— Как-то переживаю я, — проговорил генерал, а Кардиналов закивал головой.
— Да, есть такое, — согласился капитан.
— И скучно… — продолжил свою мысль Лежаков. — И вот, что странно. Раньше, когда в части ничего не происходило, мы ходили в баню, отправляли бойцов в отпуск, сами гуляли в городе. А сейчас как-то не хочется никого отпускать.
— Кстати, раз уж об отпусках заговорили, — вспомнил капитан. — А как там отряд Первого?
— Нормально его отряд, — пожал плечами Лежаков. — Трое на полигоне прохлаждаются, а четвертый в капсуле отдыхает, познает летное искусство, — усмехнулся он. Как-никак, а информация о сбое капсулы уже дошла до него.
Хотя операторы наперебой твердят, что проблему с слишком высоким уровнем сложности удалось решить и они починили капсулу. Проверить это невозможно, но если боец в капсуле до сих пор жив, значит уровень там явно не двенадцатый и это был какой-то сбой отображения. Потому волноваться нет никакого смысла.
— О! — удивленно воскликнул капитан. — Мне из отряда Первого звонят! — он посмотрел на экран и сразу ответил на вызов. — Кардиналов слушает!
— Товарищ капитан! — послышался радостный голос одного из них. — Разрешите отправиться на задание? Мы обменялись с другим отрядом, они на полигон пойдут вместо нас!
— Конечно, разрешаю! — радостно воскликнул Кардиналов и на этом завершил звонок. — Ну всё! Наконец-то что-то интересное!
* * *
— А теперь представь… — Ирина оскалилась и, взмахнув рукой, оторвала кусок обшивки кабины пилота и бросила этот кусок на ногу Художнику, отчего тот взвыл. Как-никак, весит он больше трехсот килограмм и от его падения сломалась кость. — Представь, что тебе зажало ногу! Хахах! — расхохоталась она.
— Зачем ты говоришь представить, если мне, и правда, зажало ногу? — прокричал бедолага.
— А это чтобы лучше представлялось, — оскалилась девушка. — Всё, нога застряла и ты не можешь дотянуться до рычага раскрытия нижних заслонок. А они, так уж получилось… — она подошла к рычагу и дернула за него, так что самолет стал резко замедляться и крениться вниз. — Так уж вышло, что кто-то их раскрыл. И если не закроешь их — упадешь!
Будто бы этого было мало, но вокруг, то и дело, гремели взрывы и сверкали вспышки. Но это уже вошло в привычку. На каждом виртуальном боевом вылете вся земля усыпана самыми разными системами противовоздушной обороны и сейчас не исключение.
— А что я могу здесь сделать? — возмутился Художник. — Нога зажата, рычаг в другом конце кабины. Я не дотянусь до него!
— А ты думай, думай, — улыбнулась Ирина и кивнула на кресло пилота, где сбоку был размещен запас необходимого вооружения. В том числе пистолет, чтобы застрелиться, и нож-пила для выживания в сложных условиях после катапультирования.
На самом деле, в кресле пилота есть еще немало полезных предметов. Так как пилот катапультируется вместе с креслом, в него заложили богатый набор всего необходимого. Там и аптечка, и винтовка, и туристический набор. Всё, что необходимо, даже запас еды и воды на несколько дней.
— Надеюсь, ты понял, что надо делать, — девушка подмигнула и растворилась в воздухе, оставив Художника наедине со своими мыслями.
Правда, долго думать он не стал, всё-таки самолет уже потерял высоту и до столкновения с землей осталось меньше минуты. Это если враг не попадет ракетой или не добьет окончательно левый двигатель, который и так дымится вот уже минут десять.
А когда Ирина вернулась, она увидела бледное, но крайне довольное лицо своего ученика. Искусственный интеллект не сразу смог понять, что у бойца не хватает ноги. А затем он не мог понять, зачем было отрезать ногу, если задача заключалась совсем в другом.
— Вообще-то, ножом ты должен был поддеть защитный короб и закрыть заслонки, замкнув кабель, идущий на привод… — задумчиво проговорила девушка. — Но честно признаюсь, мне очень нравится ход твоих мыслей. Потому задание засчитано!
