Мертвая тишина. Тетралогия (СИ) - Старый Денис
Я вышел из соседней квартиры, кивнул, через дверь так общаясь с охотником, хотя он не мог этого видеть. Этот человек был потерян для нас. И для этого мира тоже. У него своя персональная война, и свой персональный, очень маленький мир, ограниченный спальней с мертвой женой на кровати. И ради защиты этого мира он убьет любого. Ладно… он подумает, если не полный идиот, примет правильно решение, присоединиться.
— Нам нужно уходить с площадки, — сказал я менту, вытягивая большой палец к верху, показывая на соседнюю квартиру.
Мол, там много «вкусного», но за ним придем позже.
— Понял, — так же шепотом ответил тот, подхватывая фомку.
Я бросил последний взгляд на помятую дробью сталь. Мы были выжившими, которые искали спасения от чудовищ. Но стоя здесь, на грязной лестничной клетке, я вдруг отчетливо понял страшную истину нового миропорядка. Самые опасные существа в этом апокалипсисе — не те немые твари, что бродят по улицам в поисках плоти. Самые опасные — это люди. Люди, которым больше нечего терять. У которых вырвали сердце, оставив лишь инстинкт разрушения и заряженный дробовик.
Скоро мы я Лизой заканчивали зачистку пятого этажа. Густая, тяжелая тишина нарушалась лишь нашим хриплым дыханием. Я уже расслабился, уверенный, что все идет гладко. Ключи от хлипкой деревянной двери холодили ладонь — оставалось только запереть ее и спускаться. В этом жилище из ценного был целый склад с мукой, растительным маслом и многими всякими там разрыхлителями, добавками… Торты пекли, наверное, на продажу.
Стал ломать соседнюю дверь, тоже не отличающуюся особой крепостью. Тем более, что у меня в руках был тяжелый огнетушитель, который неплохо выполнял роль тарана.
И тут снизу, эхом прокатившись по бетонной шахте подъезда, грохнул тяжелый удар в металл входной двери. За ним — срывающийся, истошный вопль летёхи:
— Сюда! Их много! Дверь ломают!
— Бам! — сломал я свою дверь.
Потом, понимая, что речь явно о двери подъезда, рефлекторно дернулся на крик Лехи, на секунду отвернувшись от темного провала коридора. Ошибка. Смертельная ошибка.
Из черной утробы квартиры беззвучно выметнулись две тени.
Ближайшая тварь с ходу врезалась в меня, снося с ног. Мы рухнули на грязный линолеум, подняв облако пыли.
— Бах! Бах! Бах! — оглушительно рявкнул пистолет Лизы над самым ухом в тесном пространстве.
Горячие гильзы со звоном брызнули на пол. Краем глаза я увидел, как оседает массивная туша второй твари — здоровенного мужика, которому пули в упор разворотили грудь.
Но мне было не до него. На мне сидела женщина. Вернее, то, что раньше ею было. Она навалилась всем весом, щелкая гнилыми зубами в дюйме от моего лица. Я вцепился в ее скользкий, покрытый темной слизью, наверное соплями и еще чем, подбородок, изо всех сил отжимая голову назад. От нее исходил тошнотворный, сладковатый смрад разложения.
Ее скрюченные пальцы с обломанными ногтями остервенело рвали мою рубаху на левом плече. Ткань затрещала, и я стиснул зубы от обжигающей вспышки боли — когти располосовали кожу и теперь рвали мышцы на груди, словно пытаясь добраться до ребер.
Правая рука была свободна. Нащупав рукоять ножа, я выдернул его из ножен на разгрузке и с влажным, глухим хряском всадил лезвие снизу вверх, точно под челюсть твари, пробивая нёбо и мозг. Тело дернулось, обмякло, став невыносимо тяжелым. Тяжело дыша, я с отвращением спихнул с себя кусок мертвого мяса.
— Почему не стреляла⁈ — хрипло выдохнул я, поднимаясь и сплевывая на пол.
— Я… я боялась в тебя попасть. Растерялась, — голос Лизы дрожал.
Я посмотрел на убитого ею бугая. Муж, наверное той, что была на мне. Странно звучат мои мысли… Девушка на мне, муж…
Но если бы на меня прыгнул этот центнер мышц, а не его хрупкая женушка, нож бы мне не помог. Он бы просто перегрыз мне горло, пока я пытался его удержать. Легкая зачистка, расслабившая нас до этого, только что преподала кровавый урок: потеряешь концентрацию хоть на секунду — умрешь.
Я оперся рукой о стену.
