Утопающий во лжи 16 (СИ) - Жуковский Лев

Так вот, что удивительно, и я проклинал Сионшо, конечно, про себя, шёпотом, ибо имена подобных существ, произнесённые вслух, имеют свойство привлекать их внимание, когда нам на пути, точнее в середину колонны, попыталась вклиниться Королева роя С ранга. Слава Системе, не самого высокого уровня, всего лишь тридцать девятого, что в нашем положении было почти чудом, едва ли не благословением какого-нибудь забытого божества. Размером всего-то в сто сорок локтей и даже в длину всего шагов под триста. Не чета королевским сколопендрам.

Тварь вознамерилась затопить кислотным туманом наши порядки, обратив плоть моих подчинённых в шипящие лужи биомассы, благо о её приближении я был осведомлён заранее. Чувство опасности, что спасало меня десятилетиями, а также ритуалы предвидения, что я творил каждое утро на каменных плитах пещер с помощью крови инсектоидов, шептали мне о грядущей опасности. Да и двигаясь сквозь скальную породу беспрепятственно, совершая постоянное патрулирование окрестностей, подобное чудовище пропустить было бы сложно. Все же эти гиганты не пытались скрывать свою силу и присутсвие.

Так вот, её удалось не просто отогнать, а попросту затопить, сначала плазменным огнём из, по факту, орбитального орудия, которым мог пользоваться только Тхагаси и Дэрргеш. Эти двое, мои верные военачальники, демоны, руки которых были способны держать подобное оружие, направили на врага потоки плазмы, заставляя сами тоннели содрогаться от запредельных температур. Вызвав несколько обрушений.

При этом, начав атаковать с расстояния в пять вёрст, Королева роя однозначно была ошеломлена таким напором с нашей стороны. Она ожидала добычи, а получила охотников. Она ожидала пиршества, а оказалась за обеденным столом сама. Но это, конечно, был только отвлекающий манёвр, танец огня и ярости, призванный приковать её внимание, пока истинная смерть подкрадывалась с другой стороны. Ведь в мире, где магия опасна для того, кто её применил, наиболее смертоносна была моя драгоценная Себия. Себия, превратившаяся, как её ласково называли, за глаза, конечно, ибо назвать её так в лицо означало навлечь на себя взгляд, от которого стыли души, огненной демоницей. И это действительно было так. Её крылья, объятые небесным пламенем, бросали золотые тени на стены тоннелей, и в этих тенях плясали силуэты тварей, которых она уже сожгла на своем пути.

Я же лишь направлял её гнев, указывая уязвимые точки, о которых она попросту не могла знать. Ведь чтобы ослабить уровень регенерации подобного чудовища, нужно было сначала выжечь её Великий сосуд вечности, тот незримый мистический орган, что хранил в себе саму квинтэссенцию её силы. Один точный удар, и регенерация Королевы инсектоидов превращалась из божественного дара в жалкое подобие заклинания лечения.

Опять же, именно против меня и Себии кислотный туман был наименее эффективен, почти насмешкой, которая в то же время могла повергнуть тысячи простых воинов. Крылья Себии, охватывая всё её тело в форме защитного кокона, могли уверенно сопротивляться этой стихии, превращая ядовитую взвесь в безобидный пар. Я же мог вообще игнорировать материальный урон от кислотной взвеси, что значит кислота для того, кто и сам полностью состоит из тени и сумрака? Однако ни Себии, ни мне так и не удалось окончательно разрушить ядро плоти этой твари, не с первого неожиданного удара, не после. Свое сердце силы Королева инсектоидов С ранга оберегала слишком качественно, укрыв его особым внутренним панцирем, окончательно разрушить который без перехода в мою истинную форму было невозможно. Но и нашу опасность древняя тварь оценила по достоинству.

Опять же, так гладко у нас не всегда всё проходило и отогнать тварей не всегда получалось вовремя, и потери всё равно были неизбежны, как минимум из-за сорвавшихся в пропасть гнолов. Тоннели Ссшорса не прощали оплошностей. Один неверный шаг, одно запоздалое движение, и тьма пропасти проглатывала очередного воина или беженца, не оставляя даже эха его последнего крика. Ну и частые взрывы тлеющих сколопендр, особенно по длинным флангам иногда задевали бойцов взрывной волной, особенно гражданских, кому не досталось продвинутых образцов экзокостюмов. Эти твари, умирая, выпускали свой последний яростный выдох, превращавший камни в пыль и плоть, в обугленные хлопья.

