Утром же я опросил коров, отмечая, что им стало немного лучше. Но это те три. Остальные же, ухудшения у них не произошло, и это главное.
Также мужики успели почистить не только коровник, но места, где пасутся коровы. Весь навоз убирали подальше. Ведь в нём могут быть яйца паразитов. Поэтому-то и важна тщательная уборка.
Мы вновь весь день возились с коровами. А также добавили полынь в сено для тех, кто лежачие. С трудом смог помочь им поесть. Но зато они уже отходят.
К концу второго дня никто из коров так и не слёг, что не могло не радовать. И даже наоборот, коровы стали бодрее, что говорило о том, что они и правда были заражены, но им стало лучше.
Подумать только… ветеринар, вероятно, сам и заразил пять сотен невинных, дабы разорить фермера, который двадцать лет ему платит зарплату и во многом помог… Ну не мразь ли?..
— Даже не знаю, как вас благодарить, — сказал Виктор, хозяин фермы. Мы стояли в коровнике, куда вечером загнали коров. Люди ухаживали за зверьём, а мы просто наблюдали. — Если бы не вы, ферма бы закрылась. И всех людей пришлось бы уволить, а наше село ждал бы такой же упадок, как и ваше.
— Что-что, а внутреннее предательство — это низко. Похоже, эти корпораты желают устроить тут монополию, — хмурился я.
— Так и есть. Сейчас они нас разоряют низкими ценами, а когда захватят всё здесь, цены резко вырастут, и простой люд взвоет. Но уже никто ничего не сможет сделать…
Я посмотрел на мужчину и промолчал. Бесит всё это. Как и собственное бессилие. Ранее я мог в одиночку штурмовать крепости. А сейчас меня может побить банда пьяных подростков…
Ладно. Вскоре у нас был ужин, и весьма неплохой, так как мужики были рады спасению поголовья скота. Но его испортили нежданные гости…
Глава 6
— Кто у вас ветеринар? — спросил инспектор санитарной службы. Он приехал на легковом автомобиле, а за ним ещё одна машина, но уже служебная.
У их организации сложное название, так что я даже не пытался его выговорить или запомнить. Да и не особо интересно. Главное, что мужичок выглядел как типичный «из грязи в князи». Круглолицый, круглопузый, круглозадый. Эдакий снеговик. И нет, у него не кости толстые, а он привык жрать. Много и вкусно. Причём ранее такой привычки он не имел, ибо был беден. А тут дорвался до денег и стал жрать и жрать.
Откуда я это знаю? Ну так уже встречал таких людей. Много-много раз. Но в ином мире, конечно же. Ладно, я отвлёкся. С «круглым» были двое мужчин в спецкостюмах и пластиковыми чемоданчиками.
— Наш ветеринар был уволен из-за диверсии на производстве, — заявил Виктор, вышедший встречать инспекторов. Ну и я подошёл.
— Диверсии? А доказательства у вас есть? — окрысился мужчина.
— Постойте, — вмешался я.
— А вы кто? — уставился он на меня, а я протянул руку и представился. Мужчина её пожал, иначе отказ выглядел бы уже слишком агрессивно. — И что же вы, Иван Олегович, хотели возразить?
— Понимаете, я юрист, а также ветеринар-самоучка. Можно сказать, у меня такое хобби — зверюшек лечить. Но это неважно. Сейчас важна лишь юридическая сторона вопроса… Вот вы сказали про доказательства… О чём вы? Вы можете пояснить?
— Пояснять зачем доказательства? Тут выдвинуты очень серьёзные обвинения и…
— И что? — перебил я его и напирал. — Вы следователь? Прокурор? Судья? Вы имеете право вести расследование?
— Ваш ветеринар написал заявление! У вас эпидемия Аскаридоза! — выкрикнул инспектор.
— Как вас зовут? — поинтересовался я.
— Галушкин Николай Викторович я!
— Николай Викторович. Вы не видите связь? Павла Андреевича увольняют, он пишет клевещущее заявление, приезжаете вы.
— Может быть, и есть связь. Но тем не менее я обязан убедиться, что у вас здесь нет заражения!
— Прошу прощения, но даже если оно вдруг началось бы, чего, конечно же, нет. Вы то тут при чём? Это были бы наше дело и наша трагедия. К тому же аскаридоз лечится.
— Лечится. Но бывали случаи, когда недобросовестные фермеры забивали поражённый скот и сдавали на мясо!
