- Я поняла, - кивает девушка и, поднимаясь на цыпочки, утыкается носом в его шею, оглаживая плечи, а потом, отстраняясь, с улыбкой заявляет: Кажется, складки неправильно лежат.
Маркус улыбается, ему нравится эта игра. Осторожно наклоняет голову, чтобы целомудренно прикоснуться губами к ее губам. А Иванна вовсе и не сопротивляется, запрокидывая голову. Ведь это все понарошку, в саду, где гуляет куча придворных - значит, бояться вовсе нечего. К тому же она теперь знает, что поцелуи - вовсе не страшно. Даже если он вздрагивает, когда она робко отвечает, и начинает целовать ее совсем по-другому, глубоко и страстно, покусывая ее губы и сжимая плечи. Это приятно. Иви смело запускает пальцы в его волосы, растрепывая идеальную прическу. По спине пробегают мурашки.
Увлеклись? Пожалуй, да. Маркус падает на лавку, тяня ее за собой, усаживая на колени, и все же целует ее в шею, как мечтал, пользуясь ее растерянностью.
- Мы вам не мешаем? - раздается насмешливый голос со стороны дорожки. - Может быть, нам стоит пройти мимо?
Стыд-то какой! Иванна, отчаянно покраснев, вырывается из рук мужа, вскакивает и отпрыгивает в сторону, едва не плача. Как она могла! Глядит на леди Стефанию, как всегда безупречную, а леди Стефания, в свою очередь разглядывает дочь с удивлением и где-то даже радостью.
Она и в самом деле рада, что ее скромная тихая Ивушка, оказывается, способна на страсть. Потому что Маркус этот с самого начала ей не нравился - слишком мрачный, слишком холодный. Смотрит зло, говорит мало. Словом, совсем не похож на ее любимого Даромира. Полная противоположность. Стефа была уверена, что ничего хорошего от этого брака ждать не стоит, готова была разорвать все соглашения, увезти дочь прочь отсюда и найти ей нормального мужчину, который не морозит никого взглядом, но теперь была благодарна супругу, который не позволил ей даже вмешиваться.
- Много ты мать слушала? - строго спрашивал он. - Вообще хоть кого-то слушала? Ты сама свою судьбу решать хотела. Вот и Иванна - девочка умная. Если ее этот мужчина устраивает, то не лезь в ее жизнь.
- Если бы отец в мою жизнь не лез, мы бы с тобой не поженились, - бурчала в ответ Стефа.
- Думаешь? А мне кажется, ты бы от любого жениха сбежала и встретила меня. Я твоя судьба, золотце мое, смирись.
- Что значит, смирись? Я не буду смиряться, - смеялась Стефания. - Я буду счастлива, это лучше.
Сейчас женщине было даже немного стыдно за свои нелестные мысли о зяте. Ничего он не холодный, вон как покраснел, дышит взволнованно и с супруги глаз не сводит. Всё у них хорошо. А это значит, что и задерживаться нет смысла - можно ехать домой.
Они и не задерживались. Обняли детей, надавали кучу бесполезных советов, загрузились в карету и поехали домой в Славию, радуясь, что Даромир был всего лишь государевым наследником, а отец его Велеслав крепок еще. Будь Даромир государем - подобных свободных от условностей путешествий даже представить было бы нельзя.
Перед самым отъездом, правда, Маркус решился тестя отвести в сторонку:
- Господин Даромир, мне бы с вами посоветоваться, - вполголоса обратился он. - Я, правда, не знаю, у кого мне еще спросить. Нет ли у вас в Славии верного лекаря, который разбирается в ядах?
- Зачем тебе? - мгновенно подобрался Даромир.
- Есть у меня нехорошее подозрение, что придворный лекарь подкуплен, и удар его величества - дело нечистое. Впрочем, многие смотрели, но все твердят - разрыв сосудов в голове. А только ни один целитель помочь не может. Меня это всё очень настораживает.
- Целитель не помогает? - сумрачно переспросил Даромир и нахмурился. - Есть у меня целитель, конечно, с которым мало кто сравнится. Но с ядами он не работает. А вот сын его, он химик отменный.
- Химик? Не врач? Можно ли с ним связаться?
- Тоже целитель. Но он сейчас в Катае... Я даже не знаю, можно ли его поймать. Я напишу Аязу, но скорого ответа не жди.
