Одиночка. Компиляция (СИ) - Долинин Александр

— Тогда я заранее соберу тебе поесть в дорогу. Прямо сейчас и начну… У тебя там вроде был автомобильный холодильник?

— Да, есть, работает… Все, я пошел наверх, собирать сумку и разные железяки…

Собрав все, что нужно, я пошел на кухню. Джинджер там уже не было — из ванной комнаты через закрытую дверь доносился шум воды. Хорошо…

Подойдя к висящему шкафчику, я открыл дверцу и достал стеклянную банку, в которой хранилась та самая непонятная приправа. Ну что, пришло время антинаучных экспериментов?.. Зачерпнув чайной ложкой горку смеси, я отправил ее в рот, и тут же повторил. Какая горечь!.. Пришлось запить это безобразие соком, прямо из бутылки. Хорошо еще, что перца в смесь кладут немного, а то не усну…

Услышав шаги в коридоре, я быстро расставил банку и бутылку по местам.

— Ты уже закончил? Вот, смотри, — Джинджер открыла дверцу холодильника. — Здесь в контейнерах бутерброды и кое-что посущественнее. Найдешь, где разогреть?

— В запасах есть горелка с баллоном, ну и спиртовка на крайний случай. Так что разберусь… Но это на земле.

— Да понятно! — Она отмахнулась. — Во сколько выезжаешь?

— Часов в шесть… Раньше нет смысла, на аэродроме еще никого не будет. Народ только к семи обычно подтягивается.

— Тогда во сколько тебя разбудить?

— Поставлю будильник на половину, надеюсь, проснусь сам. Так что… Наверное, пойду-ка я в кровать… — Мне с трудом удалось не вывихнуть челюсть, удерживая зевок. И правда, так резко спать захотелось… Вроде бы после «приправы» должен взбодриться, а получается наоборот? Нет, надо бы посмотреть, что туда намешивают… Но это все потом. А сейчас… какой стишок надо прочитать перед сном, для настроя? Пусть даже и очень корявый, но более-менее в рифму…

«Две ложки приправы во мне, а не в тесте,

И пусть приснится, в каком Эвелин сейчас находится месте!..»

Повторяя эти слова, я и уснул.

Глава 17

Разбудил меня, как ни странно, поцелуй. Заметив, что я открыл глаза, Джинджер чуть отстранилась и тихо спросила, облизнувшись:

— Ты что, перед сном слегка перекусил, что ли? Чувствую вкус твоих кулинарных изысков…

— Нет, всего лишь решил немного поэкспериментировать…

— В каком смысле?

— Хотел узнать, куда делась Эвелин…

— Ну и как, получилось что-нибудь? — Она явно заинтересовалась.

Я прикрыл глаза рукой, пытаясь вспомнить хоть что-то. Но, кроме темноты, неясных шорохов и всхлипываний, почти ничего не припомнилось. Разве что… Ощущение, что довольно тепло, и почему-то далекий, еле слышный, плеск стекающей воды?..

— Очень неясно… Вроде как она жива, и даже в порядке… Но место увидеть не получилось, темнота… Разве что ей не холодно и вода недалеко. Ну, да сейчас лето…

— Понятно… И все?

— Пока так… Ничего, сейчас соберусь и поеду на аэродром, в Нойехаффене расспрошу аэродромную обслугу, может, кто чего видел или слышал… Если жива, то найду.

— Ты уж постарайся! — неожиданно заявила Джин, садясь на кровати. Простыня тут же сползла вниз, открывая роскошный вид, но владелица этого «вида» якобы ничего не заметила. — Я тоже думаю, что она жива. И Джим… узнай, что с ним, вдруг нужна помощь или еще что.

Протянув руку, я попытался дотронуться до некоей части постельного пейзажа, но Джинджер придавила мою кисть к постели:

— Нет уж, сначала привези их домой, а награда будет после подвига! — Повернувшись в другую сторону, еле слышно проворчала, надевая халат, — Вот еще, новых твоих любовниц мне точно не надо, меня и эта вполне устраивает!.. — Наверное, думала, что я не услышу?..

— Никак не могу привыкнуть, что ты к ней нормально относишься…

— Сама понять не могу… Но… Так получилось, что даже твоя молодая подружка может оказаться полезной в качестве нашего общего прикрытия. Теперь в конторе меня считают почти за свою…

— Хорошо еще, что для этого нам с тобой не пришлось на публике изображать БДСМ с доминанткой, — усмехнулся я.

Джин неожиданно резко обернулась и посмотрела мне в глаза.

