Земля зомби. Гексалогия (СИ) - Шторм Мак

Конкуренция тут была значительно ниже, чем у нас. Толи сказывалась монополия военных, толи близость к Москве. В которой по логике вещей, должен был появиться крупнейший рынок в стране и приманивать всех к себе.

Территория рынка не была ограждена забором по периметру, только на въездах установлены вооруженные блокпосты. Зато у каждого продавца за плечом висел автомат, а в набедренной кобуре находился пистолет. И неподалеку от прилавка, под рукой у каждого я заметил бронежилет с набитыми подсумками и каску. Таким образом, практически все продавцы рынка, в случае тревоги за считанные секунды становились в ружьё и представляли собой несколько рот полностью экипированных солдат.

Звания у всех, кто находился за прилавком, в основном были сержантские и пару раз встречались прапорщики. Офицерские звезды я заметил только у некоторых патрульных, неспешно прогуливающихся между рядами. Скорее всего, в случае тревоги они и будут возглавлять эту рыночную мини армию солдат‑торговцев.

Таким образом, получалось, что с организацией безопасности тут всё было на высшем уровне, оставалось только посмотреть ассортимент товара и расценки.

Быстро пробежавшись по рядам и немного расспросив служивых продавцов, а так же их гражданских коллег, я сделал для себя примерно следующие выводы. Ассортимент был не малым, но в основном упирался в уставной военный шмот. Только малочисленные гражданские разбавляли армейской скарб. Предолгая вещи и снаряжения, которые когда‑то предназначались для охотников, туристов, рыболовов и прочих любителей активного отдыха на природе.

Военное барахло было ожидаемого качества и просили за него относительно не дорого. Поэтому с ним было проще, выбрал нужное тебе снаряжение, нашел свой размер или калибр и на этом всё.

С гражданским было всё гораздо труднее. В первую очередь тут очень разнилось качество и каждую вещь требовалось внимательно осматривать. Проверяя, чтобы она не была криво сшита, нигде не торчали нитки. В элементах экипировки были надежные средства крепления и фиксации, присутствовали клапана для слива воды и другие на первый взгляд незначительнее мелочи, которые знающему человеку могли сказать многое о качестве вещи.

Помимо всего этого, так же нужно было подобрать размер, одинаковую расцветку и проверить чтобы предметы, для которых предназначалась экипировка, свободно туда входили и надежно фиксировались.

Качественная вещь у гражданских, могла стоить в три раза дороже, чем менее качественная уставная у военных. Но я предпочитал переплачивать за то, что играет непосредственную роль в твоем выживании, поэтому не скупился, если переплачивать действительно было за что.

Бродя по рядам, мы как‑то непроизвольно разделились. Я и Артём осталась вдвоём, поскольку нам нужно было найти вещи из списка девочек, а этот как правило маленькие и не особенно ходовые размеры.

Виктор и Кузьмич так же как и мы, парой пошли быстром шагом вдоль рядов, спрашивая у продавцов гигантские размеры на берсерка. Судя по постепенно удаляющимся матерным возгласам раздраженного Кузьмича, их миссия была более трудной, чем наша.

Впечатление о ассортименте у меня сложились весьма неоднозначные. С одной стороны он был заметно более скудным, в отличии от нашего родного рынка. С другой стороны, тут было больше весьма специфических вещей. Некоторые их них я только на картинке видел, а некоторые даже не видел и не слышал и только благодаря Артёму узнавал, что за диковинка лежит на прилавке.

Управившись, минут за 40, мы набрали всё необходимое по списку и прихватили кое‑чего интересное, но не входящее в список.

По пути на стоянку, мы столкнулись с Кузьмичём и Виктором. Они всё ещё бегали по рядам, выискивая берсерку вещи нестандартно‑гигнского размера. Сообщив им что наша миссия в военном секторе окончена, мы окончательно испортили им и без того не самое радужное настроение. По выпученным глазам Кузьмича было заметно, что он ели сдерживается от громких матерных проклятий на весь рынок. Но неспешно бродившие повсюду патрули военной полиции, его пугали и заставляли вести себя прилично.

