Земля зомби. Гексалогия (СИ) - Шторм Мак

От мрачных мыслей меня отвлек Кузьмич. Увидев вооружённый караул, он сразу юркнул нам за спины и принялся усилено работать челюстью, пережёвывая уже потерявшую вкус жвачку.

Мысленно усмехнувшись, я незаметно подвигнул Артёму, и мы прошли сквозь арку‑мемориал на территорию музея.

Музеем этот комплекс можно было назвать с натяжкой, по крайне мере в его привычном понимание. Скорее это был парк, с уклоном в военную тематику. Тут одновременно демонстрировались мощь города и его свежая история. Которая была весьма кровопролитной и принесла большие человеческие жертвы и целый океан горя для выживших. Но она дарила нормальную жизнь потомкам героев и обычных людей. Плюсом ко всему, комплекс служил отличной демонстраций военной мощи. Которая способна защитить город от любых угроз и посягательств.

Все, кто родился или бывал в России, были привычны к вони технике в парках и скверах. Танки и самолеты времен второй мировой войны, занимали почётные места на пьедесталах.

Взрослые с грустью их рассматривали, находя боевые шрамы на технике, с ужасом представляя себя в окопе перед, надвигающийся махиной танка, громко рычащего мощным двигателем и лязгающего гусеницами. Восхищаясь при этом мужеством дедом, сумевших переломить хребет фашисткой армии и победить в той ужасной войне.

Детвора же беззаботно лазила по уснувшим военным машинам, не опасаясь их смертоносных пушек. И не понимания, что каждый танк прошел через жернова ада и перенес немало людских душ в потусторонний мир.

Поэтому прогуливаясь сейчас по уютному, утопающему в зелени парку и рассматривая различную военную технику, мы не испытывали никакого диссонанса. От того, что среди аккуратно подстриженных кустов, рядом с которыми стояли скамейки для отдыха, располагалось большое количество разнообразной военной техники.

В обличии от памятников второй мировой войны, техника в этом огромном парке была современной и лазить по ней строга на строго запрещалось. Для этого каждый экземпляр был огорожен столбиками высотой в метр, которые соединяла провисающая дугой толстая, железная цепь. Это препятствие при желании мог играючи преодолеть даже ребенок, но желающих нарушить отведённые границу я не заметил.

Этому способствовали военные патрули, которые неспешно прогуливались по тенистым аллеям парка, двойками. Внушая своим приближением Кузьмичу неподдельный страх, они, не обращая на нас никакого внимания, проходили мимо.

Не беспокоясь о патрулях, я с интересом разглядывал технику, внушающею своими монументальными размерами, толстой броней и смертоносным орудием, почтительно‑трепетное уважение.

Посмотреть тут было на что, в музей скорее всего выгнали часть техники со складов консервации и поставили тут на всеобщие обозрение. Вроде как для развлечения детворы и туристов. Но в тоже время, она полностью оправдывала название музея и демонстрировала немалую мощь города.

Уверен, что любым залетным бандитам достаточно увидеть с десяток БМП и БТРом. Их толстая и крепкая броня не давала не единого шанса поразить экипаж обычным стрелковым оружием, а мощные пулеметы, отбивали всякое желание быть мишенью для экипажа.

Поэтому рассматривая многочисленную технику, я понимал почему Рязань без раздумий отправила щёголя‑депутата с его «щедрым» предложением в пешее эротическое путешествие. Они благодаря сплочённости и большому количеству смертоносной военной техники, могли себе такое позволить.

Я конечно не знал, каким военным потенциалом располагал город. Но даже того, что было на виду, вполне хватало, чтобы отбить желание развязывать с ним военный конфликт. Даже если потенциал Москвы значительно превосходил военную мощь Рязани, победа столичному бомонду дастся слишком высокой ценой и сильно ослабит новое правительство.

Которое не могло ничем заинтересовать разрозненные анклавы, для объединения страны. Использую всю туже грабительскую политику, при которой столица жирует, а регионы посасывают один общеизвестный орган, причём без соли.

