Я, воспользовавшись замешательством Дафнии, резко поднялся, зацепил её за руку и потянул к себе, понимая, что то место, где она только что сидела, уже безнадёжно промокло.
– Ай, – тихонько выразила недовольство прелестница, даже не пытаясь сопротивляться. – Ты же не хотел…
– А ты решила слепой прикинуться? – ответил вопросом я, показывая на восставший из мёртвых член. – Приказываю ублажить!
По-хозяйски подмял фею под себя, без зазрения совести запуская пальцы в её влажную, пахнущую мёдом киску. Одной рукой держа фею за запястья, чтобы она не могла сопротивляться, рьяно орудовал двумя пальцами, заставляя громко стонать.
Кончив в третий раз и изрядно вымочив постель под нами, Дафния запросила о пощаде. Я довольно ухмыльнулся, выбрал сухое местечко и завалился, притягивая к себе прелестницу. Она уселась верхом, повернулась ко мне спиной и заскользила по члену. Обидок только не хватало. Взял феечку за плечо, заставляя развернуться на сто восемьдесят градусов.
– Не смей прятать от меня такую красотищу, – строго сказал я, положив руки на её сочную, упругую грудь.
Тёмные, твёрдые соски идеально симметричной и относительно большой для комплекции феечки груди было приятно ощущать в своей власти.
Я не понукал Дафнию: она сама задавала ритм. Сначала медленно, потом чуть быстрее, прелестница двигалась на мне, обдавая жаром, влагой и непристойными стонами.
Я остался верен себе: так и не стал продлевать секс, ограничившись базовыми данными. В предчувствии пика удовольствия, оставил одну руку на груди, а второй отыскал клитор, заставляя Дафнию закусывать губы, чтобы не кричать слишком громко.
Мы кончили вместе. Смущённая отчего-то фея на некоторое время оставалась сидеть на члене, рефлексируя. Затем, сорвавшись, улетела, а я повернулся на бок и практически моментально уснул.
Глава 19
Глава 19
– Штрих, просыпайся! – обеспокоенный голосок и толчки Дафнии выдернули меня из сладких объятий утреннего сна.
Разлепил глаза. Предутренние сумерки слегка освещали нашу комнату.
– Что стряслось? – напряжённый взгляд феи в окно заставил очнуться и понять, что будит она меня не по придури, а по серьёзному поводу.
– Погань уже идёт, – указывая пальцем в сторону степи ответила Дафния.
– Лети за Роном и Антеей, – приказал я, всматриваясь в еле видимое облачко пыли.
Только и успел выйти, на ходу разминая тело после сна. Вгляделся в даль, в тщетной попытке распознать в надвигающейся пылевой волне отдельные фигуры для идентификации.
Справа послышался шум треска коры. Обернулся. Рон бежал на четвереньках, цепляясь когтями и растягиваясь в пролётах. Рыцарь передвигался как дикий кот, по голому стволу, параллельно земле. Сейчас двуручник в прилаженных ножнах на спине выглядел больше самого Гая. Смотрелся этот бег зрелищно. Но только если Рон соратник, будь я по другую сторону баррикад, наверное, так бы не восхищался.
Последние метров пять до ветви, на которой я устроился для наблюдения за гостями, рыцарь преодолел как белка-летяга, оттолкнувшись от ствола Древа. Приземлившись, Гай выпрямился, картинно тряхнул гривой белых, с зеленцой, волос и встал рядом. Благо, ширина ветки метра в три позволяла.
– Двадцать шесть всадников, – ровным голосом поделился разведданными рыцарь.
– Уверен? – удивившись дальнозоркости соратника, переспросил я.
– Проверишь когда придут, – довольный своим превосходством, ответил Гай.
– Ну уж нет, сейчас и проверю твои навыки дальнозоркости, – возразил, запуская Меднокрыла в разведку.
Ворон, материализовавшись на левом плече, сорвался в полёт, обдавая ветром. Не больше чем за полминуты птица закружилась над надвигающимся отрядом. Пришлось признать:
– Двадцать шесть всадников, – сказал я, сознательно делая паузу.
– А ты сомневался, – ответил Рон и расправил плечи.
– Мечники и ковбои, по тринадцать единиц, – добавил я, наблюдая за реакцией рыцаря.
– А что с питомцами? Антея сказала, что ты вчера весь остаток дня осваивал профессию мясника.