— Стой! — Лиза шарахнулась назад. Вскинула пистолет. Ствол уставился мне прямо в переносицу. — У тебя… у тебя плечо в крови. Она тебя достала.
Ее руки ходили ходуном, как у законченного алкоголика перед опохмелом. Оружие в руках насмерть перепуганной девчонки было сейчас страшнее стаи мертвяков.
— Думаешь, я сейчас начну на тебя бросаться? — Я заставил свой голос звучать максимально ровно, хотя плечо горело огнем. Рану придется щедро заливать антисептиком, если выберемся.
— Да, в кино всегда так! Зараза уже в крови! Я не знаю… я должна стрелять! — панически бормотала она, белея пальцем на спусковом крючке.
— Лиза. Смотри на меня. Внимательно! А еще послушай крики Лехи. Там же ломятся твари…
Она всхлипнула, но глаза не отвела.
— Мы видели, как они обращаются. Это происходит быстро, но не моментально. Будь рядом и смотри. Если мои зрачки начнут мутнеть, если я начну дергаться или хрипеть, покрываться волдырями — бей в голову без раздумий. Но не смей жать на спуск от страха, пока не будешь уверена. Поняла?
Тишина. Только мое тяжелое дыхание и нарастающий грохот внизу. Примерно полминуты мы стояли друг напротив друга. Я напряженно прислушивался к собственному организму. Обычно, когда человек ищет у себя симптомы, он их находит. Но сейчас я не чувствовал ничего, кроме жгучей боли в царапинах и острого понимания, что мы теряем драгоценное время.
— Вниз! Живо! — скомандовал я, стряхивая оцепенение.
Мы рванули по лестнице, перепрыгивая через ступени. На площадке второго этажа я резко затормозил.
Сквозь какофонию ударов в железную дверь подъезда и злобное рычание толпы я смог вычленить еще один звук. Ритмичный. Глухой. Кто-то методично сбрасывал тяжелые предметы на жестяной козырек подъезда.
— Бум! Бум!
Этот грохот работал как гигантский колокол, привлекая тварей со всей округи. Именно поэтому их там собралось так много.
Железная дверь в подъезд стонала. Петли скрежетали. Она была крепкой, но против такой массы прессующего ее мяса долго не выдержит.
Летёха сидел на корточках за углом лестничного пролета первого этажа, вжимаясь в стену.
— Вторую гранату! Быстро! — крикнул я ему.
Он вздрогнул, лихорадочно отцепил от разгрузки «лимонку» и протянул мне. Ф-1. Тяжелая, ребристая смерть. Если правильно рассчитать бросок в эту плотную толпу за дверью, чугунные осколки превратят авангард осаждающих в кровавое решето.
Я просунул палец в кольцо чеки.
А еще я слышал звуки… не только от молчунов. Кто-то кидал камни, или тяжелые предметы нам на козырек подъезда.
— Кто такая сука? — сказал я, понимая замысел «соседей».
Глава 11
«Эфка», брошенная со второго этажа, гулко ухнула в скопление молчунов у подъезда. Осколки брызнули по бетону, высекая снопы искр, в нос ударил едкий запах тротила. Заложило уши. Но едва осела густая серая пыль, как снизу снова донесся этот жуткий, несмолкающий шорох и глухие, монотонные удары.
Я стиснул зубы. Молчунов там, на улице, скопилось столько, что взрыв оборонительной гранаты в относительно замкнутом пространстве для них — как дробина для слона. Мертвая масса просто поглотила осколки и продолжила давить.
— Капитан, горючка какая есть⁈ — заорал я, перекрывая нарастающий скрежет когтей и стон металла. Железная подъездная дверь уже пошла волнами, держась на честном слове.
Мент не ответил. Я лишь краем глаза заметил, как мелькнула его тень — метнулся к себе в квартиру. Значит, горючка будет. Значит, устроим тут локальный филиал ада. Только вместо того, чтобы черти жарили наши грешные души, мы будем поджаривать самих чертей. Лишь бы успеть…
Нижняя дверная петля угрожающе хрустнула. В образовавшуюся щель просунулась серая, изможденная рука с ободранными до кости пальцами.
— Леха, тебя касается! — я резко обернулся к ребятам. — Слушать мою команду! За первую секунду со страху весь магазин не высаживать! Бить короткими!
Похожие книги на "Мертвая тишина. Тетралогия (СИ)", Старый Денис
Старый Денис читать все книги автора по порядку
Старый Денис - все книги автора в одном месте читать по порядку полные версии на сайте онлайн библиотеки mir-knigi.info.