Железный лорд. Наследник (СИ) - Лей Влад

Конечно, существовал риск того, что наш обман будет вскрыт. К примеру, вес «обманных» мехов совершенно не соответствовал настоящим, тем, которыми они прикидывались. Но это лишь один параметр. Силуэт, скорость — все это должно было убедить противника, что перед ним действительно тяжелые мехи. Я искренне надеялся, что странности в одном из параметров не позволят разгадать наш план.

И вообще, появление тяжелых мехов на поле боя для противника должно было стать сюрпризом. Ведь он был уверен, что все они были на уничтоженном транспорте.

Кстати, об этом. Я был практически уверен, что в рядах моих сторонников есть вражеский шпион, который сдал противнику информацию о том, когда мы выдвигаемся, какими силами располагаем и на каком из трех кораблей находятся тяжелые мехи, ведь ударил противник почему-то в первую очередь именно по тому транспорту, где были наши главные силы. А ведь куда удобнее было бить по другому транспорту, возле которого было куда меньше охраны и который находился значительно ближе. Но враг его почему-то проигнорировал. «Почему» — я только что объяснил.

К сожалению, вычислить предателя вряд ли удастся. Кто знал о нашем отбытии? Кто мог видеть нашу погрузку? Воители, оставшиеся на планете, техники, вспомогательный персонал космодрома. Не исключено, что и гражданские…

Как бы там ни было, а план мой, кажется, сработал. Во всяком случае, я видел, что из ворот базы противника, которая была далеко впереди, один за другим выходят мехи. Они выстраиваются в боевой порядок и явно намереваются идти к нам. Значит я все точно предугадал. Хоть от «обороны» биться было бы проще, противник опасается, что мы успеем прорваться и захватить их базу прежде, чем подтянутся подкрепления. Вот они и решили задержать нас, перехватить как можно дальше от собственной базы.

Основной костяк вражеских сил составляли тяжелые мехи. Заметил я и несколько средних. Легких не было, от слова совсем.

Что ж, прекрасно. Учитывая то, что сейчас мы с ними биться не собираемся…

— Браво! Маневр «Клещи»! — приказал я.

Мой отряд тут же поделился надвое, разошелся в разные стороны. Теперь вражеские мехи и наши «псевдотяжи» шли навстречу друг другу, ну а легкие мехи моего отряда держались на флангах.

Наверняка противник решит, что легкие мехи вступят в бой, лишь когда тяжи схлестнутся, но будет все совершенно не так.

Две группы моего отряда ускорились, завершая обход группы противника.

К этому моменту противник хоть и подошел ближе, однако до наших «псевдотяжей» было еще далеко. Настолько, что даже стрелять смысла не было — шансов попасть практически нет.

— Браво! Начать атаку! — приказал я.

Несколько мехов, шедших со мной в одной группе, резко свернули и бросились к тяжам. С другой стороны, от второй группы, пятерка легких мехов сделала точно так же.

Следом на врага бросились еще пять мехов, и еще.

Я и мои товарищи шли в замыкающей группе…

Наши легкие мехи, будто эскадры бомбардировщиков в древние времена, шли на врага эдакими «волнами».

На нас вряд ли обратят особое внимание, ведь противник сосредоточен на вражеских тяжах, которые вот-вот окажутся в зоне поражения орудий. И этот момент нельзя упустить, нужно нанести максимальный урон, ведь от этого зависит результат всего остального сражения. На легких мехов, которые бросились в атаку, сейчас никто не обратит внимания. Ну что они сделают?

На самом деле очень многое. И я намеревался противнику это продемонстрировать.

Это один легкий мех не представляет для тяжа особой опасности. А группа из двух-трех при грамотных действиях пилота способны нанести серьезные повреждения или даже уничтожить тяжа. Главное, чего я сейчас желал, чтобы противник продолжал не обращать на нас внимания. Нужно еще несколько секунд форы…

Глава 15

Замес

Вот оно!

Мы группа за группой налетали на противника, паля из всех орудий, пытаясь повредить вражеские мехи, замедлить их или вовсе уничтожить.

