Я кивнул. Наверняка чароплёты тоже видят способности того или иного человека, и, возможно, усатый даже не догадывается, насколько ему необходимо усердно тренироваться и оттачивать боевые навыки. Селеста мягким голосом подбодрила стражника:
– Думаю, Гильдии виднее. Маги зрят в суть, хотя, иногда, могут и ошибаться.
– Правду говоришь, красавица, – вздохнул усатый. – А вообще, наши чаровники отличные ребята. Они день и ночь работают, чтобы город рос. Например, младшие адепты три раза в неделю ходят к больным, врачуют. Они уже наверняка знают, что Дети Древа посетили Алесун. Когда вернётся Нельзинбер, вам наверняка будет назначена аудиенция.
– У вас прямо идиллия, – не удержался от комментария я.
Нет, ну серьёзно. То, над чем бились поколения политиков моего мира, достиг некий сферический конь в вакууме: городок Алесун на карте Гондваны. Короля любят, магов уважают и чтят, стражники не какие-то псы озлобленные, а вполне нормальные ребята. Сказка да и только.
Усатый иронию не уловил, ответил со всей серьёзностью:
– У нас под боком враги, и если мы будем между собой грызться, ни к чему хорошему это не приведёт. Нельзинбер хороший правитель и в советниках у него сидят далеко не дураки. Однако, и Алесун не так хорош, как хотелось бы: проблемы есть и у нас.
Рядом с нами проскользнул силуэт хрупкой девушки, облачённый в ослепительно-белые одежды. На фоне серо-коричневого города её фигура сияла, и я просто не смог не обратить внимания. Милашка гордо прошествовала рядом с нами: холодные, будто две льдинки, глаза, смотрели куда-то вдаль.
– Покорная, – таясь, произнёс другой стражник, Тоба. Я-то думал, он вообще не умеет говорить.
– А кто они? – Селеста с лёгкой завистью и нескрываемым интересом проводила девушку взглядом.
Я тоже чуть ли не сгорал от желания выяснить подробности. Система наотрез отказалась как-либо идентифицировать Покорную. Совсем. Если над головой у всех остальных мелькали стандартные показатели Имя-Класс-Уровень-Здоровье, то данного персонажа будто и вовсе нет.
– Вечером расскажу за кружкой пива, – полушёпотом пообещал усатый. – История длинная и полна небылиц.
Селеста фыркнула, показывая неудовлетворённое любопытство, а я перевёл разговор в другое русло:
– Рынок далеко отсюда?
– Выйдете на главную и по прямой к замковым стенам. Всё что вокруг них и есть рынок, – ответил Дирик. Вспомнил, как Рон говорил, что в основном торговцы концентрируются ближе к обители короля. – Вы сегодня ещё на рынок хотите успеть?
– Думаю да. Надо бы договориться на массовый сбыт и не морочить себе голову, – ответил я. – К нам скоро нежить в гости пожалует, поэтому и спешим.
– Только две сотни яблок нам оставьте, – напомнил Дирик, и, дождавшись моего одобрительного кивка, продолжил: – Стало быть, вы у нас не задержитесь.
– Ночевать сегодня мы будем у Фоки, ну а завтра хотелось бы отправиться в обратный путь.
Мы с сопровождением как раз дошли до конечного, тупикового дома, где на вывеске не было ни единой буквы, лишь мрачный силуэт летящей птицы, покрытый налётом пыли.
Усатый толкнул дверь, и мы вошли в прохладный полумрак таверны. Глаза почти сразу привыкли к менее сильному освещению: перед нами открылся пустой зал, где в углу, усиленно работая ложками, угрюмо сидели два амбала, не обратившие на нас никакого внимания. Цурул остался снаружи, служа живым уличным декором.
Дирик с Тобой уверенно последовали к стойке, за которой обитал щуплый паренёк лет четырнадцати.Широко улыбаясь нам, он протирал огромные керамические кружки, заставляя их блестеть, отражая пламя свечей.
«Кавир, человек, уровень 2
Здоровье 20/20»
– Приветствую, – сказал он. – Многоуважаемые Дирик, Тоба, вы сегодня рано.
Усатый поздоровался с парнем, и, переходя сразу к делу, спросил:
– Нашим друзьям бы комнату получше. До завтрашнего утра, – озвучил Дирик. – И поприличнее.
