Перекрестки миров. Том 2 (СИ) - "Джек из тени"

— Вернемся к нашим делам, — Корнев намеренно перешел на сухой, официальный тон, отсекая все лишние эмоции. — Нам нужна площадка. Ровная, чистая и максимально твердая. На уровне верхушек ваших деревьев.

Ил’да слегка склонила голову набок, ее седые брови поползли вверх.

— На верхушках? — переспросила она, словно пытаясь понять, правильно ли перевела слова чужака. — Зачем вам верхушки? Ваши повозки не умеют летать, я это только что видела.

— Эти повозки не умеют. Зато умеют другие, — Корнев начал раздражаться от необходимости разжевывать прописные истины. Времени не было от слова совсем. — Твои люди видели дракона ушастых? Вот представь себе железную птицу, которая в два раза меньше, но ревет так, что уши закладывает. И таких птиц будет много. Они прилетят сверху и высадят довольно много злых, хорошо вооруженных мужиков. Мне нужно место, где парни смогут спрыгнуть, закрепиться и не провалиться сквозь ваши доски вниз.

Старейшина на секунду зависла, переваривая концепцию железных птиц и летящих с неба солдат. Лисея, стоявшая чуть поодаль, виновато опустила уши и нервно дернула хвостом.

— Девочки привели вас сюда, и в целом это было верное решение, — задумчиво произнесла Ил’да, указывая посохом куда-то в сторону клубящегося дыма. — Отсюда недалеко до вершины одного из главных Древ. Там есть широкие платформы для сбора плодов. Вот только… та часть города сейчас вся в огне. Дым идет прямо туда. Ваши «летящие мужики» просто задохнутся еще до того, как коснутся дерева, а отводить дым мне почти некем, все маги ветра либо мертвы, либо прикрывают отход на нижних ярусах.

Она замолчала, постукивая подтоком посоха по настилу. Корнев скрипнул зубами. Вариант с вертолетным десантом прямо в эпицентр пожара отпадал. Вертушки просто не сядут и не смогут там надолго зависнуть, поймав помпаж двигателей от угарного газа, а если и скинут парней на тросах, те лягут прямо там, отравившись гарью или попросту зажарятся.

— Но есть другой вариант, — вдруг сказала Ил’да, протянув сухую, морщинистую руку и ласково погладив Лисею по голове. Мелкая оторва при этом вздрогнула, но не отстранилась. — Можно совместить полезное с полезным.

— Арка, — хмыкнул капитан, сразу уловив ход ее мыслей.

— Разумеется! — активно затрясла головой бабулька, и в ее глазах снова вспыхнула фанатичная надежда. — Она находится на самом верху старого дозорного Древа. Там чисто, дым туда не достает. Нам это по пути движения горожан. Если ты откроешь Врата, мы сможем часть толпы отвернуть прямо в арку, а твои железные птицы…

Договорить старейшина не успела.

Где-то совсем рядом, буквально в паре сотен метров за густой стеной листвы, раздался оглушительный, рвущий барабанные перепонки треск. Воздух мгновенно стал обжигающе горячим, запахло озоном и паленой шерстью. У Ил’ды за спиной расцвел колоссальный огненный цветок от очередного плевка дракона. Ударная волна ударила по толпе беженцев невидимым прессом, швыряя людей на настил.

Народ в ужасе заверещал. И без того хрупкий порядок в колонне рухнул в одну секунду. Началась форменная давка. Обезумевшие от страха матери хватали детей, пытаясь протиснуться вперед, расталкивая всех вокруг локтями. Кто-то упал, его тут же почти затоптали десятками ног. Воздух наполнился криками боли.

К’Варр, который до этого стоял рядом и прислушивался к разговору, ругнулся на своем шипящем диалекте. Он не стал тратить время на слова. Огромный кошак просто прыгнул в самую гущу паникующей толпы. Парень хватал соплеменников за шкирки и буквально швырял их в стороны, освобождая проход, рыча приказы и раздавая тяжелые затрещины направо и налево. Это было жестоко, но только так можно было остановить слепой стадный инстинкт.

Ил’да осталась стоять на месте. Она даже не обернулась на крики своих людей. Старуха застыла, упершись взглядом в Корнева. Между ними повисло тяжелое, почти осязаемое напряжение. Между русским офицером и местной ведьмой летали невидимые молнии безмолвного спора. Ависса и Лисея, вжавшись в броню «Тайфуна», затаив дыхание наблюдали за этой дуэлью взглядов.

