Тем же вечером Катая приступила к работе. Ее нарядили в недлинное платье с пушистой юбкой, довольно открытое сверху. Уже к полуночи гости кабака валялись пьяными. Те же, что хранили способность двигаться, начали приставать ко всем официанткам без разбора. Катае удавалось изворачиваться и молча терпеть все возможные похлопывания и пощипывания. Пахабные реплики в свой адрес умело пропускала мимо ушей. Слишком сильно алые волосы привлекают внимание.
В течение всей недели Катая видела только задымленный кабак и собственную кровать. Спать возвращалась к утру, но и на работу раньше двенадцать не ждали. Уже на второй день работы другие девушки научили Катаю выкручиваться из пьяных рук и даже отшучиваться на всякие колкости. Точно так же, как ходить с подносом среди бушующих посетителей. Все негативные эмоции Катая старательно прятала за маской улыбки и считала дни, когда сможет вернуть долг торговой палате.
За все время работы Катая так и не увидела Шайона. Разумно предположила, что знаться с ней воскресший чемпион не желает и проклинает сам факт подписанного договора. Быть может когда-то давно к бродягам было иное отношение? Гораздо худшее, чем сейчас?
К собственному огорчению на первую игру Лиги Катая попасть не смогла из-за работы. Увидеть саму игру и способности Шайона очень хотелось. Но браслет на ноге быстро отогнал эти мысли прочь. Холодный металл без конца твердил, что лучше пропустить одну игру, чем попасть в рабство для отработки долга. Этого позора на алую голову только и не хватает. Но если посмотреть с другой стороны, то после исполнения договора Катае не жить. Поэтому не все ли равно, что произойдет до того? Странно, но даже при таком раскладе ей не все равно.
* * *
От очередных шаловливых рук Катая отступила назад, одновременно с тем пытаясь удержать поднос с посудой. Со спины чьи-то сильные руки удержали за талию от возможного падения.
-Спасибо.
Дальнейшие слова застыли на губах. Хватило обернуться, чтобы понять, кто стоит рядом. Но откуда Шайон здесь? В обычной таверне на окраине города? Чувство волнения и неловкости подступили одновременно. Чтобы не показывать эмоций от происходящего, Катая ушла к столикам на другой конец дымного зала. И все-таки не дает покоя мысль, что Шайон где-то здесь. Если быть честной, то Катая не хотела, чтобы он видел ее в таком месте и в такой роли. Тем не менее продолжала наигранно улыбаться гостям заведения.
Завтра последний день унижения и долгожданная свобода.
Ближе к утру очередной пьянчуга вновь попытался облапать Катаю, привлеченный длинными алыми волосами. Опасения уронить поднос и разбить посуду не позволили отделаться от клиента достаточно быстро и эффективно, так что пришлось терпеть его приставания некоторое время, скрепя зубами.
Спасение пришло оттуда, откуда не ждала вовсе. Катая отреагировать не успела, как пьяницу оторвали от нее, а затем врезали по лицу с такой силой, что бедолага отлетел в сторону с веером выбитых зубов. Да таким ударом убить можно! Шокированная происходящим Катая подняла глаза к стоящему в метре парню. Ничего говорить Шайон не стал. Ухватил девушку за руку и потащил за собой к выходу. Поскольку Катая интуитивно упиралась, некоторые посетители пытались помочь. В итоге еще трое мужчин оказались с разбитыми лицами и сломанными руками, пока не поняли, что лучше будет не вмешиваться. Незнакомка не стоит того, чтобы расстаться с жизнью по неосторожности.
-Отпусти! – Катая тщетно пыталась вырваться из крепкой хватки, но ничего не получалось, - Что на тебя нашло?? Отпусти!
Слушать ее хотели так же сильно, как и отпускать. Редкие прохожие смотрели на двоих с непониманием. Еще бы они смотрели как-то иначе. Парень куда-то тащит девчонку, одетую в кроткое платье, но с удивительным цветом длинных волос до ягодиц. Последняя упирается всеми руками и ногами, но вырваться не может. Помогать никто не спешил, как и вмешиваться вовсе. Достаточно уже того, что девушка знает того, на кого ругается в полный голос. Да и на помощь не зовет.
