– Нет. Я желаю найти четырех юношей, которые ворвались к вам минутой ранее, – сухо ответил Эриас.
– М-м. В этот дом ежесекундно заходят новые люди и покидают его. Если ваши товарищи прошли через эти двери, вы уверены, что их надо забрать? – Хозяйка растянула губы в сладкой улыбке и приложила мундштук к губам.
– Уверен. Они не собирались сюда идти, это вышло случайно.
– Очень жаль, – она усмехнулась, выдыхая душистый дым. – Опишите ваших спутников, возможно, я смогу подсказать, куда они пошли.
– Один из них светловолосый с серыми глазами, примерно вот такого роста, – сказал Эриас и поднял руку на уровне немного ниже собственной макушки, показывая Абрама. – Второй с черными волосами, короткой стрижкой и мягкими чертами лица. У третьего длинные золотые волосы, собранные в хвост и повязанные серебряной лентой. Телосложением похож на изнеженного юношу, вероятно, ворвался в паре с беловолосым ублюдком в черных одеждах.
– А-ах… последних я видала, а вот остальных, наверно, девочки перехватили раньше, чем пришла я. Можете пройти в правое крыло, ваш златовласый и его партнер там.
– Спасибо. – Эриас сделал шаг в сторону. – И он ему не партнер.
Хозяйка улыбнулась и указала мундштуком на стража.
– Тогда кто его партнер? Ты? – ее тон перестал быть вежливым и стал похож на насмешливый.
У Эриаса вытянулось лицо от возмущения. Он отошел от прокуренной женщины и устремился в указанном направлении, желая как можно скорее вызволить почти женатого друга из коварной западни.
Беспардонно заглядывая во все комнаты, открытые и закрытые, Эриас неумолимо продвигался по коридору, попутно отмахиваясь от полуголых девиц, как от назойливых мух. Обилие сладких ароматов кружило голову, отчего через пять минут поисков ему стало дурно. Он вынужденно остановился и выглянул в распахнутое окно.
– Де-е-евочки, вы такие красавицы, – услышал страж веселый голос Абрама.
Эриас позабыл о накатившей дурноте, не успев даже отдышаться, и рванул к источнику звука. Заглянув в одну комнату и не найдя там товарища, он открыл дверь в соседнюю и наконец-то угадал.
Абрам развалился на широкой софе. Обеими руками он обнимал девушек, прижимавшихся к его бокам, а третья стояла перед ним на коленях. Сетх сопел неподалеку, сидя на напольных подушках. Его голова лежала на сложенных на столике руках, а одежды были плотно запахнуты.
Эриас облегченно выдохнул. Хоть один друг до блудных дел не опустился.
– О-о… какие люди, – протянул Абрам, не стесняясь того, что товарищ появился в самый интимный момент. – Присоединишься?
Эриас на секунду оторопел. Он даже не знал, куда деть глаза. Девушки были обнажены по пояс и терлись об Абрама своими прелестями, пока умелый рот их подружки ублажал его. Конечно, Эриас знал, что друг развратен, но не думал, что ему когда-то придется лицезреть этот кошмар своими глазами.
– Ты видел Люциана? – спросил страж, прикрыв глаза ладонью. Иного способа не смотреть не придумал.
– Да, они с Морионом дальше по коридору, – мурлыча, отозвался Абрам. Затем чуть всполошился и добавил: – Вообще-то их девочки даже хуже моих! Так что, если ты собираешься повеселиться, как хороший друг рекомендую остаться здесь.
– Никто здесь не останется, – рыкнул Эриас и мысленно пронзил товарища мечом. – Я заберу Люция и приду за тобой, ясно? Будь здесь.
– Да куда я денусь? Не могу же я прервать да-аму-у…
Эриас скривился.
– Как у тебя вообще стоит, пока ты разговариваешь со мной?
– О-о, мой невинный друг, когда распробуешь любовь, все поймешь. – Абрам рассмеялся.
Эриас вышел из комнаты, яростно захлопнув за собой дверь.
