Подошли к телу, тот прекрасно все слышал, но почему-то даже не подумал прятаться за дерево, или как-то вооружиться. Так и сидел у ствола, практически безучастно. Со словами “не бойтесь, мы свои, мы вас сейчас освободим”, я распутал веревку на шее у пленника, и снял с него мешок. И почти сразу прыгнул назад метра на два – это был псих, ошибиться уже нереально.Что я запомнил точно, так это зрачки его глаз – они были почти размером с радужную оболочку. Псих немного пожмурился на свет, повел головой по сторонам, но не сделал больше никаких движений. Просто сидел и смотрел на меня, не мигая, в упор. Мне это напомнило встречу с тем, другим психом, на заправке. Тот кстати говорить умел.
– Вы можете говорить? Вы меня понимаете? – я старался говорить спокойно и внятно. Псих никак не отреагировал на мои слова.
– Вы понимаете что происходит? Что с вами произошло? Что эти люди делали? Мы их пристрелили, вам больше ничего не грозит. – в своей последней фразе я был, правда, не сильно уверен.
Псих смотрел на меня не отрываясь, и никак не показывал, что он меня слышит или понимает. Черт, аж мурашки по коже. Я повернулся к Джонни:
– Я не знаю, что с ним делать. Отпустить мне его страшновато, оставить тут – это обречь его скорее всего на мучительную смерть.
– Это же псих! – наконец выдавил из себя мой напарник.
– Ну да. Я уже встречал таких… Одного такого. Тот правда со мной разговаривал.
– Они вас тоже такими сделают, не беспокойтесь. – хриплый голос заставил нас с Джонни подпрыгнуть на месте, и обернуться на говорившего. – Это лишь вопрос времени.
И с этими словами псих неожиданно резко одним движением вскочил на ноги, и бросился на меня, одной рукой вцепившись мне в горло, второй схватив меня за плечо – длина поводка ему позволила до меня достать. От неожиданности я упал на спину, псих завалился сверху, но силы его были явно на исходе – я достаточно легко его от себя отпихнул, тот перекатился в сторону, собрался вскочить, но поводок, которым он все ещё был привязан к дереву и о котором он видимо забыл, рванул его назад, и он с размаху сел на задницу. Этого времени мне хватило, чтобы достать пистолет, и выстрелить ему в грудь, всего раз, опрокинув мертвое уже тело на спину. Как-то мне на сегодня хватает адреналина, наверное. Ощупал горло, псих его чуть поцарапал своими ногтями, и шея болела от его захвата. Я засунул пистолет в кобуру, поставив на предохранитель.
– Джонни, нам надо собираться. Темнеет уже вокруг. Надо собрать то, что может нам пригодиться.
В лесу действительно становилось темно, причем быстро. Мы вышли на склон, где лежали застреленные мной наблюдатели. С них мы сняли два пистолета “зиг зауэр”, и три обоймы с патронами. Не густо. Один из пистолетов я сразу отдал Джонни, и в придачу все три обоймы. Будет ему теперь и оружие ближнего боя. Так же он стащил с наименее окровавленного тела кобуру на поясной ремень, и сразу вооружился. Больше у тех ребят ничего толкового небыло, кроме сигарет, ненужных нам, и остатков еды. Выглядели оба лет на двадцать пять, вряд ли старше. Осмотрел я и камни в нише, где прятался, и сразу увидел тот след от пули, который выбил осколки камня в мою щеку. Примерно полметра от головы. Не так чтобы далеко, на самом деле. От этой мысли стало как-то прохладно сразу.
Вернулись вниз, на поляну. Подобрал автомат, валявшийся на полу в кабине, Сутулый его нес. Магазин был полностью пустой, что объясняло, почему он не стрелял, когда бежал к машине. Получается, что у него был шанс только убежать от Джонни, патронов у него не было больше, запасные обоймы на теле тоже не обнаружились.. А вот в его рюкзаке, который лежал в машине, мы нашли ещё коробку с патронами для автомата, полупустую, и два полных запасных магазина. Автомат был точно такой же, как у Джонни, только очень грязный и какой-то потрепанный уже. А вот оружие у Бородача было в порядке, потому я не долго думая взял себе автомат убиенного нами бородатого террориста, и с него же снял некое подобие разгрузки с тремя полными запасными магазинами. Теперь каждый из нас был вооружен и пистолетом, и автоматом, и плюс ещё в запасе был пистолет и автомат. Патронов да, маловато – Джонни расстрелял все свои четыре магазина во время перестрелки, последним изрешетив бандита в машине. Машину брать мы точно не будем – это мясо и кровь в расстрелянной кабине пусть тут остаются. Поискали в салоне – нашли ещё моток веревки, которую кинули к нам в багажник. привязав к петле на борту, чтоб не потерялась. Вяло посмотрели рюкзаки, в основном в поисках патронов, но там кроме грязного тряпья и пачек сигарет мало что было. А сумерки сгущались уже совсем не иллюзорно, и надо было решать.