– Конечно. Всё будет, – ответил парнишка. – Не подождёте ли пару минут за кружкой ягодного взвара, пока горничная постелит бельё?
Усатый отдал Кавиру пригоршню медяшек.
– Их покормишь, а нам с Тобой на службу пора.
Монеты быстро перекочевали из рук стражника в карман парня и тот, подхватив две кружки, скрылся за занавеской.
– Дирик, я конечно благодарен, но… – начал было возражать я против халявы.
Стражник замахал руками:
– Главное оставь нам две сотни плодов. А большего и не нужно.
В голову закралось нехорошее подозрение, что плоды на самом деле стоят в несколько раз дороже. Но две корзины это далеко не весь товар, для учтивых стражников не жалко хотя бы в компенсацию за нормальное человеческое отношение. Переглянулись с Селестой: кажется, наши мнения сошлись.
Тоба и Дирик попрощались и заспешили обратно на службу, оставив нас вдвоём скучать за барной стойкой в ожидании обещанного ягодного взвара.
– Проголодалась? – поинтересовался я у Селесты. Вой её живота не остался без внимания.
– Конечно, – подтвердила шаманка. – Ты ведь со своими шуточками ни умыться не дал, ни позавтракать.
– Больше так не буду, – заверил я её. И действительно, поступил я не очень хорошо, поддавшись дурному утреннему порыву.
Вернулся Кавир, держа в руках две парующие чашки и проинформировал:
– Комната будет готова с минуты на минуту. Завтракать будете? – я кивнул.
– Га-га-га, – раздался снаружи истерический крик цурула. Видимо, пет услышал, как кто-то обсуждает съестное.
Кажется, я совсем позабыл о птице. С другой стороны, не развоплощать же его у всех на глазах? Да и до рынка на нём добираться гораздо быстрее чем пешком.
– Цурула в стойло завести? – не поведя бровью, поинтересовался Кавир.
– Попить ему дай, пожалуйста,– попросила Селеста. – Мы, наверное, позавтракаем и по делам поедем, – она вопросительно на меня посмотрела, как бы удостоверяясь, что наш план изменений не претерпел.
Спустя ещё пару минут нам подали завтрак. Пышный омлет на большой тарелке выглядел аппетитно, но на вкус напоминал воздушный картон. Без соли и сахара, каких-либо посторонних запахов… Ни о чём. Мы с Селестой переглянулись. И Гай Рон называл это приличной кухней? Впрочем, шаманка, насилу проглотив кусок пышной яичницы, продолжила трапезу как ни в чём не бывало. Мне же перспектива проголодаться на рынке казалась не такой уж плохой: возможно там кормят получше.
После нам принесли печенье. Я выдохнул, а зря. Похоже, едва сладкие кругляши сушёного теста валялись в таверне с прошлого года. Шаманке, впрочем, это не помешало умять и их, запиваянесуразный кулинарный шедевр таким же пресным ягодным взваром: слегка розовым, кисловатым в котором одиноко плавали несколько ягод. В общем, о кухне таверны у меня остались странные впечатления.
Поднявшись в комнату, я осведомился у шаманки: не показалось ли, что еда в «Полёте Буревестника» – полнейшая гадость?
– А ты и вправду думал, что с плодами Древа может сравниться хоть что-нибудь?
– Я был уверен, что нормально приготовить омлет или печенье сможет даже ребёнок.
– Оно и приготовлено нормально. Я бы даже сказала, что из свежих продуктов, – пожала плечами девушка. – Ты можешь и яблоками питаться, никто не запрещает. По сравнению с ними обычная еда, конечно, в разы проигрывает.
Я хотел возразить, ведь Хильда меня кормила вполне сносно. Даже вкусно, но вовремя прикусил язык, Селесте вовсе необязательно знать о ведьме, что живёт за болотом.
– Ладно, поехали на рынок. Уже обед скоро, а мы даже приблизительно не знаем, куда сдать товар и где купить башенных кристаллов.
– Зря ты у Дирика не поинтересовался, – упрекнула меня шаманка, распуская волосы, чтобы обновить причёску.
– Если надо будет, вернусь к воротам и спрошу, – огрызнулся я. – Не думаю, что это тайна за семью печатями, которую знает только стража.
– По-твоему, кристаллы должны продаваться в каждой лавке? – снова поддела Селеста, заплетая толстенную косищу. – Как раз таки охрана может знать хороших, честных торговцев.