Усмехнувшись над страхами Кузьмича, я подумал, что надо его как ни будь сюда привезти на пару месяцев, глядишь и пить перестанет.

Выложив всё, что мы с Артёмом закупили в автомобиль, уже на легке отправились в другую часть рынка‑ чисто гражданскую.

Она, так же как и военная часть, была выстроена в четком порядке, всё в ряд, всё одного цвета, только вывески разнились и добавляли хоть какие‑то краски в это систематизированное, однообразное уныние.

Не долго думая, мы решили начать с легкого перекуса, чтобы заморить червячка и послушать местные сплетни. Для этого нам пришлось изрядно походить вдоль рядов, выискивая общепит, где не только можно перекусить, но и выпить чего‑то крепкого. Это оказалось весьма не легким делом, толи алкоголь в городе был дефицитом, толи торговать им разрешалось далеко не всем.

Заказав себе по тарелке окрошки, и по 50 грамм водки, мы расположились за столиком, который скрывался в тени от солнца, благодаря натянутым поверху маскировочным сетям. Это было весьма интересным решением, поскольку солнечные лучи практически не проникали через сеть и всё под ней находилось в прохладе тени. Но она не припядствывала потокам воздуха и не мешала приятному ветерку гулять между столов, приятно лаская кожу и не давая заставаться сухому воздуху.

Артём поднял вверх маленький стаканчик, покрытый каплями влаги от прохладной водки внутри и произнёс:

– Пгедлагаю выпить за тгезвого Кузьмича, он такая душка‑очаговшка!

– Главное чтобы эта очаровашка нас сейчас не убила, увидев, что мы тут водочку местную дегустируем.

Произнёс я в ответ и звонко ударив своим стаканчиков о стаканчик Артёма, одним глотком осушил прохладный алкоголь и сделав глубокий выдох, навернул пару ложек окрошки.

В жару она казалась божественной, приготовленная на квасе, можно сказать по классическому рецепту, она только немного отличалась от той окрошки, что ел раньше. Отличие это было в колбасе. Поскольку все колбасы, произведенные до катастрофы были давно съедены или стухли, то теперь этот продукт был чисто ручного производства, причем ценился очень дорого, если её сравнивать, даже с очень хорошей тушенкой.

Но куда деваться, если в некоторых блюдах её тяжело заменить, вы можете себе туже окрошку, например с тушенкой? Да согласен, некоторые сейчас и крысу считают за деликатес, но если есть возможность себя немного побалывать, то почему бы и нет?

Наворачивая за обе щеки окрошку, я развесил свои локаторы и слушал, что говорят вокруг, незаметно рассматривая публику.

Неподалеку от нас сидели двое военных, я видел их форму, но чтобы увидеть погоны, мне требовалось развернуться и привлечь к себе внимание, чего я не желал. Тем более их разговор был весьма скучен. Можно сказать, что они по очереди жаловались друг друга на бумажную рутину, которую начальство спустило на как лавину, на их головы.

Ну да, не может армейский порядок существовать без тоны отчетов и рапортов, в этом плане видимо у вояк тоже ничего не изменилось. Интересно они, наверное и песни поют, когда вечером строем ходят. С ухмылкой и легкой долей ностальгии, я вспомнил свою срочную службу в армии. Когда на крепком сорокаградусном морозе Екатеренбугра, от каждого источника света в небо уходят световые столбы и твоя рота идёт строем, выдыхая из‑за рта пар и отстукивая сапогами в такт ритму.

От размышлений меня прервали две молодые особы. Они с тарелками в руках, впорхнули в обеденную зону и замерли, хлопая глазками и выискивая свободное местечко получше. Мест было предостаточно, поэтому много времени у них поиск не занял. Они уселись через один столик, по правую сторону от меня.

Мне хватило короткого мгновения, чтобы рассмотреть девушек, которым едва исполнилось 20 лет и вновь удивиться, как разительно отличается постапокалиптическая Рязань от Воронежа. Девушки были в легких платьях, с гладковыбритыми ногами и без оружия, как будто из той жизни безмятежной жизни, которая у меня ассоциировалась с прошлым. И увидеть такое здесь и сейчас в настоящем, было весьма необычно и удивительно.