"Фантастика 2026-93". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Басловяк Иван

– Какое-то двухмачтовое корыто. Идёт попутно нам. Чья – не разглядеть. Может, заметили галеон, может, нет, Бог знает.

Повернувшись к матросам, дал команду прекратить хождение и работы и покинуть галеон. Ту же команду отдал стрельцам и князь, оставив только полусотника. Ушёл и дон Педро – отдать кой-какие распоряжения. Мы приготовились ждать: пройдёт мимо или повернёт в нашу сторону неизвестный корабль. Время от времени дон Мигель приподнимался над фальшбортом и смотрел в его сторону в подзорную трубу. А я лежал на спине, любовался облаками и огромными птицами, что распластав крылья, парили в вышине. На фоне лазурного неба их тёмные силуэты напоминали букву «Ж». Красиво! Убаюканный мягким покачиванием галеона и мерным плеском волн о его борт, незаметно для себя заснул. Проснулся от тычка кулаком под рёбра и тут же был прижат к палубе.

– Не скачи, – произнёс голос князя. – Они нас всё же заметили. Идут сюда. Капитан сказал, будут часа через три, на всех парусах летят. Что будем делать, господа?

– Уйти не успеем, да и не хочется бросать галеон, – отозвался капитан. – Надо драться!

– А если это ваши, испанцы? – поинтересовался князь. – Тоже драться?

Капитан насупился и шумно задышал. Своих он тоже опасался. Видимо, знал, что в том же Перу испанцы увлечённо резали испанцев, деля золото инков.

– Сначала надо с принадлежностью этого судна разобраться, а потом уже решать, что делать, – сказал я.

– Ну, вы пока разбирайтесь с принадлежностью, а я буду готовиться к встрече гостей, – произнёс князь и тихим голосом отдал какое-то распоряжение Вторуше. Тот, согнувшись в поясе, побежал к левому борту и спустился на каракку. Князь, так же согнувшись, побежал к трапу на нижний дек и спустился по нему. Я тут же метнулся следом.

На нижней палубе было сумрачно, солнечный свет попадал сюда через два сорванных штормом люка пушечных портов. Я увидел несколько громоздких пушек, разбросанные пыжи, банники. По палубе под действием качки перекатывались ядра. Буквально следом за нами, грохоча сапогами, на палубу стали спускаться стрельцы. В руках у каждого бердыш и пищаль, а через плечо перевязь с рогом для пороха и сумка с пулями и пыжами. Вместе с ними прибежали и матросы во главе с доном Педро. Был тут и боцман, сразу же распределивший часть своих людей по пушкам, а часть отправивший в арсенал и крюйт-камеру за порохом и картечью.

– И берсо прихватите с зарядами! – крикнул им в след дон Педро, – на верхней палубе вдоль правого борта положите. Зарядить не забудьте, акульи дети!

Время для меня двигалось и быстро, и медленно. Быстро – неизвестный корабль стремительно приближался, медленно – пушки долго заряжались.

– Заряжать картечью, – приказал дон Педро канонирам, – стрелять будем залпом по моей команде, в упор! Что бы видеть глаза этих негодяев.

Почему-то он сразу, не выясняя принадлежности, причислил команду приближающегося корабля к негодяям. По-моему, он пальнёт и по испанцам. Не хочет делиться добычей ещё с кем-то. Стрелять в упор по ничего не подозревающему врагу – милое дело!

– Боярин, Илья Георгич, – позвал меня знакомый голос Пантелеймона, – облачиться надобно.

Я увидел в его руках войлочную рубаху, остроконечный шлем и длинную кольчугу.

– Блин! – подумал я. – Шестнадцатый век же, кольчуга, а я её ни разу не то, чтобы не надевал, я её даже не видел!

Пока я так рассуждал про себя, Пантелеймон быстро снял с меня пояс с саблей и ферязь. Взамен напялил войлочную безрукавку, запахивающуюся на обе стороны таким образом, что спереди у меня образовался двойной слой толстого войлока. Следом за ней на меня, шелестя кольцами, полилась кольчуга. Подправляемая ловкими руками дядьки, она стекла по мне, как вода из ведра, и застыла, плотно охватив мой торс и спустившись до половины бёдер. На плечи легла пудовая тяжесть.

– Ого! – вновь подумалось. – А двигаться-то я как буду?

Но тело боярина Воинова помнило вес родной кольчужки и быстро адаптировалось. Через несколько минут я уже не чувствовал дискомфорта. Броня одета, пушки и пищали заряжены. В специальных железных ящиках, очень похожих на мангалы, горит огонь, в нём накаляются железные крюки для зажигания пороха в запальных отверстиях пушек. Люди на местах, ждут приказаний.

Корабль к бою готов!

Глава 4

Приближавшийся корабль был действительно пиратским, о чём свидетельствовал поднятый на грот-мачте «Весёлый Роджер» – чёрный флаг с изображением черепа и двух скрещённых костей.