- По морю выйдет быстрее, - предположил Маркус. - Здесь до Катая за три дня доплыть можно, если через мыс Оргов идти.
- По морю так по морю, - согласился мужчина. - Императорскому регенту тогда сразу пиши и говори, что брата его жены в гости ждешь по важному делу. Ну сам знаешь, не мне тебя учить.
- Интересные у вас друзья, - прищурился Маркус.
- Какие есть, - вздохнул Даромир. - Если что - пиши. Уверен, что справишься сам?
- Я ведь некромант, а не какой-то там воздушник, - небрежно отвечал будущий король, забывая, что его теща была именно магом воздуха. - Разумеется, справлюсь.
- Хорошо, - соглашался светловолосый мужчина. - А скажи мне, Маркус, за что вас, некромантов, так ненавидят? На вас ведь распространяется первый закон магии, или я ошибаюсь?
- Нельзя убивать? - прямо поглядел в глаза тестю некромант. - И это вы спрашиваете у меня, кто чужой энергией питается? Кто может выпить человека до дна? Мы -единственные, кто дышит смертью. Это наша стихия.
- Ты убивал, - это был даже не вопрос, а утверждение.
- Да, - ровно отвечал Маркус. - Таким было мое обучение. Ради развлечения - не убивал. Но мне нужно было понимать границы.
- Ну и ладно, - неожиданно спокойно пожимал плечами Ольшинский. - Во всяком случае, у тебя хватит сил защитить мою дочь. Кстати, ты ведь для нее безопасен?
- Разве она выглядит больной или несчастной? - Маркус не врал, но уходить от ответа он научился виртуозно.
- Не выглядит, - соглашался Даромир. - На первый взгляд, у вас все сладилось. Ведь сладилось?
- Не то, чтобы совсем, - признавался некромант. - Но я работаю над этим вопросом. Она потрясающая, мне с ней очень повезло.
- Рад это слышать, - Даромир кивнул мужчине и ушел к супруге.
Ему было тревожно, но показывать это он не хотел. То, что он немедленно пошлет письмо в Степь - это однозначно. А еще по дороге домой заедет в Льен и переговорит с канцлером Браенгом. У него тут обязательно должны быть свои люди, пусть присмотрит.
- У вас очень красивый отец, - заявила Иванне Анна-Мария, когда родители, наконец-то, покинули дворец, и необходимость притворяться влюбленными отпала. - Ах, какой мужчина!
- Да? - удивилась Иви. - Наверное.
Даромир, хоть и был уже в возрасте, шарма своего не потерял. В светлых волосах и бороде седины было не заметно, а наметившееся брюшко он ловко прятал под широкими рубашками. Впрочем, при его росте и ширине плеч некоторая полнота даже шла ему.
- У него только один недостаток, - с досадой вздохнула Изольда. - Он безнадежно влюблен в свою жену. Немыслимое дело! У них уже дочь взрослая, внуки скоро появятся, а он хранит ей верность!
- Ты что, пыталась соблазнить отца? - ахнула Иви.
- Ой, да все пытались, - махнула рукой кудрявая фрейлина. - Никто не справился. Девочки даже подумали было, что он просто несостоятелен... Но нет. С женой у него все получается, причем весьма увлекательно. Он большой затейник.
- Я не хочу об этом знать! - закричала Иванна, закрывая лицо руками. - Не-е-ет! Зачем ты мне это рассказываешь? Вы что, подглядывали?
- Ну как, вам бы у матушки многому поучиться, - настаивала Анна-Мария. - А то скучные вы с его высочеством, а еще молодожены. Скоро слухи начнут ходить. Глядите, станут называть вашего мужа не темным королем, а темным импотентом!
- Да уж, вы хоть займитесь чем-нибудь. ну в беседке что ли. - поддержала подругу Изольда.
Иванна застонала. Нравы Франкии она совсем принимать не умела. То, что творилось здесь, стало для Иви настоящим шоком. Здесь был просто разврат. Казалось, женщины только и разговаривали о том, кто с кем спит, обсуждали между собой мужские члены и пристрастия в постели, выбирали себе любовников на одну ночь и мечтали о "горячих жеребцах". В первый момент Иванна даже грешным делом подумала, что они в самом деле хотят заняться этим с конем, это было страшно и мерзко. Потом она поняла, о чем речь, но легче ей не стало. Подобные разговоры ее страшно смущали, и она со злорадством думала, что, став королем, Маркус быстро пресечет это безобразие.