Я поморщился, вспоминая процесс. Отвратительный ритуал запомнился на всю жизнь.
– Пойдём вниз. Крота с волчонком призывать здесь смысла нет.
Гай кивнул и мы быстро спустились к земле. И всё же на твёрдой почве я чувствовал себя увереннее.
Ворон вернулся, устроившись на плече, с интересом озираясь.
– Ну, Меднокрыла ты уже видел. – Птица расправила крылья и сделала реверанс, поклонившись, вызвав на лице Рона улыбку. – В полёте подсекает крылом, может пронзать. – Ворон без моей на то указки, пощёлкал клювом, издавая металлический звук.
В интерфейсе гордой птицы значились следующие характеристики:
«Ворон-Меднокрыл, уровень 3
Здоровье: 63ед.
Призыв: 28 ед. маны
Урон: 20-39ед.
Таранный удар клювом: 20-179ед. зависит от скорости (на каждые 5м/с +35ед. урона)
Режущий удар крыла: 20-159ед. зависит от скорости (на каждые 5м/с +30ед. урона)
Скорость полёта: 20 м/с»
Крот материализовался возле ноги, перевернулся на спинку и поскрёб пузо. Это выглядело бы мило, не будь зверюга в длину сантиметров шестьдесят, размером уже с упитанного поросёнка.
– А ты его неплохо подрастил! – любуясь кротом, отозвался Гай.
Ещё бы. Каждое вновь убиенное животное того же вида приносило опыт уже имеющемуся существу. После принесения в жертву второго крота, пет поднялся на уровень выше. Ещё плюс два – уже третий уровень.
«Крот-мухоед, уровень 3
Здоровье: 70 ед.
Призыв: 22 ед. маны
Урон от когтей: 50-110ед., вероятность нанесения критического урона в 2.5х – 18%
Урон таранного удара: 21-71ед., зависит от скорости (на каждые 5м/с +50ед. урона)
Скорость передвижения:
– Под землёй: 8 м/с
– На поверхности: 3 м/с».
– Да, теперь он роет в разы быстрее. Думаю, его бы надо отправить траншеи копать.
– Не успеем, – ответил Гай, – Но и без траншей он прекрасно справится. Спешить погань, чтобы та далеко не ускакала.
Волк проявился и вышел у меня из-за спины. Рыцарь благоговейно погладил по загривку чешуйчатой брони неподвижно-горделивого волчонка. Зверюга даже ухом не повела, полностью игнорируя прикосновения Гая.
– Такая же как моя, – покрываясь бронёй, произнёс соратник. – Это воин передовой.
Да, из всех петов Кусь был имбой, как мне казалось. Но бой проявит слабые и сильные стороны питомцев.
«Волчонок Кусь, уровень 2
Здоровье: 120ед.
Призыв: 40 ед. маны
Урон: 120-180ед.
Броня: 700ед.
Скорость: 25м/с».
Частично, как мог, расписал статы петов Рону.
– Как думаешь бой завязать? – спросил Гай, как бы уступая мне первенство.
Я окинул пристальным взглядом рыцаря и ответил:
– С моей стороны было бы очень глупо не спросить мнения наиболее опытного воина.
Гай расцвёл, по всей видимости, я последней репликой почесал его эго массивными граблями.
– Предлагаю подпустить погань к Древу и ударить волком в лоб. Перед этим я засяду вон там. – Рон указал на кусты справа, метрах в ста пятидесяти от нас. – Когда клыкастый сцепится, я нападу с фланга. А ты тем временем будешь наседать с противоположной стороны кротом и Меднокрылом. И лучше бы тебе делать это не слезая с Древа. У тебя нет защиты от шального болта. А уж тем более от прямого попадания.
Я был солидарен с Роном. Сейчас вступать в бой было как-то не с руки, чего уж говорить о безопасности. Наибольшую пользу отряду я принесу, управляя петами. Птичка позволяла управлять собой напрямую и видеть её глазами, дополняя обзор отдельным масштабируемым окном. Попробую использовать ворона вместо своего меча с уроном 90-120. Птица будет выбивать в среднем ту же сотку, в то время как в рукопашной мне придётся находиться в опасной близости к противнику.
На этом моменте меня посетило чёткое понимание неправильности происходящего.
– Послушай, друг-грифон. А ведь этот меч способен выбить из врага Семя Жизни. Вероятность мала, но не настолько, чтобы ею пренебрегать.
