Дома же меня ждала Любава. Девушка надела сарафан, была зарёвана и сидела за столом. Перед ней стояла кружка чая, но она что-то переполнена…
— Поэтому я и говорил, что со мной опасно. Проблемы и неприятности будут преследовать меня и окружающих.
— Ты же… — шмыгнула она носом. — Не сдаёшься? Так что и я, — вновь шмыгнула, — не сдамся.
— Как знаешь. И иди уже спать.
— А ты?..
— Буду разбираться с теми, кто вскоре припрётся.
— Я тоже!
Возражать не стал, так что решил чая выпить. У нас осталось немного пряников, так что пил с вкусняшкой. Но… допить не успел. Слишком уж быстро припёрлись разгневанные люди.
Мы вышили из дома и подошли к калитке, за которой собралась толпа.
— Ты что с сыночком сделал, урод⁈ — прокричала какая-то женщина.
— Урод? Это твой выкидыш орка проник к нам и с топором попытался зарубить меня! Или ты хочешь сказать, дура старая, что это я напал на ни в чём не повинных людей, которые усыпили собаку и проникли в баню к моющейся Любаве?
— Врёшь ты! Не проникали они к тебе! — прокричала она.
— А чьей кровью залита баня? — поинтересовался я. — У кого телефон есть? Вызовите полицию! Мне уже надоело это. То Пётр со своим ублюдком пришли ко мне с ружьём и едва не пристрелили да дом собирались поджечь. То Шиханов с ножом напал посреди дня. А теперь это!
— Погоди, не горячись и расскажи, как было, — из толпы вырвался старик один.
— Я мылась в бане, потом ворвались эти четверо! — громко сказала Любава. — Они повалили меня хотели изнасиловать, но показался Ваня! Тогда двое принялись меня держать, и ещё двое пошли «убивать его». Они сами сказали это!
— Ты врёшь! — раздался крик из толпы.
— Вру⁈ А ты зайди в баню! Там всё в кровище твоего выродка! И остальных выродков! — прокричала Любава. А потом она сбегала в ванную и вышла с топориком. — Чей топор? А? Узнаёт кто?
— Лосенко… твой же топор? — кто-то спросил.
— Да его! Такой коротыш только у него есть!
— Да вызовите уже полицию! Пусть этих ублюдков посадят!
— Не губите вы идиотов! Не губите! По голове получили, теперь уму-разуму наберутся.
— Да-да, последний шанс. А спрос с родичей будет.
Народ загалдел, а там и мои мать с отцом показались. Криков и ругани на Петра было немало…
— Так это пусть откупные платят пострадавшим! — предложил кто-то из стариков. — А то, что получается? Пришли, попытались убить и опорочить, а потом всё? Мы вас простили?
— Да-да! Откупные!
Народ сам решил отсудить откупные, сами решили, у кого что забрать, ибо все друг про друга всё знают. И все четыре семьи не бедствуют. Так что с каждой семьи стрясли по «аж целых» двадцать тыщ. А также бензопилу, пять куриц с петухом, старенький ноутбук и пять мешков картошки.
К удивлению, все четыре семьи согласились, и уже вскоре оно было у нас. А народ постепенно разошёлся. Разве что пришлось показать баню, залитую кровью. Мол, а вдруг там нет ничего?.. Показал, убедились, ушли.
Мы же, оказавшись в доме, попадали без сил и уснули. Просто закрыл глаза, и всё, сплю. Проснулся же от тяжести. Открываю глаза и вижу Любаву в своих ногах. На ней были лишь трусики…
— Разбудила?
— Ты что делаешь? — поинтересовался я, продирая глаза. Эх, уснул в одежде и пропотел ночью. Липкий теперь весь.
— Честно говоря, я проснулась такой окрылённой и радостной. Мой герой спас меня и захотелось отблагодарить. Думаю, а устрою-ка я ему лучшее пробуждение в мире. Откроет глаза, а тут я ублажаю его ртом.
— Соглашусь, пробуждение хорошее, — честно ответил я. Сколько раз меня так будили? Не сосчитать…
— Да, но я ведь даже не знаю, как это делается… От девок то слышала, что берёшь его в рот… А дальше-то что?..
Я искренне удивился.
— Да-да, в девках я ещё! Не делай такое лицо удивлённое! Это обидно… Не везло мне с парнями. Сперва я надменно всех отшивала, мол, за олигарха или папика выйду. А потом… да козлы они все…
Любава слезла с дивана и поспешила уйти. А я проводил её взглядом… Вот тебе и пробуждение…
Ладно, пошёл в баню да затопил её, чтобы помыться. Впрочем, там ещё хватало тёплой воды. Так что сперва помылся, потом набрал воды и пошёл домой, где готовился завтрак.