Не сказал бы, что все шло идеально и наш огонь был чрезвычайно эффективен, но какие-никакие достижения уже имелись: два вражеских тяжелых меха были уничтожены.

Не представляю, куда умудрились попасть мои товарищи, но один из вражеских тяжей вдруг взорвался и разлетелся обломками по полю боя. Второму повезло больше, если можно так сказать — ему выбили всю броню на спине, а затем уничтожили и внутренние механизмы. Вражеская машина, сделав очередной шаг, просто замерла, будто изваяние, и больше не двигалась.

Две волны — два вражеских меха. Очень неплохой результат.

Дальше все пошло уже не так успешно — уничтожить вражеские машины мы не смогли, зато четыре штуки получили серьезные повреждения: у двух из них мы смогли так повредить ноги, что мехи еле их переставляли или даже тянули за собой. Эти машины хоть и не вышли из боя, зато потеряли всю свою мобильность, что для моих дальнейших планов было сродни полному выводу из строя.

Наконец и волна, в которой шел я, Маркус и Серый, вступила в бой. В качестве цели мы выбрали «Волка» и налетели на него.

Били преимущественно по ногам. Я видел, как выбивают искры снаряды, попадающие в цель, но все же пробить броню не получилось.

Наша волна оказалась наименее эффективной, но все же какие-то повреждению вражеским машинам нанести смогла.

Я бросил быстрый взгляд на тактический экран.

Казалось, зеленые точки просто наводят суету и хаос, вертятся вокруг редких красных как мухи, без всякой логики и порядка.

Но на деле все было не так. Каждый вражеский мех был целью для трех или даже больше наших. Каждая из групп атаковала своего и только своего противника, причем постоянно перемещалась, снижая шансы попасть по ним.

Именно поэтому и создавалось ощущение хаоса, эдакого муравейника, хотя на самом деле все действовали слаженно и как по нотам.

И если у других воителей уже были успехи, некоторые даже могли похвастаться уничтоженными целями, у нас с Серым и Маркусом ничего не выходило. Наш противник оказался крепким орешком, и мы не смогли до сих пор его повредить. Даже броню вряд ли удалось прошибить.

— Есть идея! — вдруг заявил Маркус.

Я нахмурился. Идеи Маркуса всегда отличались редким сумасбродством, по большей части являлись авантюрами, граничащими с самоубийством.

Судя по всему, в этот раз у него родилось нечто именно такое — он направил свой мех ближе к вражескому, и я вынужден был рявкнуть:

— Отставить! Не смей!

— Все нормально, босс! Если не подойду, от моих пушек будет мало толку.

Он принялся крутиться вокруг вражеской машины, при этом задействовав огнеметы, и буквально залил врага напалмом.

Могло показаться, что это ровным счетом ничего не дает. Ну а как иначе? Повредить броню не выйдет, внутренние механизмы надежно спрятаны, и просто сжечь их не выйдет.

Но…спустя минуты действий Маркуса вражеская машина вдруг замерла.

Его корпус так и остановился во время поворота, когда пилот пытался достать кого-то из наших легких мехов.

Что за черт? Он что там, заснул?

И тут до меня дошло — действия Маркуса привели к тому, что машина противника банально перегрелась и отключилась, а это в свою очередь открывало нам массу возможностей.

И я не стал отказываться от того, чтобы их использовать.

Направив «Фазана» к застывшему, словно статуя, меху противника, я уже выбирал, куда именно стоит ударить.

Колени! Человекоподобные роботы чаще всего выходили из боя не потому, что их уничтожали. Гораздо чаще они просто не могли продолжать бой, так как не способны были передвигаться или даже стоять. И виной всему колени. Это было их слабое место. Именно из-за этого появились машины, у которых ноги были «вывернуты» коленями назад (и, к слову, это было отличное решение, ведь такие машины выдерживали гораздо больший вес, обладали повышенной устойчивостью и проходимостью, выдавали большую скорость). Впрочем, у человекоподобных были свои преимущества, но сейчас не об этом.