Люциан ошеломленно уставился на Кая.
– И ты даже не спросил?
Демон поднял раскрытые ладони.
– Откуда же я знал? Эта заколка просто показалась мне красивой. – Кай звучал как самый честный демон на свете, но Люциан не верил ни единому его слову.
«Кошмар, и я ходил с ней все это время? А Хаски?»
Люциан вдруг вспомнил слова Бога Обмана, когда тот впервые увидел его заколку: «Вам стоит научиться разбираться в украшениях как можно скорее, иначе Киай найдет новый повод для смеха».
«Он же все знал!»
Сказать, что Люциан был потрясен, – значит ничего не сказать.
К залу совета он подошел с таким видом, словно владыки тьмы подле него не существовало.
В большом помещении собрались все божества этого мира, чтобы решить проблему в лице общего врага. Высокий потолок поддерживался бело-золотыми колоннами, а на мраморном полу лежала алая дорожка, протянувшаяся от самого входа до пьедестала с двумя тронами. Здесь не было ни столов, ни стульев – лишь свободное пространство, которое сейчас заполняла сотня или даже больше гостей. Некоторые из них стояли, выпрямив спину, другие лениво привалились к стене, а кто-то и вовсе нагло уселся на тумбу для цветов, видимо ожидая дольше остальных. Все божества были облачены в торжественные и роскошные одеяния и обладали нечеловеческой красотой, но Люциан не узнавал и половины лиц.
Он удивился тому, что такое помещение находилось внутри замка Сладострастия, где, казалось, имелись только комнаты для отдыха и развлечений, а не залы для приема важных гостей. Это место даже не сгодилось бы для бала – колонны бы помешали свободно двигаться в танце.
Когда они с Каем вошли, шепотки разом стихли, и боги расступились, пропуская две великие сущности. Люциан чувствовал любопытные взгляды, прожигающие их спины, но никто не осмеливался подать голос и спросить близстоящего о том, не снится ли ему явление светлого начала. Казалось, все впали в молчаливый шок, разглядывая его как диковинную зверушку, которой не должно существовать. И чем ближе он подходил к трону, тем отчетливее чувствовал внимание к себе.
Сила богов тянулась к нему, а его сила – к ним, но при этом Кая они сторонились как прокаженного. И хотя сначала Люциану казалось, что боги расступались перед ним, чтобы пропустить вперед, потом он понял, что они просто спешили оказаться подальше, не желая контактировать со злобной темной аурой демона. Да и она была крайне недружелюбна к богам, которые загрязнили весь зал и ползамка своей энергией, и обжигала, как шершневое жало, – всех, за исключением Люциана. Некоторые несчастные даже подпрыгивали от боли.
Что удивительно, Люциан не испытывал к богам сочувствия; он хотел наказать их за излишнюю вольность на чужой территории.
Погрузившись в мысли, он даже не заметил, как подошел к низким ступеням, ведущим к двум резным деревянным тронам. Кай уже стоял на небольшом возвышении и протягивал руку, тем самым намекая двигаться быстрее. Конечно, Люциан мог бы и не вкладывать свою ладонь в чужую, но все же сделал это, чтобы показать всем богам, что светлое начало безоговорочно поддерживает темное. Он почувствовал, как боги за его спиной напряглись.
«Думали, мы не поладим?» – мысленно съехидничал Люциан.
Поднявшись по ступеням, он развернулся и без промедлений опустился на трон, закинув ногу на ногу. Внутри его все сжалось, а лица на мгновение коснулась тень печали.
Новый трон. Новый он.
Окинув взглядом всех присутствующих в зале, Люциан не заметил Хаски, зато увидел облаченного в золото Бога Войны и Разрушений – первого младшего дядю Кая. Рядом с ним стоял Бог Воды во всем синем – второй младший дядя. В толпе также находились и явно восстановившийся Бог Земледелия в зеленых одеждах, которого они спасли и отправили лечиться в мир мертвых; и даже Бог Ветров в истинном воплощении – молодой человек в бело-голубом халате, с волосами и глазами цвета ясного неба.
