Заодно ознакомился с тем, что пишут владельцы персональных страничек. А пишут интересно! Например, несколько раз я натыкался на недовольные высказывания про Гильдию Вольных Охотников. Отчего-то активисты клана «Цезарь» считали, что они с такой работой справятся намного лучше. В паре постов их авторы даже делились суммами предполагаемой прибыли. Начинали они хорошо и даже сладко. С инвестирования. Наёмные отряды, согласно их ранга, предполагалось снабдить достойным оружием и обмундированием, а заодно предоставить им простенькие, но вполне полезные артефакты. Под производство таких артефактов сын прокурора Хабаровска даже две мастерские выкупил, хотя, скорей всего, попросту отобрал.
Вот это я понимаю — идея! Это даже не «Быстробанк», который даёт кредиты под триста шестьдесят пять годовых, тут ещё круче гешефты задуманы! Выходит, не вовремя я со своими артефактами на рынок магических приблуд вылез. Там идёт передел сфер влияния, и если бы не ФСБ, то меня попросту подмяли бы под себя, а так — мешаю. Проще смахнуть меня, как пешку с шахматной доски.
Теперь становится понятно, отчего был убит Иван Матвеевич. Как ни крути, а он был патриотом Гильдии, которой отдал всю свою жизнь. Такого под себя не прогнуть. Проще вывести из игры, а потом подсунуть кого-то из своих. А вот это зацепка! Посмотрим на его преемника. Насколько я в курсе, он должен прибыть со дня на день. Хех, из Хабаровска, если что…
Ждать, пока они нанесут следующий удар, я не собирался.
Нападать на них в лоб — самоубийство. Но можно будет создать им… неудобства. И лучшим инструментом для этого были не магия и не артефакты, а информация. И те, кто её собирает. Мне нужны были свои «глаза» в городе. Не духи, которых могут почуять другие маги, а обычные люди. Невидимые, незначительные. И у меня для этого есть идеальный ресурс! Мои детдомовцы!
На следующее утро я собрал в своем кабинете десятерых. Не самых сильных или умных по меркам детдома, но тех, кого я давно присмотрел: парней и девчонок от десяти до шестнадцати лет, с живыми глазами, острым умом и главное — «умением растворяться в городской толпе, не привлекая внимания». Среди них были и Катька, и пара ее подруг, и несколько парней, включая Гришку, который слушал, скрестив руки на груди.
— Ситуация, — начал я, глядя на них, — такая. К нам в город лезут большие клановые шишки. Клан «Цезарь». Мажоры с деньгами и связями. Они хотят подмять под себя всё, включая местные кланы, а заодно и нас с вами. Они уже пытались отравить охрану. Пока не знаю, что задумали дальше. Но узнаю. С вашей помощью.
— Чего делать-то надо? — спросил один из парней, тощий, как жердь, с говорящим прозвищем Шнырь.
— Стать невидимками. Ушами и глазами. Я дам вам задание. Каждому — свой район, свои точки. Кафе, парки, вокзал, рынок, дорогие клубы. Вам нужно не шпионить, а… быть там. Около. Слушать. Запоминать лица, машины, разговоры. Особенно про «Цезарь», про новых людей в городе, про смену в гильдии. Любую мелочь.
— А если заметят? — тихо спросила одна из девчонок, Алинка.
— Вас не должны замечать. Вы — местные пацаны и девчонки. Вы гуляете, болтаете, флиртуете, покупаете сок. Никаких подозрительных действий. Если чувствуете, что на вас обратили внимание — уходите. Сразу. Ваша безопасность — главное.
Я раздал им простые, дешёвые телефоны с предоплаченными сим-картами, купленные вразнобой в разных ларьках. На них была только одна функция — отправка зашифрованных текстовых сообщений в специальный чат. Ни звонков, никаких приложений.
— Это ваш инструмент. Пишите всё, что показалось странным. Ключевые слова я вам дам. Не больше двух сообщений в день с одного аппарата, чтобы не светиться. Оплата за работу — каждый день, по факту. Плюс премия за ценную информацию. Вопросы?
