– Юный принц, ты уже десятый раз перемешиваешь суп, он нужен не для этого, – подметил Морион, который уже почти все съел.
– Извини. – Люциан нехотя положил в рот первую ложку и с трудом проглотил.
Морион внимательно посмотрел ему в лицо.
– Что тебя беспокоит?
– Это неважно, – сухо ответил Люциан. – Градоправителю Асдэма ни к чему беспокоиться о чужих переживаниях.
– Беспокоиться о чужих переживаниях? Я похож на того, кто способен на подобное? – С губ демона сорвался смешок. – Рассказывай, пока у меня есть интерес к вопросу, возможно, я подскажу что-то дельное.
Люциан тяжело выдохнул, не желая жаловаться, но в то же время не в силах себя успокоить. Несмотря на поведение, Морион сейчас был единственной опорой – тем, кому он мог поведать о лежащем на душе грузе.
– Я чувствую, что еще не готов. – Он поднял взгляд. – Я должен вернуться в резиденцию и взойти на престол, но я не такой, как отец, который только с виду был мягким, но держал всех в узде. Не такой, как ты, кто настолько силен, что невозможно противостоять. Я не такой, как все предыдущие владыки, которые заняли свой пост уже будучи зрелыми. Я слишком юн, многого не знаю, моя магия не имеет великой силы, а мой разум… еще не повзрослел. Мне не хватает опыта, чтобы выстраивать общение с людьми и правильно вести себя в обществе. Я даже о том, что теряю память по пьяни, узнал только вчера! Как, будучи таким неумехой, я справлюсь с целым кланом? Как удержу власть, которая скоро перейдет ко мне?
– Я не знаю. – Морион лениво пожал плечами. – Я не против подсказать тебе верное направление, но вот какая загвоздка: твой путь отличается от моего или твоего отца. Он не похож на пути твоих предков или владык других кланов. К сожалению – или к счастью, – эту дорогу придется проложить самостоятельно, ты можешь обеспечить себе как легкую тропу, так и тернистую. Все будет зависеть от тебя и твоих сил, но… – он подался вперед, – ты в любом случае должен пообещать, что справишься.
– А иначе?
– Иначе тебя убьют. – Морион откинулся на спинку стула и отложил в сторону ложку. – У заклинателей не может быть слабого правителя, ты и сам это понимаешь. Конечно, клан Луны – не клан Ночи, который считался самым жестоким. Власть у вас добрее, но это не лишает ее коварства. Если советники не напирали на твоего отца, это не значит, что они не будут напирать на тебя. Эти зануды не допустят, чтобы клан возглавлял тот, кто к этому не готов, – усмехнулся Морион. – Заклинателям нужен правитель, сильный телом и духом. Так было всегда и так остается сейчас. Будь ты окружен родными, тебя бы взяли под крыло и растили до тех пор, пока ты не станешь достоин трона. Но, насколько я знаю, у юного принца были только мать и отец, и теперь ты единственный кровный наследник. Отречься от трона – слишком низко, после такого можно сразу покидать клан, но ты должен остаться и бороться. Так будет правильно. – Морион опустил взгляд на чужую тарелку и, указав на нее подбородком, добавил: – А теперь доедай суп. Не мучай себя раздумьями.
– Я не голоден, – пробормотал Люциан, снова мешая бульон.
– Тебе нужны силы. – Морион взял ложку и строго приказал: – Доедай сам или я помогу.
Люциан нахмурился и нехотя открыл рот. Подчиняться ему не хотелось – желудок и впрямь скрутило в узел так, что ничего в него не закинешь, – но демон был прав. Ему нужны силы, поэтому он все же осилил половину супа.
После трапезы они вернулись в комнату, где Люциан, сразу спрятавшись за ширму, сбросил с себя верхние одежды и переоделся в привычные ночные, намереваясь остаток дня провести в постели. О будущем он толком уже и не думал, но вот избавиться от тревоги и испорченного настроения не мог.
Когда он, одетый в серую рубаху и штаны, вышел из-за ширмы, Морион уже сидел на середине кровати и держал в руках гуань. Ничего не сказав, он прикоснуться губами к маленькой дудочке, как только Люциан забрался под одеяло и положил свои ноги поверх чужих.
