— Взамен на возможность общаться с вашей сестрой — она само очарование. И не бойтесь, у меня есть невеста. Нериссе Риччи ничего не грозит в моем обществе.
— Мне нужно подумать, — честно сказал Грег. — И обсудить все с Элизабет и Андре.
— Пожалуйста. Думайте — это не повлияет на охрану девушек. — Анри посмотрел на часы, которые, как офицер, носил на запястье, и сказал: — раз все обсудили, тогда… До свидания, лер Блек.
— До свидания, ваше высочество.
— Можно просто: милер Анри.
— Вы не мой принц, — отрезал Грег.
Анри подошел к веревочной лестнице, которую скинули с дирижабля, и споро, как цирковая обезьянка, принялся забираться по ней, пока один из охранников удерживал её на земле.
Грег огляделся напоследок и, заметив подходящих к крыльцу вырванных из дома судебных хирургов, рванул к ним:
— Нер Картер, нер Вернер, можно вас на секундочку!
Лерам не отказывают, особенно в алом мундире особиста, так что мужчинам пришлось недовольно замереть на крыльце под присмотром Алистера Арбогаста — тот, запустив шутиху, почему-то не спешил вернуться в тепло управления. Наверное, присматривал, чтобы не взорвали.
— Слушаю вас, — кисло сказал молодой блондин — Картер из Сыскного.
Грег подошел к хирургам:
— Доброй ночи, неры… Я хотел спросить вас по поводу вскрытия нера Фишера и леры Отис…
Вернер не выдержал и напомнил:
— Простите, ничем не можем вам помочь — вы не имеете никакого отношения к полиции Аквилиты.
Грег скрипнул зубами, и неожиданно Алистер пришел ему на помощь:
— Лер суперинтендант, поиски нериссы Аранды закончились благополучно. Адер Дрейк нашел её в катакомбах среди кучи трупов. Он отвез её в госпиталь на всякий случай для наблюдения. Кстати, неры хирурги, вы бы поспешили с делами тут — вам еще в катакомбы спускаться.
Вернер со свистом вдохнул сквозь зубы:
— Это какое-то безумие… — Что именно было безумием — назначение Блека или действия бокора, он не стал уточнять.
Картер пришел ему на помощь:
— Морг забит — там уже некуда складывать тела!
Грег спокойно заметил:
— Завтра начнутся процедуры опознания тел с Оленьего, так что место освободится. Невостребованные трупы похоронят за свет городской казны. Так что по поводу нера Фишера?
— Результаты будут завтра…
— Мне нужно сегодня, — настоял Грег.
Картер вздохнул:
— Смерть не криминальная. Поскользнулся, потерял сознание и умер от переохлаждения.
— А лера Отис? — напомнил Грег. — Есть хотя бы какие-то подвижки, версии? Есть что-то намекающее, что могло бы привести её к смерти, если бы не действия инквизитора. У нас два задержанных, каждый признался в убийствах нер, но причины смерти называют недостоверные.
Картер оглянулся на суету вокруг и признался:
— Лера Отис — единственная, кто попал к нам в приличном для исследования состоянии. У неё точно нет признаков отравления какими-либо известными ядами. У неё нет признаков эфирных воздействий, кроме воздействия инквизитора… У неё обнаружены странные, неспецифические признаки истощения организма. Неспецифические признаки воспаления, но все посевы пока отрицательные.
Вернер добавил:
— Складывается впечатление, что собственный организм убивал её, протестуя против…
— …против костяной фигурки. — Картер потер замерзшие в перчатках руки. — Знаете, есть такой странный, еще необъясненный медицинский феномен. Когда происходит ранение в глаз, и по каким-то причинам глаз не успевают вовремя удалить, второй глаз слепнет от неспецифического воспаления, словно сам организм ополчается против уцелевшего глаза. С поражением яичек у мужчин тоже самое. Тут такая же реакция. Подозреваю — именно на чуждую организму костяную фигурку. Организм отторгает её, воюя сам с собой. Надо больше информации, надо больше исследований, но мой вердикт: смерти женщин с Оленьего связаны с костяными фигурками и специфической реакцией организма на них. Женщин никто не убивал. Как-то так.
Грег поблагодарил хирургов:
— Спасибо. Приятно знать, что в полиции служат такие специалисты, как вы. Доброй ночи! — он пошел в управление, осознавая: женщин никто не убивал, кроме бокора и его действий, конечно. Осталось выяснить, кто убил Моро, её секретаря и Тома, и отпускать чету Аранда из управления. Утром, конечно.
