Реинкарнация архимага. Тетралогия (СИ) - Богдашов Сергей Александрович

В зале вокзала висели вполне себе понятные схемы, объясняющие разницу цены и предполагаемого комфорта.

Если коротко: жёлтые и синие — вагоны первого и второго класса, для привилегированных, зеленые — вагоны третьего класса, для «простонародья». Отличаются количеством мест, комфортом и ценой билетов.

Насчёт комфорта я было озадачился, так как в нижней части вагонов особой разницы не заметил. Всё оказалось просто — вагоны первого и второго класса ставят в начале поезда, оттого их меньше трясёт и гораздо меньше раскачивает на поворотах.

Первый класс от второго отличается тем, что в маленьком пространстве, называемом купе, были спальные места всего лишь для двух пассажиров, а не четырёх, как во втором, и выглядели они, как роскошные диваны, обитые бархатом.

Прибыв на извозчике, я свою кладь понёс сам. Её у меня не так много. Обычный курсантский рюкзак, со скатками шинели и накидки поверху и баул со всем остальным, что зачастую не входит в стандартный набор курсанта.

Билет во второй класс я купил свободно, а когда время подошло, поднялся с лавки в зале ожидания и направился на перрон. Тут-то и пиликнуло…

Хм, не понял. В прошлом мире у меня была целая система различных систем оповещения и изрядная свита из охраны, слуг и питомцев. Но вот такой пилик — пилик всегда означал одно — надвигающиеся опасности. Этакие, очень быстро наступающие, и зачастую, непредсказуемые…

Справедливо решив, что разобраться с тем, отчего и как сработало предупреждение — всегда успею, я накинул на себя Щит устремился навстречу неприятностям.

Двое крепких парней поджидали меня в тёмном переходе, ведущем от вокзала на перрон.

Переться к ним я не стал. Переложил баул в левую руку и остановился. Решил посмотреть, что они дальше собираются делать. Времени у них немного. Люди здесь часто ходят, а при свидетелях на какие-то действия эта парочка вряд ли решится.

— Слышь, курсантик, угости-ка дядю папироской, — сообразив то же самое, бугай тут же сделал шаг мне навстречу, а его напарник, этакий жилистый шустрик, опустил руку в карман и умело выбрал позицию для удара, сдвинувшись вправо.

— Стой где стоишь! — скомандовал я.

— А то что? Визгом меня оглушишь? — хрюкнул бугай, восторгаясь собственной шутке.

Продолжать дальше разговор было бессмысленно и опасно. Бугай схлопотал в живот Воздушным Кулаком, и вылетел на перрон, выбив спиной двери, а живчика встретил мой тяжёлый баул, летящий ему навстречу. Равновесие он не смог удержать. Его глаз я принял на кулак, приложил мордой об пол, а потом пару раз сильно пробил с ноги по корпусу.

Не прошло и нескольких секунд, как раздался свисток полицейского, его подхватил ещё один, а там и третий отозвался.

— Ваше благородие, что случилось? — первым влетел в переход ражий полицейский, громко топоча сапогами.

— Ограбить хотели. Вон у того в руке что-то опасное зажато, — указал я на шустрика.

Наступив сапогом на руку бандита, полицейский ловко сдернул с его руки увесистую гирьку на витом кожаном шнурке.

— Хороший кистень! Таким голову проломить — как нечего делать! — цокнул он языком.

— Васянин за старшего, тащите этих варнаков в околоток. А вы, Ваше благородие, каким классом ехать изволите? — озадачил он меня неожиданным вопросом.

— Вторым, — пожал я плечами.

— Вторым — это хорошо. Тогда я прямо в вагоне с вас объяснения сниму. Там и стол есть и людишки мешать не будут, — обрадовал меня служитель закона.

Я его прекрасно понял, когда мы пошли по перрону вдоль вагонов третьего класса. Несмотря на то, что до отправления поезда было более получаса, в каждом оконце было не меньше пяти самых разных лиц, начиная от ребятни, и заканчивая взрослыми.

— Третий класс всегда битком набивается, — пояснил мне полицейский, — До семидесяти взрослых разрешено, и по одному ребёнку бесплатно. Порой места не найдёшь, где присесть можно, а гам такой стоит, что кричать порой приходится.

— И как же там спят?

