Эриас скривил губы.
– В таком случае почему запаниковали сейчас? Может быть, дочурка мельника просто увела лесорубов в один из лесничих домиков и с ними все прекрасно?
– Невозможно! Дочь мельника слепа с рождения и границы деревни никогда не переступала. Когда она пропала, мы подняли шум, подумали, что ее кто-то увел или же она сама заплутала, но через два дня свидетель все опроверг. Он видел, как она говорила с последними пропавшими лесорубами, более того, каким-то чудом увела за собой прочь от деревни.
Все это время Люциан молчал, но сейчас подал голос, сухой и бесцветный:
– Кто ваш свидетель?
– Внуки старшего лекаря. Они каждый день бегают по округе в поисках трав, поэтому многое видят и слышат.
– Где они сейчас?
– Скорее всего, у деда. Полдник ведь. – Балек пожал плечами. – Наверняка забежали перекусить.
Поднявшись с места, Люциан попросил:
– Отведите нас к ним. – Он не видел смысла продолжать диалог с тем, кто ничего не знает о ситуации.
– Вы возьметесь за это дело? – Балек подскочил следом.
– Если в нем замешана магия – да.
Староста повел их к дому старшего лекаря, находящегося в десяти минутах ходьбы. Балек шел первым, что позволило заклинателям тихо обсудить случившееся.
– В этих лесах и правда не водится темных тварей, – прошептал Эриас. – Мы ночевали в них, информация верная, а значит, они вряд ли могли утащить людей. Если лесорубов уводила девчонка, это вполне может быть демон.
Люциан кивнул:
– Или мстительный дух. Или чье-то проклятие.
– Каков план?
– Для начала поговорим с детьми и проверим улики, а дальше по ситуации. Думаю, придется позвать остальных.
Эриас выдохнул:
– Удачно мы приехали…
Возле дома лекаря собралась небольшая очередь из рослых мужчин. Все они выглядели крепкими, но утомленными, а судя по ссадинам, серьезное лечение не требовалось, лишь обработать раны.
– На полдник Харес берет заслуженный отдых, чтобы пообщаться с семьей, вот людям и приходится ждать, – пояснил Балек, приветственно кивая мужчинам.
Очередь с интересом уставилась на прибывших заклинателей. Высокие, атлетично сложенные, одетые в серебряные одежды с поблескивающей на солнце рунической росписью, адепты резиденции клана Луны привлекали внимание, поэтому жители деревень засматривались на них при встрече. К тому же они видели их нечасто – заклинатели просто не успевали объезжать все земли. Люциан и Эриас держались отстраненно, хотя владыка Луны все же кивнул нескольким селянам в знак приветствия.
Дом лекаря был разделен на приемную и жилую зоны. Незапертая входная дверь указывала на то, что можно было войти, и Балек провел заклинателей через несколько комнат в пустую гостиную.
– Видимо, Харес решил трапезничать в саду, – пробормотал он, а потом повел их по коридору к задней двери.
Для человека, живущего в небольшой деревушке, сад при доме был оформлен богато – это указывало на ценность местного лекаря как мастера своего дела. Большая качель, искусственный пруд с рыбами, самодельная дубовая беседка с крышей, которая, несмотря на простоту конструкции, была искусно украшена резными узорами. Люциан этому не удивился: Фаэлла выступала одним из центров по добыче леса, и столяры здесь трудились выдающиеся.
Лекарь стоял в беседке рядом с небольшим столом, за которым двое озорных темноволосых ребятишек лет семи елозили вдоль мягкой коричневой лавки, пока пожилая дама в льняном платье разливала чай. Она была не похожа на прислугу, скорее, хозяйская жена.
Балек подошел к ступенькам, ведущим в беседку.
– Харес, прости, что отвлекаю от трапезы, но у уважаемых заклинателей к тебе дело.
Заметив гостей, лекарь что-то шепнул внукам, спокойно подошел к Балеку и почтительно поклонился. Он был облачен в плотную длинную рубаху до бедер и темные штаны, заправленные в низкие мягкие сапоги. Его каштанового цвета волосы были заплетены в короткую косу, а на подбородке и щеках виднелась небольшая щетина.