Это, конечно, не значило, что кто-то из моих подчинённых оказался экипирован в обычную одежду, нет, я не был настолько небрежным владыкой. Ведь в мире Артхол собрать более простые образцы технологичной брони было не сложно, и даже отчистить их от вредных излучений получилось. Но того высокого уровня защищённости они всё равно не давали. Особенно когда дело доходило до оглушительной взрывной волны в этих узких тоннелях мира Ссшорс, где звук, отражаясь от каменных стен, превращался в невидимый молот, дробивший внутренности и лопавший барабанные перепонки.

Опять же, Королеву роя С ранга мы даже убить не смогли, слишком живучая оказалась эта тварь, имеющая ряд защитных способностей, которые даже моей нематериальной форме могли навредить. Не говоря уже о Себии. Ведь выпускаемая этой тварью дрожь пространства, сочетающая не только звуковые волны, но и что-то с трудом мной распознаваемое, на грани работы праны и псионической энергии, когда находиться к Королеве инсектоидов в радиусе полуверсты было слишком опасно для жизни, это была её ультимативная защита. Мир вокруг твари искажался, и в этом искажении плоть и дух одинаково рисковали быть раздавлены этой вибрацией.

Тогда как перекрёстный огонь из плазменных орудий Тхагаси и Дэрргеша очень быстро перестал приносить хоть какой-либо результат. Это чудовище изменило свойства хитинового панциря своих крыльев, которыми начала защищаться от залпов, после чего посеревший хитин просто перестал хоть как-то реагировать на разогретую до невероятных температур плазму. Хитин отражал высокую температуру, и нейтрализовал его в самой своей структуре. Чем-то это напоминало мне приспосабливаемость тиранидов, которых я встретил в мире Теселия-7, там тоже плоть училась противостоять оружию быстрее, чем оружие успевало эту плоть сразить.

Впрочем, будь эти твари не столь сильны, то мир Ссшорс давно бы уже захватили. Да и мертвецы из мира Тесэр не просто так не могли оттуда выбраться на протяжении стольких веков, что-то держало их в тех серых пределах, что-то более сильное, чем сама смерть. Так что отступившая Королева роя С ранга сделала нам одолжение, благоразумно решив, что пробитое в самом начале сражения средоточие Сосуда жизни стоит всё-таки восстановить. Осторожность пробудилась в ней, а быть может, тот странный инстинкт, что есть и у самых чудовищных созданий, шептавший, 'Эта охота может стоить слишком дорого".

Да и, как ни странно, убивать тварь С ранга было не самым разумным решением. Во-первых, она перед смертью, уж точно не мгновенной, ибо подобные существа умирают долго и со вкусом, успевая исторгнуть из себя последний акт мести, может призвать всех инсектоидов в радиусе сотни вёрст. А этого моя медлительная колонна точно не пережила бы, в которой воинов было меньше, чем гражданских. Армия беспомощных, ведомая горсткой клинков, таково было моё нынешнее войско, особенно учитывая, что применять артефактные винтовки мы не могли. Ну и во-вторых, смерть твари С ранга может привлечь внимание пусть не самого Сионшо, но ведь среди этих бесчисленных орд инсектоидов были и твари В ранга. О них я мало что слышал, лишь смутные легенды, но разумом понимал, что они должны существовать, пусть и довольно глубже в переплетении тоннелей. В тех глубинах, куда не проникал даже мой взор. Ну или просто более древние существа С ранга, те, что умудрились выжить в течение тысяч лет, питаясь временем и страхом, и там с моими нынешними возможностями противопоставить им будет нечего.

Что же касалось первой встретившейся мне Королевской сколопендры С ранга, то здесь стандартные пути противостояния нам помочь не смогли, и мне пришлось находить более изощрённые пути для победы. С другой стороны, не найди я их, и эвакуироваться в мир Тесэр пришлось бы небольшой горстке моих самых преданных и быстрых подчинённых. Все остальные стали бы пиршеством для тварей этих глубин. Всё же даже если ставить на весы жизни всех гнолов, которых я повёл за собой, против шанса раскрытия меня перед лицом Сионшо, а возможно, после этого и Антероса, я бы выбрал всё равно свою жизнь. Цинично? Возможно. Прагматично? Безусловно. Ибо мёртвый владыка не может ни мстить, ни возвышаться, ни строить новые миры на пепелище старых. Ни добиться давно поставленной цели.