КГБист пробасил обратившись к отряду.
— Оцепление снять. Тело доставить мистеру Фиску, доложите ему что помимо нашего призрака и мистера Касла тут был Россомаха. По поводу происшедшего, объявите это терактом местной ячейки анархистов, дайте доступ копам, пусть потешат свое самолюбие. Я возвращаюсь в город. Мне нужно навестить одного старого оптика и узнать, кто из его клиентов покупал эти очки.
Адская Кухня. Мастерская «Оптика Гранта».
Дверной колокольчик звякнул слишком резко.
Старый мастер Грант, протиравший линзу под лампой, даже не поднял головы.
— Мы закрываемся через пять минут, приятель.
— Мне нужно всего три, голос гостя прозвучал как скрежет железа по бетону.
Грант поднял глаза и замер. Перед ним стоял массивный человек в тяжелом пальто, от которого пахло холодом и чем-то химическим. Анатолий Князев положил на прилавок пакет с изуродованными очками.
— Твоя работа?
Старик дрожащими руками взял оправу.
— Да… Моя. Индивидуальный заказ. Оправа из титанового сплава, линзы с особым покрытием. Очень дорого.
— Имя??? Князев не спрашивал, он констатировал необходимость.
Грант сглотнул, глядя на левую руку гостя, которая была слишком неподвижной и массивной под кожей перчатки.
— Я… я не записываю имен для наличных расчетов. Парень просто зашел, принес чертеж, заплатил…
— Ошибочный ответ, Князев подался вперед, и Грант почувствовал, как от него исходит аура чистого насилия. — Мне нужен доступ к серверу видеонаблюдения. Сейчас же.
Через две минуты Князев уже сидел за конторским компьютером. Его кибернетический протез с тихим жужжанием подключился к порту через кабель-адаптер. КГБист не просто смотрел видео он прошивал систему. На экране замелькали кадры: вот парень заходит, вот он забирает заказ. Лицо зафиксировано.
— В базе данных пусто, хмммм… прохрипел Князев, видя, что парень не числится ни в одном реестре города, страны, мира — Кто же ты?….
Но Князев был не из тех, кто верит в призраков. Он запустил алгоритм След.
Его программа, отточенная десятилетиями слежки за диссидентами, начала взламывать облачные хранилища камер соседних зданий, муниципальных светофоров и банкоматов.
На экране монитора возникла карта района. Красная линия начала медленно ползти от порога магазина.
Углы обзора, слепые зоны… ты думал, что спрятался, Князев следил за движением точки. — Но ты всегда возвращаешься туда, где тебе тепло и где тебя ждут..
Точка замерла через три квартала. Камера на козырьке круглосуточной аптеки зафиксировала, как парень сворачивает в неприметный переулок и заходит в обшарпанную дверь под вывеской «У Барни».
Князев медленно поднялся. Грант сжался в углу, надеясь, что про него забыли.
— Хорошие очки, ты хороший мастер, я обращусь к тебе когда закончу дело…бросил Анатолий, направляясь к выходу. А, твоему клиенту они больше не понадобятся. Он скоро перестанет думать о такой мелочи.
Дождь в Адской Кухне всегда пах мокрым бетоном и старыми грехами. Когда дверь бара скрипнула, Барни, не оборачиваясь, бросил привычное:
— Мы закрыты, парень. Заходи утром.
— На улице слишком холодно старик. Я лишь хочу выпить чаю, и согреться, голос гостя был ровным, с тяжелым, рокочущим акцентом.
Барни обернулся. Перед стойкой стоял массивный человек в длинном черном кожаном плаще. Его лицо казалось высеченным из камня, а взгляд был тяжелым, как могильная плита. Барни не был трусом, но что-то в осанке этого незнакомца заставило его вспомнить все советы Уотчера о том, что нужно быть внимательным к мелочам.
— Чай так чай, Барни поставил перед ним кружку. Пар от ромашки и мелиссы поднялся в воздух, смешиваясь с запахом сырой кожи плаща.
Незнакомец обхватил кружку огромной ладонью. Его левая рука двигалась как-то слишком механически, но Барни не стал приглядываться.