— Знаешь… Вот прямо-таки иногда очень хотелось тебя сильно наказать плеткой, сам знаешь, за что. Но тут же вспоминала, что чувствую твою боль почти так же, как свою, а заниматься садизмом по отношению к себе как-то совсем не хотелось, и приходилось передумывать…

Я рывком придвинулся к ней, уткнулся лбом в голые коленки и вцепился в обтянутую халатом талию, как утопающий в спасательный круг.

— Да принимаю я твои извинения, и не сержусь… Разве что совсем немного. — Джинджер провела рукой по моей голове и встала с постели.

— И давно?..

Мой вопрос о том, как давно она может меня чувствовать, был понят без уточнения.

— Давно. С того времени, когда погибла Бриджит…

Опередив меня, она устремилась в ванную комнату. Мне только и оставалось, что встать, одеться и идти на кухню, надеясь, что хотя бы минут через десять можно будет слегка умыться, ну и проделать все обычные утренние процедуры.

Интересно, что Джин вроде бы не особо переживает из-за этой пропажи, невзирая на то, что о Джиме тоже ничего не известно, а ведь они давно знакомы. Или просто не показывает вида? Ничего, скоро мы все узнаем… Как говорил один весьма известный персонаж, «А сову эту мы разъясним!..»

Джин покинула ванную даже раньше, чем я думал, так что страдать под дверями не пришлось. Приготовление завтрака заняло не больше получаса, и вскоре мы вдвоем сидели за столом — Уильяма решили пока не будить.

— Так… У меня все готово, сейчас переоденусь, возьму сумки, и вперед… Сначала в Нойехаффен, там поспрашиваю, ну и дальше… как чутье подскажет.

— Подскажет обязательно, — Джинджер положила свою руку поверх моей. — Ты постарайся… Я знаю, что они оба живы, но мне кажется, что сейчас Эвелин и Джим не вместе, а находятся в разных местах, поэтому и не ясно.

— У тебя тоже чутье включилось?

— Называй это как хочешь… Просто знаю, и все.

— Бабушкино наследство?

— Нам не все равно, что и откуда? Лишь бы оно работало на самом деле, а не оказалось всего лишь обычными галлюцинациями. Я видела больничную палату, но не поняла, кто там…

— У нас с тобой даже галлюцинации необычные, — пошутил я, и мы оба невесело усмехнулись, глядя друг на друга. — Все, пойду собираться.

— Я тебе немного сэндвичей сделаю, перекусить, если захочется. День у тебя будет длинный…

— Да уж, до темноты точно буду на ногах, или в воздухе.

— Ну, лети, орел…

Джинджер принялась убирать со стола, а я пошел переодеваться. Закинув снятые вещи в стиральную машинку, надел обычную «полетнопоходную» одежду. Штаны из ткани «рип-стоп» с широким ремнем, рубашку из тонкой ткани, ботинки… Оружейную сумку и рюкзак- трехдневник отнес в машину и пошел на кухню.

Джин протянула мне бумажный пакет с небольшими темными пятнами от жира или масла.

— Вот, возьми… Постарайся не задерживаться слишком долго. Я думаю, что уже вечером ты все узнаешь.

— А зачем мне где-то задерживаться? Разве что вылетать обратно будет поздно, ночью буду сидеть тихо и не дергаться. Как рассветет, так и вылечу дальше.

— Хорошо, я буду ждать твоего возвращения. Ну и их тоже привози… прямо сюда. В любом виде, по возможности.

— Как скажешь, милая. — Я поцеловал ее в щеку, она прижала меня к себе, но почти сразу чуть оттолкнула.

— Все, иди! Мне еще Уильяма поднимать, потом завтраком кормить… Смотри, кто тебя пришел провожать!

У порога веранды сидели пес и кот, глядя на нас.

— Скорее, они за едой пришли…

— Иди, сейчас сам увидишь.

Когда я пошел к выходу, мохнатые друзья пристроились рядом. Что, взаправду решили махнуть мне лапами на прощание?

Выезжая из-под навеса, я посмотрел на дверь веранды — точно, они сидели и смотрели на машину. Помахав им рукой, дал газу и вырулил на проезжую часть улицы.

По дороге на аэродром привычно слушал музыку и размышлял. Что бы придумать этакое для ускорения поисков?.. В трясущейся на выбоинах дороги машине на ум ничего путного не приходило. Как тут с картой работать, когда рулить надо?.. А в ангаре не получится — слишком много любопытных глаз, не дадут сосредоточиться. В полете тоже спокойно не будет — болтанку никто не отменял. Значит, буду пробовать искать без каких-либо приспособлений, с закрытыми глазами, вдруг получится? Только бензина нужно набрать побольше, в канистры или жестянки, что уж смогу быстро найти.