Рик приблизился к разрыву, усталым и рассеянным взглядом окинул склон оврага и торчащие из-под снежной крупы мелкие кустики, а затем быстрым движением наклонился и поднял что-то из-под ног. Я вытянула шею, чтобы рассмотреть – на ладони стража лежал странный треугольный камень чёрного цвета, оправленный в тёмный металл.
– Знак Гильдии призывателей, – сказал кто-то за моей спиной.
– Это не просто знак, – пояснил Рик, ощупывая грани амулета большим пальцем. – Это ключ. И он сделан с той стороны. Смотрите.
С этими словами страж бросил найденную вещицу точно в дымящийся разрыв, и портал мгновенно схлопнулся, поглотив камень. Не понадобилось ни особых заклинаний, ни порошка, который использовали Солнечные стражи для ликвидации пространственных дыр. Покончив с разрывом, Рик раскинул руки и произнёс обнаруживающее заклинание – и тогда я увидела не внутренним взором, а уже собственными глазами, что вдоль наших следов со стороны лесного домика, везде в воздухе тянутся дымчатые струйки, оставленные тенями.
– Это изучают на седьмом курсе факультета Мистики, – сказал он, глядя на меня с нескрываемым восхищением. – А ты увидела безо всякой подготовки.
Нора громко хмыкнула и первой затопала по снегу в обратную сторону. Эдвин тоже посмотрел на меня и очень тихо произнёс:
– Какой странный побочный эффект от… жизни среди эльфов.
Глава 19
Нора настаивала на том, чтобы в тот же день оставить стоянку и преодолеть путь до заставы Солнечной стражи – причудливой арки, которую можно было разглядеть с дозорной стены Ольдена. Я видела, что гордой и взбалмошной волшебнице неприятно моё общество, как и то, что большинство взглядов мужчин было теперь направлено в мою сторону. Эдвин в любую свободную минуту был рядом со мной, Рик расспрашивал об эльфийских книгах и заклинаниях жриц Нииры, а воины, не смыслившие в магии, попросту пытались шутить или заигрывать со мной, потому что им казалось, что я грущу.
Я помогала капитану Сандбергу подлечивать их теневые раны и слушала его терпеливые разъяснения о том, как действуют прикосновения некоторых теней на живую ткань. Подобно вампирам, которые высасывают из своих жертв жизненную силу вместе с кровью, тени отбирали у клеток живого тела энергию и лишали их жизненных соков. Такие раны следовало лечить в первые сутки после контакта, в противном случае в тканях начинались необратимые процессы гниения и отмирания.
– Вроде цветов, которые, если их полить сразу, поднимают бутоны, а если упустить момент – засохнут навсегда, – прошептала я, припомнив наши с Майей анютины глазки.
– У нас дома в саду есть розовые кусты, – задумчиво сказал Эдвин. – Их сажали мои родители, ещё до войны, а дедушка с тех пор ухаживает за ними. Если ты любишь цветы, то они понравятся тебе…
– Разве есть девушки, которые не любят цветов? – удивлённо спросила я, не прерывая исцеляющего заклинания: прозрачная золотистая дымка струилась с моих пальцев на обожжённое почти до самой кости плечо Рика.
– Даже в нашем отряде такая есть, – усмехнулся раненый маг. – Ни цветов, ни мужчин…
Я была уверена, что он нарочно сказал это погромче, чтобы поддразнить Нору. И это было излишне: волшебница и без того то и дело бросала на нас с капитаном пронзительные взгляды. Эдвин делал вид, что ничего не замечает, но я обострившимся восприятием предчувствовала назревающий взрыв. За ужином все забинтованные и обмазанные заживляющей мазью воины вновь оживились и принялись обсуждать подробности дневного сражения и гадать, каким образом знак Гильдии призывателей мог оказаться со стороны мира живых без своего обладателя.
– Лично я думаю, – едва прожевав, заявил беловолосый Аксель, – что они теперь нарочно будут дырки проделывать и демонов в наш мир запускать. В отместку за то, что Орден им причинил.
– И какой резон проделывать дырки в глухом лесу, где лишь Стражи, Хранители да редкие дикари и пробегают? – отозвался другой, крепкий мужчина, даже за столом придерживающий рукой верный двуручный меч. – Хотели бы отомстить, устроили бы дырищу в Железной крепости, у Вольдемара под носом!