— Слушай старик, у тебя тут был помощник, как бы невзначай произнес человек в плаще. — Совсем недавно. Молодой, крепкий. Где он??
Барни вытирал стакан, стараясь, чтобы руки не дрожали. Он помнил каждого, кто переступал этот порог, но Уотчер предупреждал: осторожность это единственная валюта, которая имеет здесь ценность.
— Ты ошибся, приятель. Я здесь всегда один, один всё делаю, возможно поставщик заходил, но он на долго не задерживается обычно.
Тебе, должно быть, показалось.
— Показалось значит?! Усмехнулся человек — Ну хорошо..
Человек допил обжигающий чай практически залпом, даже не поморщившись. Он медленно поставил кружку на стойку и поднял взгляд на Барни. В этом взгляде старик прочитал свой приговор.
— Раз никого не было, как ты говоришь… значит, никого больше и не будет. Прощай, старик.
Князев встал и вышел в ночь, оставив после себя лишь запах мелиссы и предчувствие беды. Барни замер. Он понял: Уотчер влез в разборки, которые теперь коснутся всех. Трясущимися руками он перевернул табличку на «Закрыто» и запер замок. Он решил, что не откроет бар, пока Уотчер не вернется…
Но у судьбы и КГБиста были другие планы.
Спустя полчаса ночную тишину Адской Кухни разорвал грохот, от которого содрогнулись соседние кварталы.
Огонь, осколки кирпича и куски искореженного металла в мгновение ока заполнили помещение в баре..
Мощный взрыв, заложенный профессионалом, обрушил часть здания прямо над баром, превращая уютное убежище в братскую могилу.
Анатолий Князев стоял на другой стороне улицы, скрытый тенью переулка. Оранжевые отсветы пламени играли на его лице. Он знал, что делает: он уничтожал не здание, он выжигал сердце своей цели.
Наблюдая, как рушится крыша, КГБист ухмыльнулся и негромко произнес в пустоту:
— Туда тебе и дорога, старый хрен….
КГБист не оборачивался на вой сирен, которые уже начали стягиваться к пылающему остову здания. Он шел ровным, размеренным шагом, пока не сел в припаркованный в двух кварталах черный седан. Достав телефон, он набрал номер, который знали лишь единицы.
— Бар уничтожен, коротко бросил Анатолий, глядя в зеркало заднего вида на зарево пожара. Старик остался внутри. Гнездо сожжено, птице некуда возвращаться.
На другом конце провода послышался сухой, тяжелый вздох Уилсона Фиска.
— Хорошая работа, Анатолий. Ты сделал именно то, что требовалось выбил у него почву из-под ног. Теперь он в ярости, а яростью легко управлять.
— Я жду координат его местонахождения, Князев проверил затвор своего оружия. Я закончу это сегодня.
— Нет, голос Кингпина стал холоднее. — План изменился. У меня есть другое задание, которое требует твоей… ммм так скажем специфической квалификации. Возвращайся на базу.
За остальное возьмется другой человек.
Князев на мгновение замер. Его челюсть сжалась так, что послышался хруст, а пальцы кибернетической руки впились в кожаную обивку руля. Он не привык оставлять работу незавершенной, особенно когда добыча была так близко.
— Кто? коротко спросил он.
— Тот, кто умеет работать с «божественными» силами тише, чем ты, ответил Фиск и отключился.
Князев бросил телефон на соседнее сиденье. Он знал, что Фиск никогда не делает ставку на одну лошадь. Если Кингпин вводит в игру кого-то нового, значит, ставки поднялись выше, чем просто месть за Линкольна.
Седан сорвался с места, растворяясь в дождливых улицах Нью-Йорка….
Глава 10. "Солнце в Зените"
"Каждое погребение — лишь начало нового огня."
Логан крутил баранку, вцепившись в неё мертвой хваткой. Его фургон был старым куском дерьма, но надо отдать должное — он вез наши задницы, и этого пока хватало. Железо вибрировало так, что казалось, кости сейчас рассыпятся.
