– Разве? – С губ Люциана сорвался нервный смешок. – По пути в Асдэм ты совсем не походил на того, кто пытался, или на того, кто знал меня. Ты был холоден, груб и держался на расстоянии, – отчеканил он. – О чем ты думал?
– О том, что если ты не мое нача́ло, то нет смысла возвращать все на круги своя, и нам с тобой лучше быть порознь, – резко ответил Кай, словно и у него сдавали нервы.
Люциан прыснул.
– Раз ты хотел быть порознь, то зачем в Асдэме держал подле себя?
– Все изменилось, когда ты рассказал мне о своих снах. Хаски тогда тоже почувствовал неладное, стоило ему взглянуть на тебя, и это дало мне надежду, что в будущем ты переродишься.
Люциан приподнял брови, не ожидая услышать именно это. Конечно, прежде чем покинуть Асдэм, он узнал от Кая, что станет светлым началом, но кто бы мог подумать, что демон считал так не первую неделю?
– Ты не был похож на того, кто признал во мне свое начало, – тихо заметил Люциан, собирая в памяти осколки минувших событий. – Сколько раз ты дразнил меня, пытался вывести на эмоции? После той игры в башню проклятий я чуть не избил тебя. Знаешь, ты совершенно не умеешь вести себя с теми, кто предначертан тебе судьбой, – закончил он, не скрывая обиды в голосе.
Каин поморщился с таким видом, словно получил пощечину. Голос его звучал сдавленно, словно он сдерживал рык:
– Я вел себя так потому, что пытался как раз таки вернуть твои воспоминания. Но в конечном итоге понял, что мое заклятие обратилось в проклятье, которое лишило тебя не только памяти, но и части чувств. Когда дразнил тебя, я пытался выяснить, насколько оно сильно́, возможно ли его снять, и башня стала последним испытанием, которое показало мне, что тебе не помочь. Моя магия оказалась нерушима и полностью поглотила тебя. Мне оставалось только принять это.
Люциан шумно выдохнул и рухнул на подушки, не зная, что сказать на это откровение. Он был в ярости, но в тот же момент его до глубины души потрясли слова Кая о том, что ради предназначения он был готов отказаться от собственных желаний, а также о том, что этот дурак не придумал лучшего способа снять заклятие, как измучить свое нача́ло.
«Глупый, какой же ты глупый», – повторял Люциан про себя, тихо скрипя зубами и глядя в потолок, хотя на самом деле так не думал.
– Люциан, – тихо позвал Кай, но в его голосе звучал вопрос.
– Да, я злюсь на тебя, ты это хотел спросить? – Люциан покосился на него, сидящего в кресле.
– Прости, – выдохнул Кай, вжав голову в широкие плечи. – Если бы тогда я не проникся к тебе, то не поступил бы так. Не стал бы трогать память.
– Я знаю. – Люциан снова посмотрел в потолок и, мысленно вздохнув, добавил: – Но не уверен, что, случись все иначе, мне сейчас было бы легче. Ты прав, в то время ты был моей единственной опорой, и я вряд ли бы справился с очередной разлукой. – Он снова вздохнул, но уже по-настоящему, и решил перевести тему. Его голос зазвучал строже. – Что с моими людьми и кланом? Как долго я был без сознания?
– Недолго. – Кай сел, перестав утопать в кресле, и спрятал книгу в поясной мешочек. – Твои друзья заканчивают с расследованием преступлений в Лумусе, Хаски за ними присматривает и позже приведет сюда. – Он затянул узелок на мешочке. – С кланом тоже все хорошо. Ты начал перерождаться в божественном источнике, адепты почувствовали всплеск духовной силы, вытащили тебя из пещеры и перенесли в главный дом. Конечно, в момент твоей слабости Ксандр попытался убить тебя руками Амели, но я помешал. Прогнал его и забрал тебя.
Вспомнив облик невесты, занесшей над ним кинжал, Люциан поморщился, и сердце его сжалось. Амели была ему столь же близка, как и Эриас, – и не менее дорога. Почти два года он готовился стать ее женихом, заботился о ней, доверял и полагался во всем, а в итоге все обернулось вот так… И пускай начало внутри него видело в душе Амели демона так же долго, как существовало в новой жизни, до сегодняшнего дня Люциан ни слухом ни духом об этом.
