— Абсолютно правильно, — кивнул головой Роман. — Я отвечаю за этих детей, и у меня имеется приказ как можно быстрее найти и доставить домой Гошу Рябинина. В отношении Шуры Уваровой у меня такого приказа нет, но, думается, что ее тоже уже ищут, как и меня, впрочем, тем более всем известно, что она пошла со мной. Сами понимаете, на мне лежит ответственность, и эту ответственность я с себя слагать вовсе не намерен. Благодаря вам — еще раз громадное спасибо! — я нашел Гошу. Теперь нам нужно возвращаться. Его семья, да и семья Шуры сейчас наверняка с ума сходят. Честно говоря, я не представляю себе, как нам перейти обратно в наш мир, но… нам нужно возвращаться.
— Мы рассчитывали на вашу помощь, — тихо сказал Илувар.
— Я сожалею… — начал было Роман.
— Роман! — громко воскликнул Гошка. — Как тебе не стыдно! Этот мир попал в беду и… если мы хоть как-то в состоянии помочь… Нет, ты как хочешь, а я остаюсь здесь.
— Браво, Гошка! — рявкнул Рамсей.
— Тебя, Гоша, никто не спрашивает, — тихо, но очень внятно произнес Роман, и упрямая вертикальная морщинка прорезала его чистый лоб. — Будет так, как решу я. Еще раз повторяю: у меня приказ, и я, как солдат, намерен этот приказ выполнить, чего бы мне это ни стоило. Ты меня хорошо понял?
— Ах так!.. — Гошка вскочил на ноги. — Ты…
Но он не успел сказать Роману Березе тех обидных слов, о которых наверняка пожалел бы впоследствии, — в конфликт опять вмешался Лес.
— Тихо!! — гаркнул он так, что посуда на столе ощутимо звякнула.
Присутствующие невольно притихли.
— Досточтимый эльф, — обратился леший к Илувару, — я позволю себе напомнить вам, что наши гости не осведомлены о некоторых э-э… специфических свойствах Окон, через которые можно попасть в наш мир и, соответственно, обратно. Если мне будет позволено, то я объясню.
— Да, — кивнул Илувар. — По-видимому, мне сегодня только и дел, что извиняться. Проклятая усталость! Я и забыл.
— Ничего, — успокоил его Лес, — с каждым может случиться. Дело в том, уважаемый товарищ младший сержант, что вы не можете прямо сейчас вернуться к себе на Землю-один. По весьма объективным причинам. Вам просто не удастся пройти сквозь Окно.
— Поясните, — хмуро воззрился на лешего Береза.
— Все очень просто. Окна устроены особым образом. Если кто-то сквозь них прошел в ту или иную сторону, то они намертво закрываются (правда, не сразу) и некоторое время не действуют.
— И как долго?
— По-разному. Мы так и не смогли установить зависимость, по которой это происходит. Минимальное время — неделя. Максимальное… Как-то одно из Окон оставалось закрытым целый год, и мы уже было испугались, что оно закрылось насовсем, но, слава Великому Мастеру, обошлось.
— Хм-м… — откинулся на резную спинку стула Роман. — Я вам верю, и, разумеется, данное обстоятельство меняет дело, но не совсем. Насколько я понимаю, предстоит жестокая драка, в которой могут быть и убитые, и раненые. Мне, знаете ли, совсем не улыбается доставлять домой раненых детей. А уж убитых — тем более.
— А о себе вы не беспокоитесь, Роман? — пропела вила Равина, окидывая сержанта долгим и томным взглядом.
— Я солдат, — насупился Береза и с ужасом почувствовал, что краснеет.
— Я, конечно, тут самый младший, — вмешался вдруг Рамсей, — но мне кажется, что у наших гостей слишком мало информации для того, чтобы принимать решения. Да, нам действительно может понадобиться их помощь хотя бы потому, что они люди, а люди, как известно, гораздо опытнее нас по части войн. Но, досточтимый Илувар, они же просто-напросто НЕ ЗНАЮТ, что здесь у нас происходит! По-моему, им нужно рассказать все с самого начала, хотя бы вкратце, а уж потом… — и гном выжидательно умолк.
— Ну что ж, — в задумчивости потер острый подбородок Илувар, — наверное, Рамсей прав. Если вы не устали, то я готов поведать вам историю нашего мира.