Вопросов не было. В их глазах горел азарт. Для них это была не опасная работа, а игра. Большая, серьёзная игра против «понаехавших мажоров».
— Гришка, ты координируешь. Следи, чтобы они не пересекались, чтобы маршруты меняли. Катька, ты отвечаешь за девичью часть. Собирай сплетни, девчонки слышат то, на что пацаны не обратят внимания.
Через час первые «невидимки» растворились в утреннем городе. Моя сеть начала работу. Я же вернулся к своим «Слезам реальности». Пока мои «глаза» смотрят, мои руки должны быть готовы к действию. План «партизанская война» был крайним вариантом, но готовиться к нему следовало уже сейчас. Я взял в руки камень пространственного кармана и начал наполнять его тем, что может понадобиться в бегах: пайки, вода, лекарства, смена одежды, пачка наличных, поддельные документы (спасибо связям Савельича), и, конечно, артефакты. «Зыбь» на запястье, пара щитков, кристаллы-концентраторы. Внутри камня подпространство послушно меняло форму, принимая груз. Теперь в случае чего я мог исчезнуть из вида в считанные секунды, имея при себе целый арсенал для выживания и войны.
Теперь, когда у меня появились «глаза» на улицах и готовый план отступления находился в кармане, я чувствовал себя не загнанной дичью, а хозяином положения. С финансами всё обстоит благополучно. Охрана у детдома есть. Поехали!
Пусть «Цезарь» планирует свою атаку. Пусть новый представитель гильдии едет из Хабаровска. Я буду знать об их шагах раньше, чем они их сделают. А там посмотрим, кто кого «сметёт с доски». Детдомовский чернокнижник против клана мажоров. Интересная партия, не так ли?
* * *
Преемник Ивана Матвеевича прибыл через день после того, как начала работать моя сеть.
Высокий, полный, рыхлый мужик с изрядным брюшком и красной рожей. Духа-наблюдателя я отправил сразу, как только получил сообщение на телефон, но застал уже не самое начало распеканции, которую приехавший выдавал абсолютно всем работникам Гильдии. Если коротко — его не устраивало ничего! Похоже на то, что его целью было орать, едва зайдя в любой отдел, и краснея рожей, обильно брызгать слюной.
Не так одеты… Столы расставлены, как попало, а не по линейке… Почему все не встали, когда начальник зашёл! Где графики роста и доска достижений!
Примерно с такого конструктива этот хмырь начал свою работу. Не удивлюсь, если ему приказали просто развалить Уссурийское отделение Гильдии, чтобы его функции взял на себя Хабаровск.
Затем новоиспечённый начальник посидел минут сорок в кабинете, лениво и мельком просматривая бумаги, а «утомившись», вызвал служебную машину и отбыл в гостиницу. Пусть и не в самую лучшую, но вполне достойную. С рестораном. Где он и отобедал, с переходом на ужин, под пару графинов «беленькой». Годами закалённый организм не позволил ему упасть лицом в салат, а официантка, надеясь на чаевые, расстроилась, когда услышала:
— Скажите, чтобы в счёт за гостиницу включили. Гильдия заплатит, — икнув, донёс он свою волю.
Признаюсь, было у меня желание с ним встретиться прямо сегодня же, но нет. Подумав, я решил, что это идеальный тип для наблюдения. Он настолько в себе уверен, что вряд ли станет предпринимать какие-то сложные меры к сокрытию информации. Как тот бегемот. Его не особо что интересует, когда он бежит.
* * *
— «Как тот бегемот…» — это сравнение было точным. Новый начальник отделения, некий Владимир Алексеевич Потапов, действительно напоминал разъевшегося животного, который уверен в своей неуязвимости. Он и не думал скрывать свои действия, считая, видимо, что его статус и связи из Хабаровска делают его хозяином положения. Это было его первой и главной ошибкой.
Мои «глаза» в городе работали как часы. Каждый день я получал десятки коротких сообщений. Самые важные шли от Гришки и Катьки, которые взяли на себя наблюдение за гостиницей и офисом гильдии.
«В 10:15 вошёл к нему в кабинет, вышел в 10:40. Лицо довольное. Сунул в портфель конверт. С виду — толстый» — Гришка, второй день.