В гостинице на двоих также обратили внимание, но делать ничего не стали. Лишь за дверью в комнате Шайон отпустил Катаю. Запястье до сих пор болит от сильных рук парня. Последнего это обстоятельство не волновало. Он молча стоял в двух шагах и не сводил с нее глаз. Когда же взгляд темных глаз скользнул к лодыжке с браслетом на стройной ноге, Катая почувствовала себя неловко и отвернулась.
-Мне надо вернуться, - упрямо произнесла Катая.
Уши непривычно горят огнем. Почему?! Она не сделала ничего дурного, ничего плохого. Всего лишь пыталась заработать денег, чтобы отдать долг. Тем более, что парень в нескольких шагах был для нее никем. Как и она для него. Тогда откуда взялось это ощущение неловкости?
-Зачем? – Шайон неподвижно стоял на месте.
-Я там работаю.
На этот раз тишина висела чуть дольше, пока каждый думал о своем.
-Почему не сказала, что тебе нужны деньги?
-Для того, кто учит язык, ты слишком хорошо изъясняешься, - пробормотала Катая.
Разве она могла сказать, что ей нужны деньги? Они из воздуха не появятся все равно.
-Я не говорил, что не знаю его, - от удивления Катая обернулась, с непониманием глядя на парня.
-То есть ты… знаешь? Тогда зачем дурачился столько времени?
-Не мог вспомнить сам, - Шайон не сводил с нее пристального взгляда, так что в конце концов Катая снова отвернулась, - Я ответил на вопрос. Теперь твоя очередь.
-Это не сыграло бы никакой роли, - нашла в себе силы отозваться Катая, - Деньги все равно были нужны на участие в Лиге. Так же, как нормальная одежда для тебя и ночлег.
-Зуама, - донеслось бормотание. Опять ругается на своем языке, - Тебе было достаточно сказать, что они нужны, и я бы достал их.
Отвечать ничего Катая не стала, продолжая стоять молча. Сказать ему о том презрении, что было в его отношении к ней в их последнюю встречу? И как она могла в той ситуации сказать, что у нее проблемы с деньгами, а на его участие в Лиге их нет вовсе? Глупость. Все свои проблемы она всегда решала сама. И полагаться на того, кто через полтора года убьет ее, казалось слишком невероятным.
-Что такое «зуама»? – нарушила тишину Катая.
-Почти тоже самое, что дура.
Чего она ожидала? Так и думала, что слово негативное, да еще и ругательное. Ничего другого в свой адрес и не ждала. Дальнейший разговор зашел в тупик, а значит надо вернуться в кабак дорабатывать смену. Катая направилась к входным дверям. Рабские браслеты надевать завтра из-за недоработанных двух дней, даже одного, не хочется совсем.
-Ты нарушаешь условия договора.
На пороге Катая замерла и обернулась. Она нарушает условия договора? В памяти всплыли все записи Эллио о ритуале. И все эти воспоминания упорно твердят, что никаких условий, кроме ее смерти, там не значится.
-Тебе неприятно мое общество, - Катая пошла другим путем, - Какими бы не были условия договора, не думаю, что моя работа идет вразрез с ними. Поэтому я возвращаюсь.
-Это не так, - Шайон подошел ближе. Он оперся спиной о дверь, преграждая путь к отступлению, - Я был удивлен и не больше. А вспыльчивый характер – это мой большой минус. Сегодня днем я оплатил твой долг. Поэтому не вижу причин возвращаться обратно. Если ты не испытываешь радости от того, что тебя лапают.
-Еще скажи, что тебя это волнует.
-Волнует. Я не знал, что бродяга может заключить подобный договор со мной. Поэтому был шокирован, - Шайон и не думал выпускать девушку. Та и вправду запуталась: если ей не надо было возвращать долг, то что делать дальше? – Откуда узнала про договор с чемпионом?
-Один хороший человек рассказал. Дал книгу с записями и сказал, что ты исполнишь мое желание в обмен на жизнь, - Катая не смотрела на него, избегая смотреть в глаза как можно дольше, - Я не собираюсь обманывать или убегать, когда исполнишь желание.
-Я не маленький мальчик, поймать тебя не составит труда, - негромко откликнулся Шайон, - Что еще ты знаешь о договоре?