– А что с предателем?
Он повернул голову и посмотрел на Кая. Судя по выражению демонического лица, тот сначала не понял, о чем его спрашивают, а потом удивленно вскинул брови.
– Начало все знало, да? – спросил Кай и, не дожидаясь ответа, продолжил: – Я его не трогал. Этот демон все еще с твоими товарищами.
– Все еще с ними? – У Люциана чуть волосы дыбом не встали.
Кай выставил раскрытую ладонь, жестом призывая успокоиться.
– Я все контролирую и за всем наблюдаю. Сейчас прихвостень Ксандра не представляет опасности для твоих друзей, иначе давно бы сделал ход против них. Думаю, он будет играть свою роль до конца и наблюдать за нами, как прежде, но мне это не мешает, потому что я планирую вернуть его брату и прихлопнуть всех мух одним ударом. Предлагаю обсудить это позже, после того как ты полностью переродишься. Сейчас у нас вряд ли есть на это время.
Кай скользнул взглядом по прикрытому одеялом телу Люциана, примечая окутывающее его золотистое свечение, которое то гасло, то становилось ярче, указывая на нестабильность.
– Ты уверен? – выдавил Люций. С одной стороны, он хотел поспорить, но с другой – понимал, что времени на беседы и впрямь не хватало, потому что совсем скоро он вновь потеряет связь с реальностью.
– Да.
Люциан нахмурился, сомневаясь, что они поступают разумно.
– Верь мне, – заметив его реакцию, с нажимом добавил Кай.
И Люциан сдался. Конечно, он беспокоился за друзей, но раньше Кай никогда его не подводил, и, казалось, все его планы исполнялись так, как он того желал. Демон всегда оставался в выигрышной позиции и поступал как лучше для него, поэтому Люциан скрепя сердце доверился. И продолжил расспрашивать о важном:
– В клане сейчас переполох?
– Да.
– Пошли кого-нибудь уладить этот вопрос.
Кай усмехнулся, а потом растянул губы в улыбке.
– Хорошо. – Он встал, подошел к кровати и поправил соскользнувшее одеяло, укрывая им Люциана по шею. – Теперь отдыхай. Великая светлая сущность внутри тебя все еще не стабильна, а человеческая суть не умерла. Твое сознание расколото, и требуется время, чтобы оно вновь начало принадлежать одному человеку.
Люциан сглотнул, слушая то, что и сам осознавал. Он должен был продолжить слияние, но боялся в это погружаться. Что, если великая сущность полностью поглотит его? Что, если он не сможет сохранить свою человеческую суть? И как долго это продлится? Он слишком мало знал о том, что с ним сейчас происходит.
– Не переживай, – ласково произнес Кай, словно прочитав чужие мысли. Он коснулся теплой щеки Люциана холодными костяшками бледных пальцев, даруя успокоение. – Это не так сложно, как думаешь. Нача́ло не пытается поглотить тебя, оно к тебе прислушается. Я буду рядом и встречу, когда ты проснешься.
Люциан поморщился, борясь с желанием перехватить его руку и отчаянно вцепиться в нее. Вместо этого он коротко кивнул, и Кай отошел от кровати.
Демон вернулся в кресло, оставаясь с ним, чтобы своей тьмой охранять Люциана, чей хаотичный свет уже начал ускользать в мир грез. Он пробыл там несколько дней, стараясь объединить свою личность с сутью начала. У него был небольшой выбор: переродиться в великую сущность и забыть себя, но за одно мгновение познать новую силу и возможности или же связать свое «я» и нача́ло, сохранив большую часть личности, но обрекая себя на самостоятельное познание всех основ существования в роли великой сущности. И Люциан выбрал второе, искренне надеясь, что о новых способностях ему поведает Кай, явно успевший понабраться опыта в управлении этой силой. Избери он первое, то еще неизвестно, каким бы стал после пробуждения и кого бы любил.
Занятый слиянием, Люциан даже не подозревал, что кто-то осмелится влезть в его сон…
…но демоническая наглость была непобедима.
Глава 107. Ты единственный, кто всегда возвращался
