Шепотом говорить можно, особенно наклонившись друг к другу поближе.
– Джонни, нам надо их валить, и уезжать отсюда с этим пленным.
– Да я готов уже, только их четверо, не забывай.
– Я помню. Сейчас понаблюдаем, что да как, а я пока придумаю, как нам лучше и безопаснее все это провернуть.
Понаблюдали ещё минут сорок, за это время Бородач установил палатку, причем сделал это ловко и сноровисто, и теперь сам обедал, а второй, сутулый, подошел к пленному, проверил как закреплен поводок, что-то сказал ему, слегка пнув ногой. Пленный ничего не ответил, только пошатнулся от пинка, продолжая сидеть на земле, безвольно или бессильно опустив руки вниз. Ему уже было явно все равно. Тем более непонятно, зачем он им тут. Молодые, ушедшие наблюдать, так и не появлялись, а время уже перевалило за четыре часа, тянуть дальше было бы глупостью – часа через три начнет быстро темнеть, нам бы ещё успеть добраться до базы засветло. Толкнул в бок Джонни, наклонился к нему и начал излагать свой план: простецкий, но на мой взгляд рабочий. Джонни мой план не сильно понравился, хотя на мой взгляд, он как раз был составлен, чтобы максимально обезопасить моего напарника. Однако, я напомнил, что я формально старший в нашей группе, а сейчас мы считай что на войне, потому приказы не обсуждаются. На это Джонни не нашел, что возразить, и лишь нахмурился. Да и другого плана у нас пока нет, ничего лучше Джонни предложить не смог. Окей, быстро согласовали детали, и я пополз обратно вверх по склону.
Я никакой не стратег в области ведения боевых действий, но придумывать что-то надо было. Расчет совершенно простой – начинать стрельбу надо снизу, и сразу валить обоих бандитов рядом с пленным, по возможности спасая жизнь человеку с мешком на голове. На звуки выстрелов сразу среагируют те, кто наблюдает наверху, и скорее всего свяжутся со своими товарищами по рации. Если все будет как надо, то ответа они не получат, потому должны будут спуститься вниз. Их появления ждать совсем ненадо, а надо встретить их и ликвидировать по пути. Потому наш отряд из двух человек должен разделиться на два отряда по одному человеку. Джонни начинает внизу, я постараюсь спрятаться на дороге вниз, и встретить подкрепление, а заодно и проводить их в лучший мир. Джонни сам должен выбрать позицию и момент начала атаки, потому все козыри у него. Мне же нужно просчитать, как побегут наблюдатели, занять позицию, и не пустить их к Джонни. И самое хреновое случится, если побегут они не оба, а отправят одного – тогда второй будет иметь стратегическое преимущество перед нами, находясь сверху. Вот тогда его пожалуй надо будет бросать одного, и сваливать как можно скорее, но это будет самый неприятный расклад для нас.
Я отполз достаточно далеко, чтобы с поляны меня не было ни видно, ни слышно, и поднявшись, пошел дальше на полусогнутых. После несколькочасового лежания на земле движение на ногах было прямо в удовольствие. Однако, скоро пришлось вновь ложиться – где находятся наблюдатели мне было неизвестно, их ещё поискать придется, полазить.
Пришлось поползать полчаса, но не из-за скрытности наблюдательного поста, а из-за расстояния. Наблюдатели особо не маскировались, сначала я увидел дым сигарет, а потом и голоса услышал. Оба сидели на земле, курили и о чем-то болтали, причем наблюдение за городом их явно интересовало меньше всего. Осознание собственной силы порой порождает беспечность, что я сейчас и наблюдал. Бандиты, несмотря на нашу атаку на магазин, были уверены в собственном превосходстве, ну или вообще не заморачивались такими мыслями. Тут же подумалось, что наверное так же выглядит наша гражданская база – отгородились проволочным забором, уверены в силах патрулей, внутри периметра все беспечно гуляют, живут своей жизнью, и никакого нападения не ожидают. Так что и тут мысль о том, что уж на базе-то мы все в безопасности, выглядит точно так же, как выглядит сейчас наблюдательный пункт бандитов передо мной.
