Заговорил я, когда стражи вышли, оставив в каюте только нас четверых.
— Кирилл, мое предложение остается в силе. Когда появится свободное место, войдешь в отряд Посланника.
— Добро.
— Мест в отряде по-прежнему нет, ориентировочно появится только через три месяца. Это время придется посидеть под стражей, чтобы не расстраивать никого из тех, кому ты успел сделать больно и печально, дабы не получить осложнений с нашими союзниками.
— Это понятно, мог бы не говорить.
Естественно понятно, ведь все только что мною сказанное было не для него, а для Эрики и Элеоноры — чтобы понимали, о чем дальше речь будет идти.
— Зачем ты тогда сбежал из-под стражи, раз понятно?
— Затем, что ты теперь знаешь об уровне подготовки своих рейнджеров.
— Это не рейнджеры, а пограничники, а об их общем уровне я и так знаю. Мог бы просто об этом мне сказать.
— Ты знаешь, теперь и они знают. Будет полезно.
— Имеет смысл, — не мог я не признать рациональность решения темного эльфа.
Эрика и Элеонора пока молчали, глядя на нас поочередно. У Эрики только периодически глаза белым светом поблескивали, видимо богиня сдерживала верховную жрицу от проявления эмоций, мои слова ее выбили из колеи. Да, если бы я алкоголем не залился, информацию об отце иначе бы как-то рассказал.
Кивнув Воропаеву, я перевел взгляд на Элеонору.
— С вами сложнее.
— Почему же? — изогнулась дугой бровь явно отточенным жестом.
— Кириллу я совершенно не доверяю, но понимаю — по крайней мере думаю, что понимаю, чего именно он хочет. Вам я не только не доверяю, но и не понимаю, чего именно хотите вы.
— Я могу вам рассказать, чего именно я хочу.
— Кроме того, у меня есть к вам стойкое предубеждение.
— Отчего же?
— Когда Кирилл вышиб себе мозги и отправился в Средиземье, вы собирались подчинить Эрику с помощью препаратов «Куратор» и «Табула», после чего управлять оставшимися после Кирилла активами, используя ее как послушную куклу. Достаточная причина?
— Это было желание Маргариты, непосредственно организовывал и планировал все Георгий Штерн, а главным заказчиком выступал Олег Воропаев.
Помолчав немного, я покивал. Элеонора в показаниях Штерна действительно не проходила как организатор, а основным интересантом схемы выглядела Маргарита Воропаева, желающая лишить дочь самостоятельности в принятии решений в интересах старшего сына.
— Получается, вы просто рядом стояли как исполнитель, действуя в рамках обстоятельств.
— По сути так, — неожиданно согласилась Элеонора.
Эрика бросила на меня короткий взгляд. Да, я тоже удивился, что бывший секретарь Воропаева не пытается оправдываться. Хотя ей есть чем аргументировать — это ведь именно она перед оглашением завещания передала Эрике информацию о том, что Олег всерьез намеревается меня убить.
— Вы организовывали Олегу Воропаеву поставки метакогнитивного ускорителя «Синтакс». Делали это, зная, что передозировка может негативно повлиять на его восприятие мира. И повлияло — после очередной дозы у него поехала крыша и он расстрелял Эрику.
— Я выполняла свою работу, одна из особенностей которой заключается в том, что любые лишние и просто неудобные вопросы, слова и поступки могут привести к несчастному случаю. Не хотела оказаться в падающем в Волгу аэромобиле, знаете ли. Кроме того, я докладывала Маргарите о возможных последствиях… Подумать было невозможно, что Олег настолько слетит с катушек, а план состоял в том, что он просто покажет свое истинное лицо, — пожала плечами Элеонора, стараясь не смотреть на Эрику. — Прости, — вдруг негромко шепнула она, так и не поднимая глаз.
— В принципе, я готов отпустить вас прямо сейчас, отправив на Землю или в один из других шести миров на выбор, — глядя на Элеонору, взял я Эрику за руку. — Но с одним условием.
— Каким?
