Командор. Том 2 (СИ) - Киров Никита

— Я… никуда…

— Вот и стреляй.

Несколько пуль врылось перед ними в землю, Бронин выстрелил пару раз вперёд.

— У тебя там ещё взводный горячий, — продолжил он говорить Самохвалову. — Пусть на жопе сидит, а то всех пацанов положит, если в контратаку полезет.

— Говорил отдельно, смотрю за ним…

Оба офицера говорили, и при этом стреляли сами…

В это же время я вышел на связь с крепостью. Закрепил наушник, говорил громко, сам себя не слыша, потому что палила скорострельная пушка моей бронемашины.

— Цитадель-1, — звал я. — Это Медведь-1, нужна поддержка. Вы чего там застряли?

— Мы ещё не встали на новые позиции, — отозвался имперский штаб. — Где-то рядом авианосец.

— Нам всё равно нужна поддержка. Враг так и лезет. Вертушки не надо, отправь штурмовики.

— Отправим, что сможем. Помощь будет, — наконец ответил штаб. Голос Стаса Варга.

Ладно, Станислав понимающий, в бою был, нас не бросит. Нам даже небольшого авиазвена хватит, чтобы накрыть этих гадов.

Я посмотрел на прибывшего с нами корректировщика огня — бледного парня из Хитланда в погонах старшего лейтенанта. Артиллерия, скорее всего, бить не сможет, помешает ландшафт, ведь крепость снизилась на минимальную высоту, чтобы её не обнаружили с воздуха.

Корректировщик хоть и вздрагивал от взрывов, но делал пометки в записной книжке. Пусть не будет артиллерии, но штурмовиков нам в помощь отправить смогут, их сможет навести и этот парень.

Наконец, дали добро, и корректировщик уже начал назначать цели.

— Постарайся давать подальше от нас, — посоветовал я. — А то забросят пасту к нам, такое уже было.

— Так точно, — корректировщик закивал и начал тараторить в свою собственную радиостанцию.

Я смотрел на поле боя в бинокль. Зорин почти добрался до нужной позиции, чтобы атаковать мощным кулаком с фланга. Но надо выжидать момент, чтобы его люди не попали под нашу же авиацию, которая сверху не будет видеть, где свои.

Уже понятно, что помимо вражеского спецназа было ополчение. Чёрная Стража, потеряв достаточно людей, откатилась, но местных оказалось куда больше. Набрали здесь добровольцев, и немало. Пушечное мясо. Поверили, что их спасут от империи, и дохнут десятками. А империя никуда не уйдёт.

Наверняка им ещё сказали, что имперцы убили нескольких гражданских в том посёлке, где мы проезжали. Враг любит показывать такое. И если где-то рядом есть журналисты, они ещё и трупы снимут.

Но с этим будем разбираться потом.

— Медведь-4 готов выступать, — доложил радист Гвоздь, подняв на меня взгляд.

— Рано, — сказал я.

Я ждал, когда пролетят штурмовики. В этот момент в зоне удара находиться нельзя.

— Медведь-4 снова на связи, — вдруг всполошился Гвоздь через минуту. — Новый противник, бронетехника.

— Какая там бронетехника? — пробормотал я и сам взял гарнитуру. — Медведь-4, что там у тебя?

— Там шагоходы, — ответил голос Зорина в наушниках. — Боевые ригги.

— Откуда там ригги? — удивился я.

В это же время, правый фланг…

Зорин смотрел в перископ своей командирской машины.

— Откуда у них ригги? — спросил он сам себя.

— Это не ригги, — сказал оператор-наводчик. — Это что-то другое.

Вспышка сигнального снаряда осветила взвод вражеской бронетехники.

На ригги это походило мало. Это не те огромные, монстроподобные шагающие машины прошлого. Это больше напоминало большие танковые башни, только двигались они не на гусеницах, а на коротких согнутых внутрь ногах, как у «Уланов».

Они меньше, мобильнее и куда лучше приспособлены к такому ландшафту. Каждый вооружён двумя или тремя пушками, не считая пулемётов. В высоту метра три, и шагали быстро.

Их было около десятка, целый танковый взвод.

А кроме пушек у них было другое оружие, очень раздражающее.

— ВСЕХ ПЕРЕБЬËМ, ДЕСАНТНИКИ! — прозвучал очень громкий голос с металлическим эхом.