– Бригантина. Подойдёт с правого борта. Флаг подняли, показывают, что не будут убивать экипаж и топить судно в случае сдачи, – сказал стоявший рядом со мной дон Педро.

– Ишь ты, какие благородные! Убивать не будут, только немножко пограбят и отпустят. Ха! А почему ты так решил? – спросил я.

– Флаг чёрный. Это сигнал, что им нужен только груз. Был бы красный – тогда смерть всем, – ответил он и, оскалившись в зловещей улыбке, добавил, – но нам этот груз самим нужен! А что с правого борта швартоваться будут, так это им удобнее – от ветра галеон прикроет, волна мешать не будет.

– Хороший кораблик, – голос князя. – Вот бы его в наше хозяйство заполучить!

– Для этого его на абордаж брать надо, но нас мало, а их много, – голос дона Педро. – Стрелять придётся с очень близкого расстояния, а потом – в сабли! У нас иного выхода нет.

– Для нас бой лицом к лицу, – опять голос князя, – привычен. И то, что врагов всегда больше, тоже не проблема. Мы, – повысил голос князь, – ордынцев да ливонцев с поляками побеждали, турок-османов били, а это разбойники, тати морские, привыкшие купцов потрошить европейских. С русскими воинами они ещё не встречались. К тому же и бердышей не видели, против него ни сабля, ни меч не устоят. Ну, мы не виноваты, что у них кто-то такой глазастый оказался, наш галеон заметил. Прошли бы мимо и пожили бы дольше.

– Вторуша! – позвал полусотника. – Слушай приказ, и все слушайте! Стрельцам скрытно на верхнюю палубу, вдоль борта залечь, и чтобы не высовываться! Пусть думают, что на галеоне нет живых. После пушечного залпа Вторуша громко считает до пяти, после чего десятки Епифана и Фёдора стреляют из больших пищалей, что вдоль борта лежат. Десятки Захара и Егора залпом стреляют в сторону пиратов, даже если пушечный дым не успеет развеяться. Десятки Олега и Ахмета выбивают оставшихся в живых пиратов, когда дым рассеется. Если будет по кому стрелять. Крючьями зацепите бригантину и подтянете её к борту галеона. Как только это сделаете, по команде воеводы на штурм! Ахмет, твой десяток остаётся здесь. Бежите на самый верх этого терема, где два больших фонаря торчат. Твоя задача – выбивать стрелами татей, помогать штурмующим. Всё ясно? Выполнять!

Стрельцы быстро покинули пушечный дек, канониры замерли на своих местах. Я тоже выскользнул из люка и присел за довольно высоким, почти по грудь, фальшбортом. Пиратская бригантина, маневрируя парусами, подходила всё ближе и ближе. Нервное напряжение возрастало. Удастся ли их обмануть? По словам дона Мигеля, приближавшаяся бригантина имела у себя на борту около двадцати пушек и до двухсот отчаянных головорезов. Не удастся засада – тяжко нам придётся, галеон с пришвартованной караккой – мишень неподвижная. Закурились лёгкие дымки зажжённых фитилей. Стрельцы замерли в ожидании, а моё сердце бухало в груди так, что казалось, будто его слышно и на бригантине. Я испугался?! Нет. Это просто несколько литров адреналина бурлили.

Между тем пираты, сбросив почти все паруса, медленно подводили бригантину к правому борту галеона, как и предполагал дон Педро, с явным намерением пришвартоваться. Засады они не почувствовали, мачты каракки, спрятавшейся за изломанным рангоутом и обрывками парусов галеона, не разглядели. И куда же делся их глазастенький, интересно?

Пиратов на палубе было действительно около двухсот, они что-то радостно орали и размахивали короткими абордажными саблями. Лишь у нескольких в руках я заметил мушкеты. Брони на них не было, пушечные порты закрыты – пираты шли грабить мёртвый корабль, и не предполагали противодействия. Бригантина подходила к галеону со стороны кормы, как и мы в своё время. Вот до неё осталось метров восемьдесят. Пятьдесят. Бушприт пиратского судна поравнялся с грот-мачтой нашего найдёныша. Один из пиратов прижал к плечу ружьё и выстрелил в нашу сторону. В воздух взвилась абордажная кошка с четырьмя зацепами, за ней тянулся тонкий линь. С громким стуком кошка упала на палубу. Пираты радостно взревели. Остававшиеся на мачтах бригантины паруса были мгновенно убраны. Множество рук вцепились в линь и стали подтягивать бригантину к нашему борту. Пираты полезли на ванты, оттуда удобнее прыгать на более высокий борт галеона. И тут обозначился «глазастенький»! Один из пиратов, стоявший на вантах, внезапно что-то заорал и вытянул руку в нашу сторону.