— Мы сейчас отправимся в храм Элуны и заявим о проведении божьего суда, где вы заявите, что никоим образом не являлись координатором и организатором процессов, не стараясь стать серым кардиналом. Мы можем даже допустить, что у вас мелькали мысли воспользоваться ситуацией — тупостью Олега, недальновидностью Маргариты или ограниченностью Григория, получив себе наиболее выгодные условия в будущем. Главное мое условие освобождения — информация, что вы не являлись главной во всей созданной схеме.
— Как я могу доверять вашей богине?
— Творцы-основатели создали семь кругов, основываясь на принципах справедливости и неукоснительного выполнения правил. Отчего сами и выгребли — когда Система отстранила их от управления, когда они эти самые принципы нарушили, так что вероятность ошибки минимальна.
Разговор я сейчас вел в особой, пусть и странной для обычного трезвого восприятия логике, последовательно преследуя определенную цель. И Элеонора реагировала абсолютно так, как я и предполагал.
— Я готова подтвердить все вас интересующее на Земле под любыми препаратами и детекторами. Но в беспристрастность местной богини я не верю, хотя бы потому что я человек, а не эльф, — произнесла Элеонора, все же подняв глаза на Эрику.
— Я в свою очередь не верю вам.
Элеонора пожала плечами, поджав губы. Эрика тоже молчала, глаза по-прежнему то и дело поблескивали белым светом, а я посмотрел на Воропаева.
— Что скажешь?
— О чем?
— Можно ей доверять?
— Нет.
Элеонора медленно повернулась к темному эльфу, с трудом сохраняя самообладание. Она, как и Эрика, еще не до конца поняла кто такие ренегаты и воспринимала старшего Воропаева как прежнего человека, просто чуть-чуть изменившего внешность и ставшего более жестким в действиях и суждениях.
— Совсем нельзя доверять? — поинтересовался я.
— Ей можно доверять в пределах совпадения интересов, — пожал плечами темный эльф. — Она будет постоянно оценивать соотношение рисков и выгоды. Как только предательство станет выгоднее сотрудничества, сразу же предаст.
«Нет!» — буквально кричали глаза Элеоноры.
— Что с ней делать? — спросил я Кирилла.
— Убить.
— Может есть какие-то другие варианты?
— Есть, но в будущем они сулят серьезные проблемы — эта женщина опаснее гремучей змеи.
В комнате стало очень тихо. Элеонора безотрывно смотрела на Воропаева, медленно и с трудом сглотнула.
— Если ее сейчас убить, она возродится в одном из миров.
— У нее стойкая, больше восьмидесяти процентов, совместимость с темной стороной. Если ее убьешь ты, причем именно здесь, в Новгороде — в нулевой пограничной зоне, у нее не будет никаких математических шансов на вторую жизнь. Если не хочешь сам пачкать руки, отправь ее в Золотой город. Это истинно светлая территория и пусть ее там убьет кто-то, у кого совместимость со светом выше хотя бы полста, тогда она тоже не сможет переродиться.
— Откуда ты знаешь о механиках света-тени и ее показателях совместимости?
— Свои показатели она мне сама сказала, о механиках узнавал еще в прошлой жизни во внутренней энциклопедии проекта.
— В меню где-то посмотрел?
— Нет, на бумаге.
Да, Воропаев один из спонсоров создания метаверса — видимо, когда тема взлетела, начал изучать все с ним связанное. Что и привело его к решению поскорее покинуть Землю своеобразным способом, чтобы не упустить шанс перерождения.
— Ты предлагаешь ее убить. Не боишься, что если я не соглашусь она затаит на тебя зло?
— Самое рациональное решение сейчас — лишить ее жизни. В любом другом случае она крайне опасна, и я не вижу ни для кого из семьи Воропаевых безопасной возможности ее использования, — пожал плечами темный эльф.
Элеонора сидела уже бледная как мел, постепенно начиная понимать всю серьезность положения.
— Почему ты тогда работал с ней раньше? — спросил я.
— Она была полезна, а я знал ее границы и понимал как контролировать.
— Как ты ее контролировал?
— Постоянно вешал морковку цели перед носом, понимая, что потенциальную награду возможное предательство не перевесит.