Он вошел в общую залу. Тут царила странная тишина. Свет приглушили, оставив пару ламп на столах. Брендон и Эван спали — последний заснул сидя на диване, пристроив голову на его спинку. Исчезающие эфирные плетения вокруг Эвана показывали, что его усыпили без его согласия. Оставалось только посочувствовать Хейгу: потерять эфирные навыки, навсегда превращаясь даже не в пустышку, а в бездарного — и врагу не пожелаешь. Эван еще и комиссар, где одним из требований является наличие дара. Он не только лишился дара, он еще и любимой службы лишится. Вот к кому жизнь совсем несправедлива!
Отец Маркус перебрался в кресло — чета Аранда исчезла из залы. Брок подошел к Грегу, зевая и поясняя громким шепотом:
— Аранда перевели в соседний кабинет — пусть выспятся. Охрана выставлена, так что набега чудом уцелевших зомби можно не бояться. Нер Аранда клятвенно обещал завтра дать честные показания. Надеюсь, завтра эту колдовскую дрянь закончим хотя бы в первом приближении. Некоторые дела еще будут тянуться и тянуться…
Грег ткнул пальцем в Эвана:
— Нельзя так с ним. Нельзя!
Брок скривился:
— Он не железный — ему надо отдохнуть. У него куча только-только затянувшихся ран.
Грег напомнил:
— Ты в подобном состоянии рванул на спасение неры Ренар, а потом пытался устроить драку сразу с пятью магами на набережной.
Брок сверкнул своими зелеными обиженными глазами:
— Был неправ.
— Прости, — пошел на попятную Грег, вспоминая, что сам там был, мягко говоря, неидеален, а еще точнее — чудовищен. Он тогда чуть не задушил Брока.
— Это был не ты. Это был лоа. У Вик тут целая теория появилась о жертвах Папы Легбе — второго захваченного фиксатором лоа.
— И какая же? — только чтобы Брок отстал от него, спросил Грег. Брок вцепился в его локоть и потащил к столу, где кроме колы стоял кофейник со свежесваренным кофе. Грег подумал и налил напиток себе и Броку — спать хотелось просто зверски, а уже скоро новый день на службе.
Брок, сделав глоток, сказал:
— Вкусы папы Легба были совсем другими. Его не устраивали жертвы в виде невинных лер. Ему пришлось отдать пять жертв-мужчин. Король выделил пять своих лучших офицеров: Ривза, Фейна, Гилла, Гордона, который был в курсе происходящего, но не считал себя жертвой… И бриллиант среди офицеров Тальмы Грегори Блека, блестящего офицера, окончившего Высшие Королевские Командные курсы, сильного мага и настоящего лера. Знаешь такого?
Грег скривился:
— Утром в зеркале сталкивался глазами, но ты…
— …не я. И Вик никогда не ошибается. Ты был одержим по одной простой причине — ты лучший в Олфинбурге. Парни будут рады служить под твоим началом. Слово чести, я не лгу.
— А как же ты?
Брок притворно вздрогнул:
— Я Сореля на дух не переношу. Я же рано или поздно не удержусь и встряхну его за его лерские грудки́ в попытке достучаться до разума. Сорелю, между прочим, еще четыре года в кресле лер-мэра сидеть. Так что я буду, как и раньше, заниматься любимым делом — расследованием, а ты будешь таскаться по скучным совещаниям с Эваном и мечтать за меня прибить Сореля. Как-то так.
— Ничего себе перспективы, — вздохнул Грег.
— Привыкай! Ты лучший, тебе проще. И… Хочу кое-что спросить у тебя… — его глаза подозрительно забегали, и Грег сам все понял:
— Если ты о Андре, то нет. Я просил её держаться от тебя подальше.
— Вот же, небеса и пекло! — кофе в стакане Брока плеснул, и тот поставил его на стол. — А я Клер… Лиз смог отпустить для тебя…
Грег посмотрел на Брока:
— Ты не знаешь, с кем связываешься. Проблема в том, что она легкомысленна. Влюбит, поиграет и пойдет дальше. Я её удерживать и уговаривать не буду. Думай сам — нужен ли тебе мимолетный роман. Вся проблема только в этом.