Глава 19. Беловолосый злодей утащил моего владыку. Часть вторая
Эриас очень переживал за Люциана: он был единственным островком спокойствия, кем-то большим, чем просто его подопечный. Близ него Эриас чувствовал безопасность, причастность и единение – эти чувства делали его счастливым, и они же заставляли страдать. А все потому, что Люциан любил находить проблемы на свою голову. Ему не сиделось в кольце серых стен, где нужно смирно раздавать приказы, – он обязательно должен был перепрыгнуть их и пуститься в опасное путешествие, которое однажды доведет Эриаса до сердечного приступа.
В юности Эриас так не беспокоился за друга. Причина связана не с тем, что он тогда не имел статус защитника, а с тем, что Люциан раньше был другим. До восемнадцати лет, пребывая под крылом родителей, он рос послушным мальчиком и вел себя весьма предсказуемо. Он почти не покидал клан, а если и выбирался, то только в сопровождении отряда заклинателей. Казалось, с ним никогда не должно было возникнуть проблем, но после потери семьи и восхождения на трон все изменилось. Люциан за считаные дни возмужал, а его нынешние доброта, всепонимание и терпение перестали идти от сердца. Они обратились в моральные устои и принципы, с которыми трудно спорить. Эриасу пришлось защищать не одомашненного щенка, который слушался его и смирно шагал возле ноги, – а щенка, что носился по двору, снова и снова застревая в кустах шиповника, и с радостью следовал за такими опасными личностями, как Морион.
Эриасу не нравился этот бессмертный, не нравилось то, что он прицепился к Люциану, словно репей. Он скрывал мрачные тайны. Морион был темным магом, но за почти две недели страж ни разу не видел, чтобы тот использовал силу. Даже то, что он пролетел весь путь на мече, никак не демонстрировало его связь с божественным оружием. Когда Люциан использовал кнут, все окружающие чувствовали нить, связывавшую вещь и хозяина, но меч Мориона отличался. Он будто жил своей жизнью, и отношения с заклинателем у него складывались скорее дружеские и партнерские, но никак не хозяин/подчиненный. Возможно, то была особенность самого клинка или контакта темного мага с оружием из света, а может быть, Морион мастерски скрывал свою магию. Или был вовсе не тем, кем представлялся. В любом случае он был скрытным и представлял прямую угрозу Люциану. Эриас нутром чуял, что рядом с ним хорошего ждать не стоит.
Прежде чем он нашел Люция, ему пришлось заглянуть в три комнаты: в одной из них его пригласили присоединиться, а из двух других со стонами выперли. Подойдя к четвертой, Эриас уже был донельзя взбешен ситуацией. Ему казалось, что если Люциана внутри не окажется, то он кого-нибудь прикончит. На счастье, владыка Луны отыскался в последний момент.
Переступив порог, Эриас попал в просторную комнату. Все здесь выглядело красивым: дорогие росписи на стенах, мягкие ковры, широкое ложе и две софы. Чайный столик заполняли разные яства, а в центре комнаты расположились две девушки в полупрозрачных платьях. Одна из них играла на цитре, а вторая танцевала – да так красиво, что любой засмотрелся бы.
Морион сидел на софе, не обращая никакого внимания на девушек. Люциан, положив голову ему на колени, тихо посапывал, словно спал в родной постели. Бессмертный задумчиво смотрел на него, как будто пытался найти ответ на какой-то извечный вопрос. Он медленно накручивал на изящный указательный палец конец серебряной ленты, запрятанной в чужих волосах. Воздух отяжелел, несмотря на присутствие нежных дев, которые не могли не радовать взоры.
– Ты… ублюдок! – прошипел Эриас, закрывая за собой дверь.
– Тш-ш… – Морион даже не взглянул на вошедшего, как и девушки, которые продолжили играть и танцевать. – Ты ведь не хочешь разбудить своего владыку?
– Что ты с ним сделал? – скрипнув зубами, тихо спросил Эриас.
– Ничего. Как только мы оказались здесь, я уложил его спать. – Морион поднял глаза. – А ты о чем подумал?
– О чем угодно, – фыркнул страж. – Вы оба пьяны до беспамятства. Ты слишком непредсказуем, а он – слишком податлив. И если ты не знал, Люциан почти женат!
