— Не работает, — сказала Тейма, подняв и опустив трубку дискового аппарата, вроде того, что я видел в детстве у бабушки. — Ну-ка, уже полседьмого, — подошла она к телевизору и нажала кнопку включения. — Программа выходного дня: «доброе утро, страна!» по первому каналу в шесть утра начинается.
Эту программу я знал, — видел пару раз на выходных после подъема в казарме, когда остающиеся в части ведьмы получали некоторое послабление дисциплины. Обычный телевизионный винегрет из песенок, готовки завтраков со звездами и утренней зарядки с каким-то томным мальчиком.
Телевизор заработал, но вместо знакомой ведущей появилось изображение какой-то женщины средних лет в мундире с погонами ведьмы-стратеги. Мы втроем, не сговариваясь, одновременно уставились в экран, затаив дыхание.
Сначала на экране ничего не происходило, но потом женщина начала говорить.
— Прослушайте важное правительственное сообщение! — заявила ведьма, глядя прямо в камеру. — С величайшем прискорбием сообщаем, что сегодня ночью от неожиданного взрыва в столичном дворце погибла её Величество Императрица Асталии Кальтиния Третья. Вместе с ней скоропостижно скончались и обе наследницы трона: их Высочества Лиара Астила и Кальта Астила. Так же погиб ряд министриц и начальниц управлений, список жертв ужасной трагедии продолжает выясняться.
— Гражданки Асталии! Подруги и сестры! — с мрачным и решительным лицом уставилась в камеру стратега. — В этот скорбный час, чтобы не допустить хаоса в стране, всю власть на себя взял Чрезвычайный Комитет Спасения Асталии и я, его глава — Фабия Рена-Астила. Призываем всех сохранять порядок и спокойствие! В эти тяжелые времена в ответ на просьбу комитета о помощи откликнулись наши друзья из Конфедерации Техносов. Они помогут Комитету преодолеть сложившийся кризис и привести Асталию к богатству и процветанию! Техносы гарантируют все гражданские права бывших подданных Кальтинии, а так же объявляют о роспуске общин и равных правах общинниц с остальными гражданками.
— Отдельно обращаюсь к ведьмам и официрам Вооруженных Сил и Внутренней Гвардии! — после небольшой паузы продолжила женщина. — Сейчас вы свободны от присяги её бывшему Величеству Кальтинии Третьей. Но не свободны от вашего долга перед новой Родиной! Запомните — войска техносов, которые по просьбе Комитета высаживаются сейчас на нашем побережье — это ваши друзья! Не оказывайте им никакого сопротивления! Наоборот, предоставьте им всяческую помощь и содействие. Те, кто откроют огонь по представителям Конфедерации, будут считаться военными преступницами! Так же обращаюсь к ведьмам охранного отделения, — вы должны…
Изображение на телевизоре вдруг пошло пятнами и отключилось, оставив лишь серые полосы помех… А мы с Теймой и Кальмой остались стоять перед ним в состоянии глубокого шока. Точнее, в полном шоке были ведьмы. Я, хотя и не ожидал подобного поворота, но в себя пришел довольно быстро. Всё же для землянина двадцать первого века подобные кундштюки не были чем-то из ряда вон выходящим. Что тут можно сказать? Один — ноль в пользу техносов! Или сразу можно писать им три-ноль? Организовать вторжение одновременно с государственным переворотом и устранением верхушки противника, это сильно и стильно. Вполне в духе некоторых наших отморозков. У асталийцев что, вообще спецслужб и разведки нет? Или всё настолько прогнило?
— Этого не может быть! — затрясла головой Кальма. — Не может быть, слышите!!! Это просто вранье! Нас обманывают, это просто дурацкая передача. Не может быть, чтобы её Величество вот просто взяла и погибла! Тейма, скажи мне, это же всё неправда, верно⁈ — лицо Кальмы скривилось так, что я подумал, что она сейчас заплачет.
— Ракеты — это тоже вранье? — помотала головой Тейма.
— Я не знаю! Но этого не может быть…
— Леша, а ты что скажешь? — вдруг повернулась ко мне наша командира.
— Сказанное — правда, — уверенно кивнул я. — Но не вся. Всю мы не знаем, мы сейчас прослушали лишь ролик с вражеской пропагандой. Известно точно только одно — на нас напали техносы, и одновременно в стране происходит попытка госпереворота.
— А императрица и наследницы? — уставилась мне в лицо пронзительным взглядом ведьма.