Гошка с Шурой тут же горячо заверили эльфа, что готовы слушать хоть всю ночь, а Роман сдержанно кивнул головой, хотя по его заблестевшим глазам было заметно, что он тоже сильно заинтригован.
— Это случилось, — начал Илувар своим глубоким звучным голосом, — около тысячи лет назад…
Маленький Народец жил тогда на Земле-один рядом с людьми, и всем хватало места, потому что людей на Земле было еще очень мало (по сравнению с нынешними временами, конечно).
Но эльфы, гномы, лешие, домовые, гоблины, русалки, вилы и многие-многие иные представители Маленького Народца все-таки старались как можно реже попадаться на глаза людям, так как те шли своей дорогой, а Маленький Народец — своей.
Когда-то, много тысячелетий тому назад, все было иначе.
Люди и Маленький Народец не только не избегали друг друга, но даже наоборот — жили вместе и вместе преодолевали большие и малые трудности, которые то и дело вставали на их пути.
Люди тогда думали и чувствовали так же, как думал и чувствовал Маленький Народец.
Они прекрасно осознавали (не только разумом, но и сердцем), что их планета Земля (да-да, им прекрасно было известно, что Земля — планета и она имеет форму шара) является таким же живым существом, как и они сами, а следовательно, понимали, что все живое, находящееся на Земле, имеет право на жизнь, хотя и может эту самую жизнь потерять в естественной борьбе за существование.
Человек, отбирая жизнь у животного, приносил ему свои извинения, просил прощения у животного за то, что пришлось его убить, чтобы прокормить семью. То же самое относилось и к рыбе, и к дереву. И никогда в те времена человек не убивал просто так, ради сомнительного удовольствия или легкомысленной прихоти, — кроме, разумеется, себе подобных…
Но в какой-то момент у людей изменилось отношение к окружающему их миру.
Они решили, что гораздо проще не учиться понимать и любить природу, а завоевать и подчинить ее себе и на завоеванном месте построить свой собственный мир и создать свою собственную уродливую природу.
Почему это случилось?
Это особая история, и у Маленького Народца есть свои соображения на сей счет, но теперь не время и не место их приводить.
Главное заключается в том, что это случилось и продолжается по сю пору.
Поначалу Маленький Народец пытался образумить людей, вернуть их на прежний, правильный путь, но люди стали упрямы и озлоблены. Их самомнению и самодовольству не было предела! Они и раньше-то не особенно гнушались убийством, воюя друг с другом ради хороших охотничьих угодий, ради женщин и прочих, по мнению Маленького Народца, пустяков, но с некоторых пор люди стали воевать и с Маленьким Народцем!
Поначалу люди просто отделились и перестали общаться с ним. Затем стали сгонять Маленький Народец с уютных насиженных мест, а когда некоторые из наиболее настойчивых представителей Маленького Народца попытались восстановить прежние отношения, их убили…
Маленький Народец тоже имеет свою гордость.
Не хотите — не надо.
Эльфы и гномы, тролли и гоблины, лешие и русалки и многие-многие другие как бы растворились в обширных лесах, покрывавших тогда всю Землю, исчезли в ее буйнотравных степях и саваннах, спрятались высоко в горах и недрах гор, нырнули под воду, улетели за облака.
Их было мало — людей и существ, составляющих Маленький Народец. Их было очень мало тогда, и Земля казалась громадной и нескончаемой.
И вот постепенно, с течением лет, в людской памяти стали стираться, таять воспоминания о Маленьком Народце. Люди были слишком заняты своими делами по завоеванию природы и уничтожению друг друга, чтобы крепко хранить память о нем. То есть они, конечно, помнили, но память эта перешла в область преданий, легенд, песен и обрядов.
А тут еще и религия внесла свою лепту.
Когда люди верили во множество богов, населяющих небо, леса, землю и воду, им было проще принять существование рядом с ними Маленького Народца или хотя бы верить в возможность такого существования.
Но со временем многие стали верить, что бог — один, а те, кто якобы посвятил себя служению этому самому богу, ополчились на Маленький Народец, который, если уж быть честным до конца, обитал на Земле задолго до появления на ней первого человека. Причины такого поведения священнослужителей понятны: им хотелось самолично обладать властью над людскими душами и разумом, конкуренции они не терпели.
