Исповедь смертного греха 2 (СИ) - Вальтер Макс

— Чисто, — прошептал я, замирая у ржавого остова погрузчика.

— У меня тоже, — отозвался Санёк. — Мишка, Дашка, что у вас?

— Тихо, как в склепе, — сквозь помехи прорвался голос Мишки. Всё-таки нас глушили, и даже несмотря на то, что мы перешли на низкочастотную связь, отголоски шума всё равно прорывались. — Пока никого. Продвигаемся к точке «А». Дашка говорит, что визоры противника пока не трогала.

— Пусть ждёт, — ответил я. — Активируем только в критический момент. Нельзя, чтобы они узнали об этом раньше времени.

Мы двинулись дальше. Интерфейс услужливо высвечивал количество патронов в магазине. У оружия имелся и собственный дисплей, но так было гораздо удобнее.

— Есть контакт, — внезапно раздался голос Мишки. — Трое, сектор «С», движутся к центру. Идут быстро, нагло, даже не прячутся. Нас не заметили.

— Отступайте к точке «В», — скомандовал я. — В бой не вступать. Попробуем их перехватить и выгнать на вас.

— Понял.

Мы с Саньком изменили маршрут и начали смещаться к точке сбора. Интерфейс перестроил карту, прокладывая оптимальный путь. Я видел, как на виртуальной схеме полигона движутся четыре синие точки. Две отдельные: Мишка и Дашка отходили к выбранной нами заранее позиции. Жаль, мы не могли так же видеть противника. Но это было бы совсем просто.

И тут интерфейс зафиксировал движение. Едва заметное, на грани чувствительности. Я замер, вскинув руку в предупреждающем жесте. Санёк тут же припал на колено, взяв под прицел сектор справа.

— Что там? — прошептал он.

— Не знаю. Что-то промелькнуло.

Я внимательно осмотрелся, но так ничего и не заметил. Интерфейс тоже молчал, будто случился какой-то глюк. То ли на него так действуют помехи, то ли цель двигалась слишком быстро. Я напряг зрение, вглядываясь в просвет между контейнерами. Нет, никого, пусто.

— Ложная тревога? — спросил Санёк.

— Не знаю. Двигаемся дальше, но смотри в оба.

— Принял…

Мы прошли ещё метров двадцать, когда слева, из-за груды металлических бочек, вылетела граната. Интерфейс взвыл сигналом тревоги, подсвечивая траекторию, и я рванул Санька за бетонный блок. Граната грохнула где-то за спиной, рассыпая сноп электрических искр. Шокер. Если бы мы остались на месте, нас бы обоих вырубило.

— Вот теперь точно контакт, — выдохнул я и хищно оскалился. — Мишка, Дашка, нас атакуют. Трое, сектор «D». Кажется это ваша штурмовая группа.

— Понял, — отозвался Мишка. — Мы почти на точке. Держитесь, идём к вам.

— Отставить. Мы справимся. Действуем по плану.

Я выглянул из-за блока и дал короткую очередь в сторону, откуда прилетела граната. Не чтобы попасть, а так, в качестве острастки и чтобы обозначить огневой контакт, заставить их залечь. Интерфейс подсветил три фигуры: одна за бочками, вторая смещается вправо, пытаясь зайти с фланга, третья прикрывает их огнём из-за остова броневика. Работают грамотно, слаженно. Не удивлюсь, если последние два дня Карина гоняла их на симуляторах до седьмого пота.

— Санёк, держи правый фланг. Отходим по очереди.

— Принял.

— Пошёл!

Мы начали отступать, прикрывая друг друга. Я давал очередь, Санёк перебегал за следующее укрытие. Потом он открывал огонь, и перебегал я. Били короткими очередями, экономя патроны, и всё равно они быстро утекали. К концу отхода мне пришлось сбросить первый опустевший магазин.

Интерфейс работал как часы: подсвечивал противников, их сектора обстрела, время, за которое они доберутся до следующей позиции. Однако против нас играли не дилетанты, и как бы я ни старался, так и не смог никого из них зацепить.

Карина явно избрала другую тактику. Её штурмовая группа — это трое бойцов. Похоже, они должны создать шум и навязать бой. А сама Ибрагимова действовала как-то иначе. И это «иначе» я прочувствовал на себе очень быстро.

Мы с Саньком почти добрались до точки «В», когда он внезапно замолчал. Точнее, не то чтобы замолчал, просто перестал издавать какие-либо звуки.