— Атака случилась недавно, — покачал я головой. — А ролик записан заранее. Декорации заметили? У стратеги хорошо поставленная речь, богато обставленный кабинет, знамена Асталии и Конфедерации Техносов рядышком стоят на заднем плане… Я думаю, что попытка техносов уничтожить наше военно-политическое руководство точно была, и она синхронизирована с атакой. Но насколько она оказалась успешна — мы не знаем, всё может выйти по-разному, сложно сейчас судить. Я знаю одно, ведьмы, — если мы сейчас окажем сопротивление врагу, то будем в своем праве, — твердо заявил я. — Вы приносили присягу Кальтинии и Родине, и никто вас от нее не освобождал. А подобные ролики и угрозы в них юридически ничего не стоят. Но если мы сейчас поднимем лапки перед врагом — то мы изменники и по совести, и по закону. Если техносы проиграют — то нас всех повесят, причем за дело.
«Какого хрена я несу»? — пробежала у меня в голове заполошная мысль. «Леша, ведь ты еще совсем недавно думал, что тебе будет лучше среди техносов и хотел к ним сбежать. А сейчас ты сам нарываешься на драку с ними и склоняешь к ней других».
Однако, я отмел эту мысль как несвоевременную. Не мог я сейчас поступить иначе, понимаете? Не после ночи с Теймой и полутора месяцев службы с ведьмами, к которым привык и которые ничего плохого мне сделали. К тому же ночная атака техносов и их наглость, разозлили даже меня, хотя этот мир и не мой…
— Я с тобой согласна, Леша! — торжественно и мрачно ответила Тейма. — Асталийская морская пехота её Величества не предает страну и не бежит от боя. К тому же я слышала про эту Фабию Рену-Астилу, — скривившись, добавила она. — Она одна из отпрысков императорской фамилии, лет пять назад служила в управлении госзакупок, кажется. Но сильно проворовалась и бежала к техносам в Тассию. Её заочно приговорили к двадцати годам и указом Императрицы лишили права носить фамилию Астила. А теперь вон, вылезла откуда-то. Да еще в мундире стратеги и на штыках техносов. Поди, сама императрицей хочет стать…
— Вполне возможный вариант, — кивнул я.
— Тогда наша задача организовать оборону и дождаться утра, — вздохнула Тейма. — А там яснее станет. А еще…
Фразу комбаты прервали звуки взрывов и выстрелов, донесшихся откуда-то с моря. А на запястье Теймы замигал огоньками «мавик» и ведьма застыла, слушая голос в наушниках своего шлема.
А потом повернулась к нам и сказала:
— Это Ария. Сообщила, что видит техносов, которые пытаются высадиться на пляже. Их с Тимофеем «корсет» вступает в бой!
— Надо им немедленно помочь, — отозвался я. — Тридцать ведьм — маловато для всего пляжа, даже в «корсете».
— Так и сделаем, — кивнула Тейма. — Пойдем с нашей боевой группой, Леша. Кальма, ты остаешься в батальоне старшей. Передай Нейме — их с Кимом группа пусть пока будет в резерве, возможны атаки с других направлений. И пусть она сформирует несколько боевых групп из ведьм обеспечения и отправит к нам на помощь, если дело затянется. Вперед!
Уже подбегая вместе с ведьмами к пляжу, я вдруг услышал сливающийся в гул сплошной грохот и не сразу понял, что это такое. Но потом за деревьями открылся пляж и наш «корсет» попадал на землю, маскируясь за деревьями и кустами на опушке. А моему взору открылась эпическая картина. К пляжу с моря спешили несколько десантных судов с металлическими бортами, еще несколько таких же застыли у берега. А на песке валялись десятки солдаток в камуфляже. Некоторые неподвижно, в изломанных мертвых позах, другие пытались куда-то отползти, третьи стреляли с места из автоматов. Так же с приближающихся десантных мини-барж били пулеметы, но их огонь не достигал никакого видимого эффекта. Зато, спрятавшийся в окопчике за насыпным бруствером Петрович вместе с подававшей патроны напарницей по расчету, садил по открытому пляжу из своего техносовского аппарата попеременно длинными и короткими очередями, доминируя на поле боя и заставив прижаться к земле сразу несколько взводов высадившихся солдаток. А весь остальной «корсет», укрывшись позади него, кастовал мощное защитное поле, делавшее нашего ветерана с его пулеметом неуязвимым для вражеского огня.
