшему в Чечне и перенесенному вместе с тремя товарищами Божьей волей мне в помощники. В предстоящем путешествии в царство Русское мне эти подготовленные воины очень будут нужны. Не зря же опытные командиры два года учили их военному делу!
Прапорская мафия, узнав, что я в город вернулся, быстро вышла на связь. Встретились в том же кафе, что и в первый раз. Только теперь это заведение принадлежало Мойше Лейбовичу, то-бишь, мне. Потому выглядеть стало гораздо симпатичнее, а подаваемые блюда съедобнее. Сидели в отдельном кабинете, предназначенном только для меня. Кроме Чухно, Гунько и Лифшица присутствовал еще один низкорослый худой мужичок неопределенного возраста в форме офицера милиции. Точно по пословице: маленькая собачка до старости щенок. Зато фамилию он носил громкую – Великанов. А еще он был двоюродным племянником Чухно. Седьмая вода на киселе, но это не помешало им найти друг друга и замутить свой уже немаленький гешефт. Великанов попросился на личную встречу, и я разрешил ему прибыть. А когда здоровался – порылся в его сознании. Интересного мало, обыкновенный стяжатель в погонах. Одни его «соплеменники» на улицах старушек да пьяных обирают, а этот умыкнутым имуществом приторговывает.
Мелкому Великанову я дал высказаться первому. И заслушался! Предложил он весьма обширный ассортимент милицейской экипировки, количество тоже впечатляло. Правда, с ценой он ошибся. Поправлять пришлось:
– Так когда, говоришь, ревизию-то ждете?
О ревизии он не говорил, потому вытаращил на меня глаза и проблеял:
– Через неделю… А откуда?..
– От верблюда, отрезал я. – Так сколько ты за все хочешь?
Старший лейтенант милиции назвал уже более скромный порядок цифр. Я согласился, но с условием, что все снаряжение он должен будет привезти самостоятельно и завтра. За что добавил 10 % к запрошенной им сумме. Расстались более-менее довольные сделкой: я – более, он – менее. Что поделаешь, кто владеет информацией, тот и диктует цены. Он был вынужден согласиться, иначе после ревизии все выявленные излишки достались бы вышесидящему.
Гунько как всегда предложил десяток АКМ, три ручных пулемета и… полторы сотни трехлинеек-мосинок. По десять долларов за штуку. Я едва не обалдел! Посмотрел на хохла удивленно:
– Им лет-то сколько? Они, наверное, уже даже на переплавку не годны!
– Возраст да, приличный, – блеснув хитрым глазом произнес Гунько. – Только они в войсках небыли, так и пролежали на складах. В ящиках даже упаковочные листы сохранились, что на заводах клали.
– Случаем, ППСов ни откуда не привезут? Так же, в заводской упаковке? Или ППШ?
– А что? – насторожился прапор. – Интересуют? А «Арисаки» японские?
– Где я патроны на этот антиквариат брать буду? Ты подумал, прежде чем предложить?
Хохлы-прапора переглянулись, и Чухно ответил:
– Патроны ТТ есть, а для японцев поищу.
– Минимум по тысяче выстрелов на ствол. Тогда и о цене поговорим.
Самым счастливым в этой компании был, на мой взгляд, «запорожец» Чухно. Брал я у Грицка (под полтинник лет, а все Грицко) «товар» если не «КамАЗами», то «УРАЛами». И не по одному, а сразу несколько. Чего мелочиться? Да и вдруг «Хохло-Супермаркет» закроют. Хоть и «крыша» ФСБэшная, но нет абсолютной страховки от случайно прилетевшего «метеорита-нежданчика». Нет, надо искать выходы на производителей и официальных поставщиков всего этого продукта. А еще лучше – иметь свое производство. Мечты – мечты!.. Но Михаила Михайловича я этим вопросом озаботил. Да и пора уже о делах наших коммерческих поговорить.
Договорившись с прапорами о порядке доставки оговоренного, я их отпустил. Остался один Лифшиц. Смотря на меня грустными глазами больной собаки, он произнес:
– Сегодня я мало что предложить могу. Хлам везут. Но вот тут такое дело образовалось, может, заинтересует?
– Что за дело? Опять кто-то долевое участие предлагает?
– Вообще-то – да! Пригнали ко мне девять БМП-1. Пулеметы и ракетные установки с них до того еще поснимали, а вот пушки в башнях остались. Гладкоствольные. «Гром» называются, 73-мм.