— По очереди, а то и вовсе на мешках в проходе.

— Понятно, — мысленно поблагодарил я штабс-ротмистра за дельный совет про билет второго класса.

Двое суток в таких условиях — поневоле взвоешь.

— А вот и ваш вагон, — отступил на шаг полицейский, давая мне возможность предъявить билет осанистому проводнику, который своим видом и статями ничуть ему не уступал, — Служивый, мне пустое купе потребуется на четверть часа. Нужно с нашего героя объяснения снять.

— Сейчас сделаем, — понятливо кивнул тот в ответ, и ловко перебрал связку ключей в пальцах, — Следуйте за мной.

Нашлось и пустое купе, и полицейский с меня взял короткое объяснение, а когда выходил, то едва заметно подмигнул мне, зачем, я сначала не понял.

— Ваше благородие, вы почаще к нам в город заглядывайте. Глядишь, и нас без работы оставите! А про ваш подвиг наше управление вне всякого сомнения соответствующую реляцию и благодарность по месту вашей службы вскорости пришлёт!

Чего он так разорялся, я понял лишь тогда, когда проводник указал на моё купе двум кисейным барышням, которых сопровождал худощавый студент-задохлик.

Я так понял, что это подгон. Полиция наверняка поимку бандитов на свой счёт запишет, а мне два старых служаки просто посодействовать решили.

— У нас куплены билеты, — решительно заявил мне студент, пребывающей в форме Института инженеров путей сообщения.

— Поздравляю, — довольно холодно отозвался я, расстилая постельное бельё на нижней полке.

— Вы не хотите пустить барышень вниз?

— Нет, не хочу.

— Могу я узнать, отчего? — постарался грозно спросить этот недотёпа.

— Место я первым занял, а барышням и наверху будет хорошо. Если что, мы им всегда поможем подняться, а то они вряд ли сами смогут это сделать куртуазно, — с намёком произнёс я парню, но он меня вряд ли понял.

Тугодум попался.

— Другими словами, вы им отказываете в размещении на нижних сидениях? — ещё не совсем раненым буйволом, а всего лишь с нотками этого рыка, попытался выяснить паренёк.

— Я мало сплю. Часа четыре, редко пять. Как вы считаете, насколько мне пристойно будет сидеть около спящей девушки, когда я проснусь, а она всё ещё будет спать? — озадачил я будущего путейца новыми вводными, — Зато вы, когда проснётесь, можете запросто присесть на мою кровать.

— Ну, девушкам требуется личное пространство… — неуверенно промямлил он.

— Так обеспечьте, если можете. Кто же вам мешает? — вполне обоснованно предложил я в ответ, — А пока мы можем выйти ненадолго, если барышням нужно переодеться.

Оказалось, нужно. И это хорошо. С приходом этой компании молодёжи я почувствовал рядом опасную магию.

Быстренько просканировал их ауры. Надо же, все трое Одарённые, но слабенькие.

Парень маг третьего уровня, по местной шкале, а девушки — двоечки. Но магия у них обычная, универсальная. Никаких отклонений.

Артефакты? Прошёлся ещё раз. Чисто. Есть парочка слабых целительских на девушках и небольшой накопитель Силы у парня. Показалось?

Эту глупость я прихлопнул, словно муху хлопушкой. Вот нет. Запах мертвечины трудно с чем-то спутать, а именно так я воспринимаю эманации магии Смерти.

Закрыл глаза я начал более тщательную диагностику, не вдруг, но нашёл! Кто-то искусно вплёл нити проклятия в ауру девушек, отчего они не выглядели, как характерное чёрное пятно, а лишь немного затеняли его верхнюю часть.

Тонкая работа и настолько искусная, что впору вспоминать, насколько я был хорош в прошлой жизни. Нет на проклятиях я не специализировался, но умел, чего уж там. Но для такой изысканной работы даже мне бы потребовалась подготовка и целый ряд условий.

Девицы тут же согласились, что наше отсутствие им бы не помешало. Я сразу же поднялся с места и отправился на перрон, а там и мой попутчик следом вышел.

Может он и хотел остаться в коридоре вагона, но тут сейчас как раз собрались загружаться два многочисленных семейства, а вагонный коридорчик настолько узкий, что в нём двоим едва разойтись выйдет.