Во взгляде Корнева отчетливо читалась одна простая мысль: «На хрена мне всё это надо?». Он смотрел на грязную, паникующую толпу, на летящие с неба горящие ветки, на кровь под ногами. Он мог бы прямо сейчас приказать дать по газам, забрать своих разведчиков, развернуться и свалить в закат, предоставив аборигенам самим разбираться со своими проблемами и драконами. Слова комбрига оказались пророческими…

От старейшины же исходили флюиды вселенской скорби и печали. Она молча взывала к совести Корнева, к его человечности. При этом старуха, не моргая, пыталась изобразить знаменитый взгляд кота в сапогах из мультика — огромные, полные слез глаза, умоляюще смотрящие снизу вверх. От такой наглой и топорной манипуляции Корнев откровенно поперхнулся.

— Ил’да, прекращай этот цирк, — закатив глаза, хрипло произнес капитан. — Если бы заревела в голосину вон та мелкая оторва, — он кивнул в сторону Лисеи, — толку было бы больше. На мне твои фокусы не работают.

Старуха мгновенно схлопнула свой театр одного актера. Скорбь слетела с ее лица, как старая маска. Взгляд снова стал цепким и хищным. Она перешла на торг, нисколько не смущаясь того, что ее только что раскусили.

— Скажи мне, ключник Врат, чего ты хочешь? — зашипела она, делая шаг к Корневу. — Золото? У нас в хранилищах есть металл. Серебро? Самоцветы? Забирай всё, что поместится в чрево твоих железных повозок! Мы отдадим казну клана, только открой проход!

Она судорожно махнула рукой в сторону колонны беженцев.

— Женщин хочешь⁈ — ее голос сорвался на крик, перекрывая гул пожара. — Да за тебя все молодухи нашего Леса поскачут замуж, только узнав твой статус ключника! Выбирай любую! Хочешь десять? Двадцать? Мои воины притащат их к тебе в постель прямо сейчас! Просто скажи, чего ты хочешь⁉

Корнев мысленно застонал, чувствуя, как головная боль становится невыносимой. Боковым зрением он наблюдал дикую, первобытную сцену: несколько старых кошек в толпе, услышав крик Ил’ды, начали буквально выталкивать из рядов беженцев молодых, перепуганных девчонок от восемнадцати и до бесконечности. Их пихали в спины, заставляя идти к броневикам.

Казанова, стоявший со Спартаком, удивленно крякнул, наблюдая эту процессию.

— Товарищ капитан, — вклинился связист по внутренней связи, — а местные-то, смотрю, знают толк в дипломатии. Может, рассмотрим контрибуцию? Тут есть весьма перспективные экземпляры…

— Завали, Казанова, пока я тебе пулеметную ленту в задницу не плашмя не засунул, — рявкнул Корнев в микрофон, вырубив рацию.

А затем раздался еще один взрыв. Гораздо ближе к ним. На этот раз это был не низкий гул драконьей плазмы. Это был хлесткий удар, характерный для боевых заклинаний. Прошло слишком мало времени с момента плевка огромной твари, она просто не успела бы перезарядиться. Значит, это работали ушастые маги, которые подошли вплотную и начали долбить по отступающим практически прямой наводкой. Ошметки деревянного настила брызнули в стороны, срезав кого-то в задних рядах колонны.

Визг усилился. Корнев посмотрел в толпу. Он видел там сотни лиц. И самое паршивое — он видел там просто до хрена детей. Мелких, испуганных, цепляющихся за матерей. Уж специально Ил’да выстроила колонну так, чтобы дети мозолили ему глаза, или это получилось само собой, но зрелище било по нервам хуже любого осколка. Смотреть, как эти дети через полчаса превратятся в обгорелые куски мяса, Корнев не собирался.

Капитан глубоко вздохнул, вспоминая последние, неофициальные слова комбрига Алексеева: «Не лезь в пекло… Тебе с этим жить, Корнев». Жить с тем, что он просто стоял и смотрел на бойню, имея возможность нажать на пару кнопок, Алексей не хотел.

Он тяжело, исподлобья посмотрел на старейшину. Ил’да стояла перед ним, вытянувшись как струна, нервно размахивая хвостом в ожидании его решения.

— Ты понимаешь, старуха, — хрипло, почти шепотом спросил капитан, шагнув к ней вплотную, — что ценой твоего спасения могут стать жизни моих людей?