Картинка тут же сменилась и Художник получил свою ногу обратно, оказавшись в кресле тяжелого грузового самолета. Разумеется, из четырех двигателей работали всего полтора, да и то, не на полную мощность, и самолет стремительно сбрасывал высоту.
— У тебя есть выбор! — радостно воскликнула Ирина. — Причем много вариантов. Или ты упадешь, или придумаешь, как починить двигатели на ходу, или придется сбросить ценный груз. — Художник сразу положил руку на рычаг сброса, но девушка остановила его. — Ты думал, всё будет настолько просто? Не-ет, легко не выйдет. Ведь если ты дернешь за этот рычаг, то вместе с грузом выпадет твой командир!
*Хрусь!*
Художник дернул рычаг с такой силой, что вырвал его с корнями. Причем дернул в тот же миг, как получил уточняющую информацию. Тогда как Ирина еще некоторое время сидела и хлопала глазами, осознавая свою промашку. Цель задания была в том, чтобы заставить бойца погрузиться в муки сложного выбора, но в чем-то искусственный интеллект просчитался.
— Так, что-то пошло не по плану, — почесала она затылок. — Надо провести повторное сканирование, — Ирина минут на пять закрыла глаза и на ее лице появилась улыбка. — А-а-а, понятно… Боец, а ты ведь тоже не учел один момент.
— Да? И какой же? — довольный собой Художник уже выправил самолет и теперь спокойно направлялся к взлетно-посадочной полосе.
— А если Константин выживет? Что тогда будешь делать? — ехидно ухмыльнулась Ирина, тогда как Художник резко побледнел. — Во-во, я о том же.
— Ладно, не пугай так, — выдохнул пилот. — Мы в виртуальной реальности, он не может явиться сюда.
— Ты в этом так уверен? — усмехнулась она, а у бедолаги задрожали руки. — Сразу предупрежу, если он вдруг явится сюда, на меня даже не надейся. Я просто сделаю вид, что зависла и не работаю. И буду так стоять, пока он не уйдет.
* * *
— Как же хорошо… — протянул Игорь и чуть ли не закрыл глаза от удовольствия. Но сейчас отвлекаться нельзя, всё-таки они едут на снегоходах по лесу, а тут надо постоянно маневрировать.
— И не говори… — послышался блаженный голос Брага из динамиков в шлеме.
Они мчались втроем в сторону указанных координат и получали неописуемое удовольствие от поездки.
Да, это боевое задание, тут опасно, и всё в таком духе. Но лучше так, чем тренироваться с замотивированным Берсерком. Тот не намного хуже Константина, и ведомый желанием снова использовать эвакуационную капсулу не по назначению, заставлял их выкладываться на все двести процентов.
Они и не знали раньше, что могут двое суток бежать без остановки. Никто не может, а они, вот, могут. Причем во время боевых вылазок почему-то не так страшно. Враги стреляют куда реже, не избивают с такой жестокостью, не заставляют рыть руками траншеи в мерзлой земле. Враги вообще какие-то более гуманные, чем свои. По крайней мере, так кажется после тренировки.
Всю дорогу улыбки не сходили с лиц бойцов. Для них это как легкая прогулка по зимнему лесу, где в итоге их ждет пикник. Никто не запрещает остановиться на середине пути и перекусить, насладиться тишиной или пением птиц.
— О, медведь, — указал Браг куда-то вдаль, и действительно, на соседнем холме обосновался мишка.
Косолапый старательно выдергивал деревья из земли и отбрасывал их в стороны, не обращая никакого внимания на расположившихся в километре от него людей.
— А зачем он деревья щипает? — удивился Синий.
— Да избу, наверное, строить собрался, — пожал плечами Игорь. — Тут вообще медведи странные какие-то…
Вскоре они закончили чаепитие, погрузили сумки с провизией в снегоходы и продолжили путь. Но спустя полчаса Синий случайно сбил Новоса, что спрятался в сугробе. Затем Игорь влетел в еще одного, и в тот же миг из снега показался отряд из двадцати человек.
Новосы сидели в засаде и держали под прицелом дорогу, но они никак не ожидали, что в них начнут врезаться снегоходы, вылетевшие из леса. Никто такого не ожидал, но первыми в себя пришли бойцы из отряда Константина.