На некоторых малых шагоходах были закреплены мощные динамики.

— СДАВАЙТЕСЬ, И ВАС ПОЩАДЯТ! — голос был невозможно громкий, даже на таком расстоянии резал уши. — ДЕСАНТНЫЕ МРАЗИ! ИЛИ БУДЕМ ВАМ ЯЙЦА РЕЗАТЬ!

Следом раздалась длинная непонятная речь на чужом языке, а затем врубили очень громкий гимн Дискрема.

— Накамурычи совсем охренели, — проговорил Зорин. — Кто заткнёт этого гадёныша — к награде представлю. Где там…

Капитан сам потянулся к радиостанции.

— Медведь-1, — начал вызывать он по рации, — это новое оружие. Ригга, не больше танка, есть пушки… и до чего же громкие они, суки такие.

— Принято, Медведь-4, — с хрипом отозвалась рация. — Держать позиции, открыть огонь.

— Есть открыть огонь, — Зорин переключился на свою частоту, но пока ничего не говорил.

Он не думал, что скорострельные пушки БД-49 смогут навредить такой броне. Но управляемые ракеты смогут навести панику. И гранатомёты были.

— Были бы здесь мои танки, живо бы их посносили, — тихо проговорил капитан. — Ладно, пацаны, — он посмотрел на экипаж. — Да не ссы, прорвёмся, брат, — подмигнул побледневшему наводчику. — Всем машинам — по ногам этим гадам — огонь!

Появление нового вида бронетехники нас удивило, но мы держались.

Над лесом вспыхнуло пламя — с рёвом пролетевшие над ним штурмовики сбросили контейнеры с игниумной пастой, которая тут же загорелась.

— Так вам, наки поганые! — закричал в одном из окопов.

Горело так ярко, что в лицо бил жар и вонь тухлого яйца. Стало светло, как днём. Первую линию атакующих от основных сил отрезали. И если мурики держались, то ополчение островитян боевой раж потеряло.

Санитары пронесли раненого бойца, погиб взводный из третьей роты, мурики взорвали один наш пулемёт. Но мы держались.

Гранатомётчики встречали новые шагоходы, наши бронемашины палили по ним, не давая им целиться. Но судя по оружию, которое я видел у этих машин, вертолёты к ним пускать нельзя, собьют сразу. Это как ходячие зенитки.

— Господин командор, — радист Гвоздь подполз ближе. — Штаб передал: к нам кто-то подходит.

— Кто?

Гвоздь начал листать бумажку с позывными.

— Морская пехота, наша! Целая колонна.

— Это хорошо, — я кивнул.

Заметил неподалёку разведчиков и направился к ним сам, пока над головой свистели пули.

— Шатуны какие-то, — громко рассказывал Шутник. — Шатаются там, стреляют…

— Шатуны — подойдёт, хорошее название, — сказал я, проходя мимо. — Лейтенант, особая задача, — я подозвал Смирнова. — Нужно встретить морпехов, чтобы мы не постреляли друг друга. И чтобы они не угодили в засаду. Тут всё этими муриками кишит.

— Есть, господин командор! — Смирнов вытянулся.

— И сами не попадитесь.

Разведчики отправились на встречу союзников, а я вернулся к бою. Он всё продолжался, а нам ещё надо выступать к базе.

Глава 13

Широко известны два человека с именем Роман Загорский. Оба были генералами имперской армии.

Первый — талантливый военачальник, герой Освободительной войны 658–660 гг. против армий Высших Домов Накамура и Ямадзаки из империи Дискрем. Но вместе с тем это мятежник, казнивший императора Валерия Громова, что привело к Первой Гражданской войне.

Второй — его правнук, не менее умелый командир, переломивший ход Второй Гражданской войны и интервенции в пользу лоялистов.

Оба носили прозвище Молот империи. Оба были Небожителями.

Но легенды на севере говорят, что это один и тот же человек, возродившийся после смерти. Эти же легенды утверждают, что если в Юнитуме вновь настанут тяжёлые времена, Молот империи пробудится в очередной раз, чтобы спасти страну.

И. Шапошников. Современные мифы и легенды империи // Вестник Имперской академии наук, №7(215).

— Загорский, — произнёс я, увидев спрыгнувшего с пехотной бронемашины офицера.