— Саня? — позвал я, не оборачиваясь. — Санёк, приём.

Тишина.

Я развернулся и увидел его лежащим на земле. Он не двигался, только глаза, полные злости и удивления, метались по сторонам. Я перевернул приятеля и увидел, что парализующий заряд попал ему точно в спину, между лопаток. Вскинув автомат, я обвёл взглядом пространство позади нас. Никого. Только пустые контейнеры и ржавые бочки. Тройка штурмовиков тоже растворилась. Неужели Карина? Вот ведь бестия! Появилась из ниоткуда и исчезла в никуда, не оставив следов. Кажется, я начинаю понимать, какую тактику она решила выбрать.

Интерфейс молчал. Он не зафиксировал её приближения, не заметил выстрела, не засёк отхода. Она двигалась как настоящая тень. Быстрее, чем система успевала реагировать. А в качестве основного аргумента выбрала оружие с глушителем. Это плюс дистанция объясняло, почему я слышал выстрела.

— Санёк — минус, — доложил я своим. — Попадание в спину. Думаю, Карина избрала тактику одиночки. Её группа наводит шум и отвлекает, пока Ибрагимова атакует в спину.

— Поняли, — ответила Дашка, — Мы на точке «В». Видим троих штурмовиков. Они закрепились у восточного входа и не лезут.

— Ждите. Я скоро буду. Старайтесь не высовываться на открытые участки. У Карины какой-то дальнобой с глушителем.

Но добраться до точки «В» оказалось не так просто, как я думал. Стоило мне сделать несколько шагов, как слева снова мелькнула какая-то тень. Я тут же развернулся и дал очередь. Пули ударили в контейнер, высекая искры, а тень исчезла так же быстро, как появилась.

«Карина», — понял я. Она кружила вокруг меня, как хищник вокруг добычи, но не атаковала, выжидая более удобного момента. Она ведь знает меня не хуже, чем я её, и прекрасно понимает, что просто так ко мне не подобраться. Тем более после того, как она убрала моего друга. Но также я понимал, что как только отвлекусь, потеряю бдительность, она тут же нанесёт удар. Расслабляться нельзя.

Интерфейс пытался отследить её, но безуспешно. Она двигалась слишком быстро и непредсказуемо. Я ловил лишь отголоски: смазанный силуэт на периферии, дрогнувшую тень за углом.

Интересно, чего она добивается? Вряд ли хочет вступить в схватку один на один, иначе давно бы уже это сделала. Неужели пытается меня загнать? Да хрен там плавал! Я тоже умею принимать нестандартные решения.

— Дашка, Мишка, — прошептал я, — я задержусь. Карина здесь. Попробую её прижать.

— Нам что делать? — спросил Мишка тоже шёпотом.

— Постарайтесь скрыться от основной группы, — посоветовал я. — Двигайтесь в сектор «С». Там мешанина из контейнеров, сможете растянуть их отряд. Я постараюсь подойти как можно скорее.

— Принял.

Я присел над телом Санька, быстро проверил его состояние. Живой, злой, глазами вращает, а значит, в порядке. Через полминуты паралич спадёт, и он снова будет скакать как тот козлик в живом уголке интерната. Правда, в бой он уже не вернётся. Выбыл — значит выбыл.

Я снял с его плеча дробовик и огляделся. Сейчас, в тихой охоте, он мне будет только мешать. Но и бросать оружие посреди полигона как минимум глупо. Я нашёл глазами ржавый остов погрузчика, за которым мы прятались минутой раньше, и аккуратно задвинул дробовик под него, присыпав сверху горстью щебня. Если понадобится, я знаю, где его искать.

Теперь со мной только автомат, два пистолета-пулемёта и гранаты. Этого хватит на небольшую войну, которую я собирался устроить Карине. По её правилам я играть не собирался. Пришло время для охоты на охотника.

Я выпрямился и снова обвёл взглядом пространство. Где-то там, среди лабиринта контейнеров и бетонных блоков, двигалась Карина — моя девушка и по совместительству мой противник. Вот такая ирония. Не удивлюсь, если наши наставники устроили это специально, чтобы заодно проверить нас на профессионализм.

Интерфейс снова зафиксировал движение: справа, на периферии, едва заметно мелькнувшая тень. Я повернул голову, но там уже никого не было. Только пустой проход между штабелями контейнеров. Она играла со мной, заставляя крутиться, дёргаться, раздражаться.