Настроение у девушки было приподнятое, а после сытного завтрака Любава занялась хозяйством. Я же принялся за упражнения и по традиции собралась кучка девиц. Поэтому Любава временно оставила хозяйство и принялась с девицами сплетничать. Те ахали, охали, а потом Любава сбегала в огород и принесла огурец…
Начался разврат! Девицы принялись учить Любаву минету. Вот только большинство и сами-то не знают, что это такое… Так что демонстрировали свою фантазию…
Рука сама тянулась к лицу. Так что я просто отвернулся и продолжил тренировку. Долго тренировался и весь взмок. Благо, баня уже была готова. Прогреть мышцы целебным паром на травах после тренировки самое-то.
Когда вышел, девицы уже разбежались, а Любава кормила Кошатника. Пёс выглядел невыспавшимся и вялым да зевал. Главное, что не отравили.
Ещё и бабуля задерживается… Похоже, помирилась с семьёй, раз уж решила подольше погостить у них. Ну и хорошо! Разве что сюда могут приехать её внуки и правнуки… Но нестрашно. Что-нибудь да придумаем.
Затем мы отправились на ферму. Любава копала, я собирал и сажал растения. Волки вновь принесли кролика и отдали нам две его лапы да шкуру. Зверюги целого кролика не съедят, вот и поделились.
Оба волка быстро росли и чувствовали себя отлично. Что не может не радовать. Это мои защитники, и им нужно становиться сильнее. И чем сильнее они, тем и я сильнее.
Домой мы возвращались ещё засветло, ибо я не успевал сходить на дальние поляны за растениями. Впрочем, Любава и так выглядела уставшей. Она прошлась по коровнику, свинарнику и прочим зданиям. Вымоталась.
— А это ещё кто? — опешила рыжая, когда мы подходили к дому. А там у калитки стояла молодая модная девица с розовым телефоном в руках.
— Вы Иван? — спросила она, отвлёкшись от гаджета.
— Да. А вы?
— Таня. Уберите собаку, пожалуйста. Я хочу осмотреть дом перед продажей.
— А? В смысле? А бабуля?
— Умерла бабуля… сердце не выдержало из-за ругани с мамой моей… Так что теперь дом мой, и я его продаю. Не буду же я жить в этой дыре. Кстати, не хочешь купить?..
Я едва успел подхватить Любаву. Сознание потеряла… Белая, сука ты старая, за бабулю я тебе такую сладкую жизнь устрою, мало не покажется!
Глава 12
— В общем, сегодня сможете съехать? — спросила Татьяна после осмотра дома. — Хотя вам придётся….
— Когда похороны бабули? — спросил я с хмурым выражением лица. Учитывая, сколько мне лет, близких я терял далеко не один раз, но нет, к этому нельзя привыкнуть. Сердце болит…
— М? Да сейчас идут. Вроде.
Я посмотрел на девушку со злостью. Как так можно-то⁈
— Что? Я её даже не знаю и не видела ни разу. Для меня это посторонний человек, — объяснилась девушка.
— Хотя бы адрес на кладбище скажи.
— Ага, на телефон скину. А пока… собирайтесь в общем. Завтра буду фотографии делать.
— Если можно адрес на бумажке и что из вещей забрать можно?
— Мебель и технику не дам. Одеяла с подушками тоже… Хотя, лучше покажи, что хочешь забрать, и я скажу.
Вздохнув, привёл её в мастерскую.
— Забирай всё отсюда. Дрянь какая-то, а могла быть комната… Даю ещё один день, если всё из комнаты вынесешь. А ещё…
Мы прошлись по всему дому и даже в погреб заглянули. Пришлось поругаться за продукты. А то хотела всё оставить. Даже молоко в холодильнике…
Когда она ушла, я ещё долго ругался. Такого удара под дых я не ожидал… Прости, бабуля, это я тебя под могилу подвёл… Но только я собрался пойти спать, как ко мне подошла Любава и обняла.
— Я остаюсь с тобой. Это не обсуждается. Вместе мы со всем справимся, — сказала девушка и, поцеловав меня, в щёку ушла к себе в комнату.
Вздохнув, лёг спать, а на следующий день пришёл к отцу. Он вызвал фургон и с матерью помогал нам грузить вещи.