Харес посмотрел на них журавлиными глазами [19] и учтиво спросил:
– Чем обязан уважаемым заклинателям?
– Нас интересует то, что на днях видели ваши внуки, – негромко ответил Люциан. – Господин Балек рассказал, они застали дочь мельника, когда та уводила за собой группу лесорубов. Мы хотим уточнить, где это было и не заметили ли они еще чего-то странного.
Харес наклонился вперед и тихо попросил владыку Луны:
– Я разрешу вам поговорить с детьми, если будете тактичны и не станете пугать их. Они не знают всей ситуации, и мы не хотим, чтобы знали.
Когда Люциан заверил, что они все понимают и принимают требование, Харес с облегчением выдохнул и обернулся.
– Лиана, Вилиан, можете подойти поздороваться с нашими гостями? А я пока помогу бабушке разложить еду по тарелкам. – С этими словами он развернулся и поднялся обратно в беседку.
Дети, до этого щипавшие друг друга и хихикающие, вмиг обратились в слух и посмотрели на дедушку, а потом перевели взгляд на заклинателей. Брат и сестра осмотрели их с головы до ног и, заинтересовавшись необычным видом, послушно подошли ближе.
– Мое имя Люциан Мун, я адепт клана Луны, – сказал он, опустив взгляд на Вилиана и Лиану в светло-зеленых одеждах. – Не хочу отвлекать вас от трапезы, но мне нужно узнать подробности вашей последней встречи с дочерью мельника. Мне передали, вы видели, как она пошла гулять с группой лесорубов. Не могли бы вы подсказать, в каком месте это случилось и куда они направились, а также не видели ли вы еще что-то занимательное? – Голос его звучал столь обыденно и легко, что даже взрослые слушатели не заметили тревожного подтекста. Губы украшала мягкая улыбка, его красивое лицо светилось добротой, хотя прямые, с заостренными кончиками брови утяжеляли взгляд и добавляли мрачной серьезности.
– Оливия еще не вернулась? – обеспокоенно спросил Вилиан ломающимся голосом.
Лиана, не давая брату услышать ответ на вопрос, пролепетала:
– Это правда, мы тогда копали травы неподалеку и видели, как она уходила в лес вместе с лесорубами. Они встретились у входа в деревню.
– Вы можете объяснить, где именно были вы, где стояли они и куда пошли?
Лиана задумалась, а ее брат нахмурился, выжидающе уставившись на Люциана, который так ему и не ответил!
– Мы находились с правого края от входа в деревню, прямо возле трех кривых берез. Оливия стояла у поваленной сосны, а потом они пошли в сторону грибной поляны.
– Вы видели, с какой стороны появилась Оливия?
– Нет. Мы были заняты травами.
– А было ли что-то необычное в ее поведении или в поведении ее спутников?
Лиана пожала плечами.
– Для слепой она слишком уверенно шла.
Люциан благодарно улыбнулся им и посмотрел на старосту, взглядом вопрошая: «Вы все поняли?» Балек оказался проницательным и кивнул. Затем Люциан поклонился детям и лекарю, который все это время, скосив взгляд, наблюдал за ними.
– Спасибо вам за помощь, желаю приятной трапезы.
– Это все? – Лиана вскинула брови, недоуменно взглянув на него.
– Дети, идите есть, – позвала их бабушка, пытаясь помешать дальнейшим расспросам.
– Да, это все, – с улыбкой ответил Люциан, еще раз поклонился Харесу и его жене, а затем развернулся, чтобы уйти.
Поскольку Балек знал, какую область описывали дети, заклинатели уже через двадцать минут были на месте происшествия. К открытым вратам вела пыльная дорога, по одной стороне от нее росли три кривые березы в мягкой траве, а с другой лежали остатки недавно поваленной сосны, которую местные уже порубили и растащили по домам. Там же начинался лес, где скрывалась грибная поляна.
– Вы что-нибудь нашли? – спросил Балек, наблюдая за тем, как Эриас задумчиво осматривается по сторонам, а Люциан, присев на корточки, сверлит взглядом сухую землю.
– Отправляйтесь домой, – сказал Люций и переглянулся со своим стражем. – Мы пройдемся туда, куда, по словам детей, ушли пропавшие.