Демон не был близко, но оставался рядом. Он не был опорой – лишь сигнальным огнем, к которому можно прийти, чтобы переждать бурю. От этих мыслей у него на душе стало тяжело и грустно, но Люциан знал, что иначе быть не могло. Впереди у него лежал свой путь, а у Мориона – свой. И как бы тесно они не общались, эта истина не поменяется. Люциан нутром чувствовал, что им суждено разойтись.
Морион играл ему всю ночь. Засыпая с тяжелой головой, Люциан слышал его тягучую ласковую мелодию, которая мягко и успокаивающе касалась струн души.
Наутро он обнаружил демона в кресле. Морион читал, пока Люциан лежал на спине и задумчиво разглядывал деревянный потолок.
– Зачем ты спас меня в ту ночь? – хрипло спросил он, не показывая особых эмоций. – Почему не оставил в лесу, чтобы я стал кормом для тварей?
– Подумал, ты не хочешь умирать, – со смешком ответил Морион, не отводя взгляд от книжных страниц. – А еще мне казалось, что ты причастен к случившемуся, – серьезно добавил он.
Люциан покосился на демона.
– С чего вдруг?
– Тот случай в деревне был аномалией, а ты – единственный, кто в ней выжил. К тому же я узнал в тебе мальчика с озера Ши. И в этот раз, и тогда в тебе было что-то такое, что заставило меня посчитать тебя подозрительной личностью, поэтому я заинтересовался.
– Сейчас я тоже кажусь подозрительным?
– Нет. Я быстро понял, что ты обычный принц-неумеха, который при всем желании не сможет обвести меня вокруг пальца.
Люциан поморщился и прислонился спиной к изголовью кровати.
– Раз я оказался таким бесполезным, зачем ты продолжил возиться со мной? Почему приютил и стал помогать?
– Потому что я верю в тебя, – сказал Морион беззаботным тоном, но Люциан все равно вздрогнул от его слов. – Пусть сначала ты казался мне слабым, но со временем я понял, что ты силен и скоро станешь еще сильнее. – Он посмотрел в потолок и, немого помолчав, вздохнул. – К несчастью, нельзя получить силу просто так. За нее всегда приходится платить, чем ты сейчас и занимаешься. Даже могущественные демоны пережили небывалые страдания, чтобы стать высшими среди темных существ. Мой старший дядя всю сознательную жизнь боролся с самим собой, чтобы стать заклинателем, которого будут бояться даже боги. Мой отец терпел пытки от своего отца, лишь бы возыметь силы противостоять матери и дяде. Я двадцать лет прожил в клетке и… тоже пережил нечто ужасное, чтобы обрести то, что имею сейчас. – Морион резко замолчал и обратил задумчивый взор на Люциана.
– Так что, юный принц, не думай, что твоя слабость является чем-то неправильным. Это лишь стена, которую нужно преодолеть. Начинай карабкаться вверх, а не смотри с задранной головой и мыслями, что это слишком высоко. Для муравья ступенька тоже кажется горой, но это не мешает ему забраться на вершину.
Люциан внимал словам, глядя в чужую тьму. Бездна демонических глаз в этот момент казалась роднее отчего дома. Ему даже захотелось протянуть руку, чтобы коснуться Мориона, но вместо этого он сжал ладонь в кулак и не сдвинулся с места.
«Привязанность… ее не должно быть».
Демон усмехнулся невесть с чего – наверное, с напряженного выражения чужого лица.
– Помнится, вчера я обещал тебе прогулку, давай позавтракаем и пойдем? – произнес он и, спрятав книгу в поясной мешочек, поднялся с места. – Можешь привести себя в порядок, пока я хожу за твоими клановыми одеждами.
Люциан навострил уши.
– Клановые одежды? Разве ты не говорил, что мне не стоит гулять в них, поскольку это привлечет много внимания?
– Я так сказал, потому что ты собирался надеть их на торжество, где толпились люди, а сейчас мы будем вдвоем. Если выйдем в обед, то селяне будут заняты работой и нас не увидят. – Морион подошел к двери.
– Ты мог бы заодно прихватить ленту для волос?
Демон закатил глаза.
– Модао, почему ты вечно хочешь заплести свои волосы? – вопросил он, а потом протяжно выдохнул. – Ладно. Если что-нибудь попадется под руку, я принесу, а если нет, специально искать не буду.
