– И не надо на меня так смотреть! – злобно прорычал он. – Я понимаю, как это звучит! И не испытываю от этого никакого удовольствия! Я уже пообщался с первым и вторым взводами, и еще к четвертому идти! Так что соберите силы в кулак, вспомните, ради чего все это, и вперед, за работу! Выезд по готовности, взводный, командуй! – добавил полковник и быстрым шагом вышел за дверь, громко хлопнув ей напоследок.
– О как. – недовольно покачал головой Скайнет.
– Ага. – кивнул я, чувствуя его негодование.
– Все все слышали! – пробасил Хобот, выходя из‑за своей парты. – Собираемся, проверяем все, выезд через час! – скомандовал он.
– Командор, я Круга к себе в отделение заберу? – обратился к Хоботу Скайнет.
– Так у тебя же водила есть, или ты замену сделать хочешь? – слегка удивившись, спросил старшина у Скайнета.
– Нее, водила есть, и хороший, бойцом пойдет, не все же ему за баранкой отсиживаться, да и пусть бока растрясет, а то отлежал их там, поди. – расплывшись в улыбке, сказал он.
– Круг, ты как? Пойдешь? – спросил у меня Хобот.
– Пойду, чего не пойти. – согласно кивнул я.
– Капсуль, снарягу выдай человеку. – обратился произнес старшина и отправился на выход из кабинета.
– Капсуль, ну или Саня. – произнес мужичок лет сорока, что все это время стоял позади меня и протянул руку.
– Колян или Круг. – улыбнувшись, ответил я.
– Я теперь вместо старшины, пойдем, нарядим тебя как на праздник. – улыбнувшись, сказал он и повел меня в каптерку.
– Круг, только давай в темпе, дело есть! – произнес вдогонку Скайнет.
– Постараюсь. – ответил я ему через плечо.
Зимняя одежда была добротной, Капсуль не скупился, и обмундирование выдавал все новенькое, а оружие ухоженное. Экипировка была стандартной: китель, штаны, плюс зимние берцы, которые больше походили на ботинки для сноуборда. Помимо этого, шерстяная шапочка, что превращается в балаклаву, теплый бушлат, ватники и специальный тонкий костюмчик, что одевается поверх всего, белого цвета, для маскировки. Также мне дали броник, автомат Калашникова, Сайгу, кучу магазинов, коллиматорный прицел и даже подствольный гранатомет. Капсуль мне пояснил, что со второго раза до склада все же добрались, вместо нас поехал четвертый взвод, и там наши оружейные склады пополнили до самых потолков, часть всего даже не везли, и лежит на поверхности.
Поблагодарив Капсуля за обновки, мы вернулись в кабинет, где все уже занимались подготовкой снаряжения. Я присоеденился к товарищам, первым делом снарядил все пустые магазины, загрузил разгрузку до отказа, а после нарядился в зимний костюм. Скайнет, видя, что я готов, сразу потащил меня на улицу, мол, показать новую машинку, и ей была БМП, выкрашенная белой краской.
– Да ладно! А мы в нее вообще влезем? – ухмыльнувшись, спросил я.
– Влезем! – улыбнувшись, ответил он. – Пока ты там дрых, тут сугробы под самые помидоры нападали, «Кошаки» ждут весны, так что пользуемся наследием от предков. – похлопал он по борту БМПшки.
– Что за дело то? – уточнил у него я.
Скайнет сразу начал озираться по сторонам, а после мы обошли БМП сзади и, открыв створки, забрались внутрь.
– В общем так, Круг, расклад такой. При Хоботе будь максимально осторожен в выражениях, спекся наш железный феникс и полностью пляшет под дудку нового начальства. Да и новеньких парней пруд пруди, не те, что раньше, конечно, но способные имеются. Главное, среди них однозначно есть засланные казачки. Начнешь катить бучу, всучат как пить дать, а крайнего, разумеется, не найдешь. – пояснил он мне.
– А тебе типа можно всю душу излить? – с легким недоверием спросил я у него.
– Молодец! А ты врубаешься в тему! – ухмыльнулся он. – Ты точно в коме был? А то, может, на повышении квалификации? – уточнил он.
– Ну знаешь ли, было время подумать и все осмыслить, особенно то, как мир теперь устроен. – развел я руки в стороны.
– Верить или нет – дело твое. Ты, кстати, сам на карандаше, это у кого из нас жена из числа белых халатов, причем из высшего эшелона? – с укором произнес он и шутливо ударил меня кулаком в плечо.