– Приветствую всех собравшихся, – лениво провозгласил Кай, поставив локоть на подлокотник и подперев кулаком щеку. – Кому-то нужно повторять, зачем я созвал всех вас? – спросил он, сидя с широко раздвинутыми ногами.
– Владыка демонов явил себя, – выкрикнул кто-то из толпы. – Мы все это почувствовали, так что нет нужды в излишних пояснениях.
– Подозреваю, мы здесь, чтобы обсудить план нападения? – Голос Бога Воды звучал спокойно, как журчащий ручей, а сам он походил на журавля, стоящего среди кур с величественно поднятой головой.
Услышав его, Кай в лице не изменился, но Люциан почувствовал, как тьма его дрогнула.
Когда-то давно Бог Воды – мужчина с ясными голубыми глазами, строгими чертами лица и короткими светлыми волосами – участвовал в воспитании темного принца, приходился ему родным человеком, но сейчас предпочитал не появляться в Асдэме и не видеться с племянником. Проблема вряд ли крылась в самом Кае; скорее всего, он не хотел посещать город, в котором провел значительную часть жизни, когда был названым братом последнего владыки Ночи.
– Да. Нам нужно решить, как будем зачищать логово врага, – ответил Кай, глядя сквозь дядю. – Раскрывшаяся сила Ксандра оказалась больше, чем мы предполагали, а это говорит о его полнейшем исцелении после нашей с ним битвы. Он обитает в месте, которое кишит темными силами и находится на пересечении лей-линий, подпитывающих их. Всех убить нельзя, иначе нарушится баланс, поэтому нам нужно придумать, как изолировать сошек от их владыки и поймать его в отдельную ловушку.
– Разве мы должны беспокоиться о балансе, раз теперь у нас есть нача́ла? – спросил широкоплечий высокий мужчина, похожий на бывалого моряка.
«Это Бог Морей?» – предположил Люциан. Он был уверен, что должен уметь различать богов по их духовной силе, но пока не знал, как это осуществить из-за сохранения своей человеческой сути. Сейчас божественная аура выглядела у всех одинаково, за исключением стихийных богов, чья энергия сияла в разы ярче.
– Мы всегда должны беспокоиться о балансе, – сухо отозвался Кай. – Нача́ла способны урегулировать нарушение сил, но не такое масштабное, как уничтожение целой демонической расы. Владыка демонов собрал в одном месте девяносто процентов всех существующих демонов, и если мы убьем их, последствия будут ужасными.
– Например? Разрыва материи, как тысячи лет назад, явно не произойдет, ведь нача́ла живы, а значит, основные силы останутся в порядке. Со временем баланс восстановится.
– Восстановится, но каким образом? Самый лучший исход – появится множество темных магов без клана, которые невесть как будут использовать свою силу; сносный вариант – родятся новые темные твари, а худший – могущественные демоны. Скольких из них вы готовы принять, учитывая, что даже один представитель этого вида способен разрушить полмира?
Ничего не говоря, Бог Морей сложил руки на груди и надул щеки.
Вместо него выступила облаченная в серо-черные одежды Богиня Ураганов, стоящая в дальнем ряду:
– Разве вы, как темное начало, не можете взять всех демонов под контроль, как в Асдэме?
– Нет, – ответил Кай так, словно нет ничего постыдного в том, что темное начало не властно над некоторыми тварями. – Асдэмские демоны другие, – соврал он так, что даже Люциан бы поверил, не будь с ним связан.
«Неужели он не хочет так сильно вмешиваться? – подумал он, пытаясь понять, какую игру ведет его темная сторона. – Наверно, это и правильно, ведь если прародители вмешаются в битву между мелкими сошками, то это скажется на балансе. Мы для них все равно что боги для смертных, но при таком раскладе мы и к владыке демонов не должны лезть…»
– Тогда что вы предлагаете? – спросил Бог Земледелия, заправляя за уши каштановые пряди гладких, струящихся по плечам волос. Несмотря на здоровый вид, голос его звучал хрипло и болезненно. – Если нам нельзя убивать демонов, то как же вести войну? Демоны атакуют нас, им все равно на баланс.