– Джонни, что скажешь? Поедем на Базу в темноте?
– Блин, я не знаю… Темнота уже вот-вот наступит, точнее уже наступает. Страшновато мне что-то. Но я не вижу особо выбора – надо ехать.
– А я вижу. Предлагаю остаться здесь. Ну, не прямо здесь, а вон там. – я показал на Ау под нами.
– В бандитском городе?? Ты соображаешь вообще?
– Я соображаю. Сколько у нас тут заварушка длилась? Минимум минут двадцать. И как ты думаешь, приехал бы уже кто-то из города посмотреть, почем выстрел из автомата? Стопроцентно приехал бы. А раз не приехали – то либо нет никого, либо им совсем неинтересно. Оба варианта нас устраивают. Я предлагаю спуститься вниз на машине, пока светло, и занять какой-то крайний дом. Спать будем посменно, дежурить. Ночь переждем, а с рассветом умчимся домой. Что скажешь?
– Нууу… Не знаю. Можно наверное. Только мне все равно туда вниз не хочется.
– А по ночной дороге с фарами ехать хочется? И через тот тоннель в темноте пробираться?
– Бррр… Нет, тоже неохота. Ну окей, уговорил. Поехали вниз.
Не все так быстро, я ещё сбегал вверх, на свой бывший наблюдательный пункт, и забрал оттуда рюкзак, к счастью не обнаруженный бандитами. Бегло осмотрел город, которому суждено нас на ночь приютить, но ничего интересного не увидел, да и темнело уже очень ощутимо. Потому – опять бегом вниз, Джонни уже сидел в нашей машине, настороженно глядя по сторонам, видимо, выискивая идущие на подмогу своим отряды боевиков. Завелись, аккуратно сдали задом, прислушиваясь к душераздирающему скрежету веток о корпус машины, развернулся на поле бойни, и осторожно двинулся вниз, к городу. Решили никакую предварительную разведку не проводить – просто времени на это уже нет, темнота уже настигает нас, пугая как детей. Просто въехали в город не включая фар, пока ещё можно было что-то разглядеть, выбрали себе домик подальше от дороги, с краю города, неприметный и непримечательный с виду.
Загнали нашу машину во внутренний дворик, причем загонял я уже задом, наплевав на осторожность, не проведя разведку и надеясь только на везение. Спрятали, хотя и впритык к собачьей конуре без собаки – все же у нас не маленький автомобиль. Выскочили оба, пошли осматривать дом: входная дверь выломана уже до нас, как и можно было предположить – бандиты скорее всего тут каждый дом обшарили уже. Только бы трупов небыло внутри, но судя по отсутствию запаха нам повезло. Быстро с оружием в руках обошли весь небольшой домик, наступая на хрустящее под ногами стекло и прочие вещи, убедились, что в доме кроме нас никого, и только тогда убрали пистолеты в кобуру.
Прежде всего забаррикадировали обе входные двери, и переднюю, и дверь во дворик – замки были выбиты у обеих. К одной подтащили шкаф, к другой холодильник из кухни. Задернули занавески на окнах, на которых ещё уцелели стекла. Внутри всё было перерыто вверх дном, на кухне царил полный хаос, потому мы сразу пошли наверх, где было что-то вроде маленькой гостинной, спальни и ванной комнаты, объединенных одним коридором. Тут было поаккуратнее, потому что отсюда почти не было смысла что-то брать. Задернули и тут занавески, прикрыв предварительно ставни снаружи, и для верности навесили ещё и одеяла на окна. Теперь можно посветить себе, а то уже как кроты, в потемках бродим, чуть ли не руки вперед выставлять приходится. Джонни ловко разместил свой фонарик на потолочной лампе, чтобы тот светил на стол. Пока этого было достаточно.