Алёшенька от разнообразия мощных военных машин впал в восторг. Его глаза блестели, словно дед мороз подарил ему на новый год долгожданный подарок. Все остальные тоже не остались равнодушными, к смертоносным махинам.

Виктор внимательно рассматривал каждую деталь, словно пытаясь понять, смог бы он воспроизвести подобное у себя на заводе или нет. И явно восхищался гением инженерной мысли создателей.

Все остальные смотрели с неподдельным интересом и я в том числе. Поскольку посмотреть действительно было на что. По всему парку стояли танки различных серий и модификаций. Бронетранспортёры и боевые машины пехоты. Огромное разнообразие систем залпового огня, прародителям которых была всем известная «Катюша» Мощные инженерные машины, для копки траншей и возведения понтонных переправ. Машины разминирования. Пункты связи, с развернутыми тарелками и сетками, различных по размеру антенн. Бронированные небольшие тигры и огромные Уралы.

Всё это излучало невероятную мощь, заставляя себя почувствовать рядом с ними беззащитным и как будто голым.

Вишенкой на торте была ракета, которую мы увидели ещё издалека. Вблизи она оказалось стремящейся в небо, смертоносной махиной, поражающая своими размерами и аурой убийственной мощи, исходящей от неё.

Я мало понимал в расчете взрывной силы, для которой использовался тротиловый эквивалент. Но увидев ТТХ этой махины, без труда осознал, что прилети она на наш рынок и от него останется большая воронка, с ужасающими разрушениями вокруг неё.

Музей военный мощи впечатлял своими экспонатами и располагал побродить ещё, в тени зеленых аллей, под веселое щебетание птиц, но нам необходимо было показать берсерка местным докторам и посетить рынок. Поэтому экскурсию пришлось прервать.

Покидая музей‑парк, я думал о том, что воевать с Рязанью при нынешнем раскладе сил, могут либо дураки, либо самоубийцы, что в моих глазах было практически одно и тоже.

Вернувшись в машину, мы нашли на карте госпиталь и проложив до него маршрут, выехали с пустынной парковки.

Дорога до госпиталя была скучной. Все те же дома, превращённые в крепости. Спешащие по своим делам люди в гражданской одеже. Редкие встречные машины и двойки военных патрулей.

Военный госпиталь располагался на первомайском проспекте, практически в географическом центре города, если судить по выданной нам карте. Это было длинное, старинное четырёхэтажное здание желтого цвета, нижний этаж которого практически скрывался под землей. Если бы не видимые верхние части заложенных кирпичами окон, то легко было ошибиться в этажности здания и решить, что оно трёхэтажное.

Массивные въездные ворота серого цвета, были обложены бетонными блоками. Которые препятствовали тарану ворот, автотехнике на большой скорости. Чтобы добраться до ворот приходилось медленно ехать, всё время виляя по лабиринту из блоков.

Солдаты с красными повязками на рукавах, подали нам знак остановиться. Артём, повинуясь их приказу заглушил двигатель.

Двое рядовых грамотно встали по бокам от автомобиля, готовые в любой момент открыть огонь из автоматов. Третий с сержантскими лычками, подошел к Артёму и сухо произнёс:

– Гражданским въезд на территорию госпиталя запрещен!

– А как нам быть, если у нас ганеные?

– Парковка с другой сторону госпиталя, а дальше в порядке живой очереди. И предупрежу сразу, на бесплатную медицину можете не рассчитывать, она только для военных или участников боевых действий. А вы, как я вижу, вообще из другого города.

– Спасибо за инфогмацию.

Поблагодарил Артём сержанта и принялся медленно сдавать задом, пятясь по лабиринту из бетонных блоков.

– Вот гад заставил нас корячиться, мог бы и сразу сказать, что нельзя сюда въезжать!

Тихо проговорил Кузьмич, опасаясь, чтобы его не услышал сержант. На что Артём усмехнулся и нарочно громко ответил:

– Скажи спасибо, что нас не заставили дышать в алкотестегы, ты бы точно тест на тгезвость не пгошел и уже закованный в нагучники, напгавлялся сидеть и думать над своим поведением в кагцер.