Так, где вы сидите я знаю. Теперь понять бы, где засесть мне. Перевернулся на спину, смотрю вниз по склону. Тут точно не побегут, тут густая трава и камни в ней, шею сломают если пойдут. А вот правее склон почти весь каменный, с редкой травой, ровно так террасой вниз идет. Я бы точно там спускался, даже вижу как удобнее всего до опушки леса пробраться. А это значит, что мне надо сползать вниз, там у опушки через этот каменный язык перебираться, и по нему крастся вверх, до удобного места засады. Джонни изведется весь, он ждет моего сигнала – два раза по два тональных щелчка рацией. Ничего, спешка тут точно не нужна. Стрелок я так себе, потому мне надо иметь беспроигрышную позицию. У меня бой будет коротким, либо я их, либо они меня.
Потом я сползал вниз, причем старался делать это на спине, что оказалось жутко неудобно, но хоть живот и бедра пощадил, они уже сегодня настрадались. Отойдя достаточно, перебежал через камни у самой опушки, нервничая от того, что меня теоретически могли бы заметить и сверху, и снизу, хотя между точками и достаточное расстояние. Потом стал аккуратно подниматься вверх, уже не ползком, а пешком по камням, выискивая себе место для засады. Изначально хотел залечь сверху прямо на камни, чтоб в меня было сложнее попасть. Но сверху все пространство оказалось настолько лысым и округлым, что меня видно было бы с любой точки холма. Пришлось искать позицию у самой земли, и скоро я нашел себе показавшееся мне достойным укрытие. Вдоль каменного “языка”, по которому должны побежать наблюдатели, тянулась стенкой невысокая каменная же гряда, по которой я и ползал. В той гряде обнаружилась ниша, лицом к опушке леса, спиной к наблюдателям на холме. Ниша была достаточно большой, чтобы можно было укрыться в ней, присев на землю.
Если я правильно их просчитал, то пробежать они должны как раз мимо ниши, причем заметить того, кто в нише, физически можно только пробежав уже мимо. Но верно и обратное – я их увижу только в тот момент, когда они будут пробегать мимо меня. Если они будут пробегать мимо меня. И вот тогда у меня будет совсем немного времени, чтобы застрелить обоих. Шансы давать я им не собираюсь, и фамилии их спрашивать не буду. Теоретически, именно они мне ничего плохого не сделали, но никаких угрызений совести перед идеей их подстеречь и убить у меня нет. А если ещё и того пленного вспомнить… В общем, залезаю в эту нишу, осторожно выглядываю оттуда – самих наблюдателей мне не видно, но куст, рядом с которым они сидят, просматривается. Когда они побегут, смотреть мне уже будет нельзя – силуэт головы будет четко выделяться на фоне скалы, заметят сразу. Только сидеть и ждать. А потом стрелять, быстро, уверенно и точно. Блин, аж руки вспотели, и сердце застучало, гоняя адреналин. Это все же не против психов воевать, а против людей, людей с таким же оружием, как у меня. Достал пистолет, проверил обойму – полная, патрон в стволе, снял с предохранителя. Шестнадцать выстрелов – раньше думал, что это целая куча, но теперь это кажется неприлично мало. Нечего тянуть. В левую руку рацию, и даю сигнал Джонни, два раза по два щелчка. Мы начинаем КВН…
Ждать начала КВНа пришлось минут пять – Джонни тоже явно готовился. Эти пять минут для меня ползли как пять часов, уже даже стало казаться, что вокруг темнеет. И тут тишину гор взрезала очередь из автомата с поляны снизу: сначала короткая, потом длинная, потом ещё третья, опустошающая обойму. С замиранием прислушался, и когда перестрелка через пару мгновений продолжилась, причем стреляли с двух автоматов, сердце упало вниз: все же Джонни не смог свалить сразу двух бандитов. Продолжилась перестрелка вяло, скорее обозначая то, что в живых больше одного человека осталось. Черт! Ладно, сейчас мне нужно вступать будет, если я не облажался с выбором места. Превращаюсь в слух, жду… Пока ничего, скорее всего связываются сейчас по рации с тем, кто уцелел внизу. Как плохо все, он может им что-то дельное посоветовать, например обойти с двух сторон. Я бы так посоветовал точно. Тогда я влип на сто процентов, даже завалив одного бандита я не буду знать, где второй. Паника стала подкатывать к горлу, и тут я вдруг отчетливо услышал топот ботинок по камню.