– Может, беглец какой по Ничейным землям шастал и обронил свой амулет, – предположили с другой стороны стола.
Нора не поднимала головы от тарелки, но я видела, что она всё же слушает все рассуждения товарищей по отряду. Эдвин тоже молча жевал и время от времени тепло касался моего локтя, будто ему важно было чувствовать, что я нахожусь рядом.
– Что скажешь, Рик? – спросили наконец мага.
Он отхлебнул горячего отвара из кружки, утёрся рукавом, и я с удовлетворением отметила, что к нему возвращается живой румянец.
– А я считаю, что призыватель был на этой стороне. При помощи ключа он приоткрыл завесу, а тени ринулись оттуда и сожрали его подчистую. Вряд ли мы узнаем, для чего он пытался их призвать и по какой причине они не стали слушаться. Вы сами видели, что за твари нам сегодня попались.
Все призадумались и какое-то время только обменивались шёпотками. Аксель на всякий случай проверил обереги, но снаружи всё было в порядке: заново натянутый купол надёжно охранял наш лесной домик от нежданных гостей. Я вновь прислушивалась к себе: всё внутри меня было спокойно, моя маленькая дочка сладко спала. Только вокруг стола что-то продолжало потрескивать в воздухе, и я знала, что это молчаливое недовольство огненной Норы, и связано оно напрямую со мной. Как-то само собой получилось, что все снова развеселились: обсуждать тяготы сражений с тенями всем надоело, и кто-то из воинов вспомнил о том, зачем отряд путешествовал в земли Хранителей.
– Что же ты невесту не целуешь, а, капитан? – подшутил страж. – Зря мы её, что ли, спасали?
– Ну а ты что же, принцесса? Если нас стесняешься, то мы можем и отвернуться к стенке!
Я почувствовала, как к щекам приливает жар, и поспешно спрятала глаза. Эдвин обнял меня правой рукой и тут же приструнил оголтелых шутников:
– Вот на свадьбу придёте, тогда и посмотрите, а пока нечего завидовать!
Нора вскинула голову и с грохотом оттолкнула от себя тарелку с нетронутым ужином:
– Вы это всё серьёзно?
Повисла неловкая тишина – все посмотрели на волшебницу, которая уже встала из-за стола и теперь сверлила меня недобрым взглядом.
– Я была уверена, что всё это – приключение, капитан Сандберг! Авантюра, в которую мы ввязались потому, что нам надоели бесконечные патрули. Испытание, если хочешь. Вызов самим себе! Как же – Железная крепость, а затем замок Хранителей, а после, на закуску – сегодняшний бой с тенями. Отличная тренировка для отряда, капитан! Но свадьба?! Ты серьёзно?! Ты намереваешься жениться на этой девице? На этой соплячке, которая всю зиму неизвестно чем занималась с эльфами?
– Нора, замолчи сейчас же! – сурово сказал Эдвин, ударив по столу кулаком. – Замолчи и сядь на место.
– Все видели, как она висла на шее у эльфийского мага! – крикнула Нора, не обращая внимания на предостережение. – Или вы забыли, что эльфы всё ещё наши враги? А теперь эти тени, откуда вы думаете, они взя…
Её отчаянный голос вдруг прервался, и женщина схватилась за горло. Я успела заметить, как капитан произнёс короткое и резкое заклинание безмолвия. Теперь Нора не могла ни говорить, ни колдовать, только с трудом хватала ртом воздух и пыталась откашляться.
– Мы – отряд, и мы принесли друг другу клятвы, Нора, – громко сказал капитан. – Не нарушай их и не вынуждай меня их нарушать!
Рик и воин, что сидел сбоку от Норы, попытались усадить её обратно и успокоить, но она яростно вырвалась и бросилась к двери. По правде говоря, мне хотелось сделать то же самое: я чувствовала на себе пристальные взгляды. Да, я была для отряда Солнечных стражей чем-то вроде особого задания, но теперь именно я, вне всякого сомнения, стала причиной размолвки в отряде. И в том, что отважная и слишком горячая стражница вспылила и убежала совсем одна во тьму позднего вечера, виновата была тоже я.
– Я верну её, – быстро сказал Рик, одним движением перепрыгивая скамейку и край стола, но командир отряда остановил его.