– Базаришь, как говорится, вопрос со звездочкой.
– Все так, ты мне сразу показался нормальным человеком, вел себя достойно, да и Хобот говорил, в бою не подкачал, несмотря на больную спину. Так что я сделаю первый шаг, дабы установить уровень доверия. Я хочу бежать отсюда. – убрав улыбку с лица и перейдя на серьезный лад, сказал он, глядя мне прямо в глаза.
– Тут наши мысли сходятся. – согласился я. – Но как? И куда? Есть идеи?
– Пока никак и никуда, зимой глупо бежать. Следы, холод собачий, опять же – еды нет. В общем, это будет самоубийством. Нужно готовиться, думать и весной, как только снег сойдет, сразу вставать на лыжи. – предложил он.
– Добро, я в деле, но ты учти, я буду не один, а с Лизой.
– Да хоть с Моной Лизой, мне плевать, главное, все нужно продумать до мелочей, а то головорезы нас нагонят и покарают. Кстати, наш ЗНШ, что так яростно вещал в кабинете, как раз назначен из них. Поэтому держи ухо востро и никому пока про побег не говори, даже Лизе. И еще момент, насколько сильно ты в ней уверен? А то, помнится мне, прошлый раз вы несколько не сошлись во мнениях.
– Я в ней уверен на все сто, жизнь могу ей доверить!
– А что это вы тут делаете? – приоткрыв дверцу, расплывшись в улыбке, спросил Капсуль, заставив нас со Скайнетом вздрогнуть.
– Капсуль, мать твою! Ты что крадешься, как кошка! Ты к машине идешь или к вражескому караулу подбираешься? – злобно прошипел Скайнет.
– Извини, командор! – смутившись, ответил Санек.
– Извиняю, за пулеметом поедешь. – хохотнув, ответил он.
– Как за пулеметом, там на улице под минус тридцать давит, холодно же! Сжалься, начальник.
– Я за пулеметом поеду, хоть свежим воздухом подышу. – вызвался я, спасая Капсуля. – Но потом подменишь, все же сам сказал, что мороз под тридцатку.
* * *
Яркое зимнее солнце, хрустящий пушистый снег, все вокруг белое, красивое, и даже моя балаклава вся покрылась инеем, а ресницы льдом. Свежим воздухом наслаждался я недолго, так как очень быстро замерз. И вообще я недоумевал, на кой‑черт стоять за пулеметом, который, в свою очередь, установлен на башне с, мать ее, пушкой.
Тем не менее было интересно наблюдать, как резвые боевые машины, позвякивая гусеницами, словно снежные барсы, прорываются сквозь снежную пелену. Наша колонна состояла из четырех машин, что ехали в одну линию, и на этот раз мы ехали третьими, можно сказать, уже по накатанной колее. Задача в целом была простой: заходим в квадрат, встаем цепью и курсируем по нему в поисках людей, если никого нет, переходим в следующий, и так далее.
– Слышь, Капсуль, меняй меня на хрен! Я уже лица не чувствую! – прошипел я в рацию.
– Иду! – раздался довольный смешок в ответ, а через минуту я почувствовал удар по своей ноге.
Отпустив пулемет, я сполз в салон и кое‑как разминувшись с Капсулем, который смотрел на меня сквозь лыжные очки, а его лицо было обмотано шерстяным шарфом, и я уверен, что под этим шарфом он сейчас прятал самодовольную ухмылочку.
В салоне БМП ехать – одно удовольствие, мало того что тесновато, как в банке шпротов. Так я еще и не сразу додумался убрать оружие в сторону, но приклад моего автомата сам подсказал мне об этом, звонко врезавшись в мой лоб, когда водитель преодолевал очередное препятствие на дороге.
– Это тебе не баранку в Тигре крутить! – рассмеявшись до слез, заявил мне Скайнет.
Мы кружили по снегам несколько часов, пока по общему каналу не пролетела команда о том, что впереди замечен дом, из трубы которого идет дым. Все сразу напряглись и взяли в руки оружие. Водители замедлили ход и начали приближаться к нужному дому. Мы, разумеется, ничегошеньки не видели, словно слепые котята. Нет, у нас, конечно, были глазки на улицу, но там мы видели только белый снег и все.
Как только БМП замерла на месте, Скайнет дал команду на выход, и мы вчетвером выбежали на улицу через заднюю дверь. Капсуль остался стоять за пулеметом, и водитель был на своем месте.