— Это явно недобросовестные фермеры. Но мы такими не являемся и… у вас же есть разрешение на проверку? — поинтересовался я, и мужчина выпучил глаза. — Что? Неужели нет?.. Тогда на каком основании вы приехали проводить проверку?
— Я забыл его в офисе! — воскликнул тот и, сев в машину, уехал…
— Благодарю, Иван Олегович, это явно всё спланировано нашими врагами, — вздыхал Виктор.
— Скорее всего. Но у вас уже почти здоровые коровы. Ночь отоспятся, и всё будет хорошо. Однако сегодня нам будет не до сна. Нужно выдраить всё и вся! Чтобы не дай бог инспекторы не нашли что-либо.
— Вы его слышали, мужики! За работу! — крикнул хозяин фермы собравшимся работникам. И те принялись расходиться, а кто-то и телефон взял в руки. А минут через тридцать сюда понаехало множество машин с женщинами, и началось!
Пусть мужики и убирались все эти дни, но сейчас за дело взялись профессионалы! Бурёнок отмыли и оттёрли. Коровник вымыли так, что аж блестит, а поля вокруг осмотрели, словно на них золото рассыпано.
Провозились до полуночи! Да и я помогал. Ну и перед сном коров напоили настойкой да отправили спать. Вот только выспаться нам не дали, потому что рано утром, можно сказать, с первыми петухами вернулся инспектор. Но на этот раз с подкреплением.
С ним было восемь человек, а сам инспектор выглядел невыспавшимся, а в руках большая папка с документами. Неужели всю ночь пытался выбить разрешение на инспекцию?.. Похоже, ему жизненно важно закрыть эту ферму.
— Виктор Олегович, важно смотреть за каждым из них. Чтобы не дай бог они ничего не учудили, — посоветовал я, стоя вместе с хозяином фермы на крыльце дома. Точнее, административного здания.
— Тоже так думаю. Поэтому уже отдал распоряжения.
Кивнув ему, пошёл встречать инспектора, и тот сразу же вручил разрешение да хищно оскалился. Но…
— Постойте-ка! Плановая проверка? — воскликнул я и с недоумением уставился на мужчину. — Какая ещё плановая? И где этот план? Кем он утверждён? Покажите.
— Вот! — он полез в папку и вытащил документы, с которыми я начал ознакомляться. Ну и протянул Виктору.
— Сделайте, пожалуйста, копию.
— Нельзя! — вдруг выкрикнул Николай Викторович.
— Это почему ещё нельзя? — опешил я. — На каком основании нельзя? Объясните?
«Снеговик» открыл было рот, но ничего не смог сказать. Так что Виктор пошёл и сделал копию. Ну а затем мы повели людей в коровник.
— Можете сами убедиться, что наши коровы ничем не болеют, — произнёс Виктор.
— Это покажут анализы, — заулыбался тот.
— Какие анализы? О чём вы? — опешил я, и толстяк чуть не оступился.
— А как мы узнаем, болеют они или нет⁈
— Визуально, — улыбнулся в ответ и помахал разрешением на проверку. — Что? У вас здесь написано, визуальный осмотр, и если заметите болезненно выглядящую корову, то уже должны брать анализы. Иначе, вы своими анализами нам всю скотину попугаете, и она молоко перестанет давать.
— Вы вообще здесь не работаете!
— Я полностью согласен со словами Ивана. Осматривайте визуально, и не нужно лишний раз скотину пугать, — вмешался Виктор.
Толстяк же открыл рот и пытался что-то возразить нам, но ничего не смог сказать. Пришлось проводить визуальный осмотр. Вот только к каждому его сотруднику было приставлено по два наших человека, из-за чего инспекторы чувствовали себя неуютно и постоянно оглядывались. Ну и, соответственно, ничего не могли сделать.
— Эта корова выглядит плохо, тихая! — вдруг заявил инспектор и указал на одну из коров.
— Прошу прощения, но в какой вселенной тихая — равнозначно плохо? — хохотнул я. — К тому же она у нас всегда тихая. Особенно когда рядом незнакомцы.
— Му-у-у-у! — ответила корова после моей ментальной просьбы.
— Вот видите? Бодрая и здоровая, — заулыбался я и повёл инспектора дальше.
— А почему у вас здесь так чисто? Вы что-то скрываете? — спросил он.
