А ограничения связаны с мысленным контролем силы. Кто сказал, что я могу летать только на энергетической левитации? Любой антимаг может, если подпитывает канал бездны! Причём это будет работать в том же направлении «продавливания мироздания под себя». Мир будет перемещать тело.
— Я всё равно не уйду, — хихикнула Мэль. — Ты когда-нибудь поймёшь, каково мне сейчас. Надеюсь, к тому моменту превратности судьбы нас не разлучат. Смертные вскоре покинут тебя.
Собеседница не сомневалась, что в конце я смогу покинуть мир. Наверняка, не из предположения, что я не решусь сражаться до конца. Просто когда конец наступит, я выживу и пожелаю не просто умереть, а отомстить.
— Окружающие меня тоже могут… стать сильнее. Энергии много.
— Дело ведь не только в эфире и мастерстве наставника. Вообще-то от Сириона мне остался один ресурс, пригодный для перехода на стадию слияния — это когда дар неразрывно сплетается с душой. Я буду только рада, если его кто-то применит. Но без высочайшего уровня дара и потенциала это смертельно опасно. И всё равно это лишь ещё один способный сопровождать тебя, проклятый бессмертием.
Девушка замолчала, похоже, просто отдыхая, пока я раздумывал над сроками жизни и судьбами тех, кто лишился родного мира.
— Можно залезть не в своё дело? — спросил я. И после короткого кивка продолжил. — Как это происходило у вас? Человеческих миров… много?
— Весьма. Не спрашивай, кто нас расселил, не знаю. Причём наши ветки, как видишь, идентичны, — сказала Мэль и краем глаза заметив моё лёгкое недоумение и скошенный взгляд, усмехнулась. — Рога — это результат демонической искры. Сила и суть находят способ выражения. Это было так давно, что… я не хочу вспоминать. Много крови и битв. Желание во чтобы то ни стало отстоять мир, затем отчаянье и крах. Бег многих, ещё способных биться. О том, что было после… давай как-нибудь в другой раз.
Мэль уже сейчас неожиданно показывала слабость. Быть может, хотела казаться слабой. Хотя думаю, так просыпался внутренний укор за паранойю. А может быть ей уже всё равно, что о ней подумают в личном аспекте, если это не негативное качество.
Я оставался насторожен, но не более того. Без преувеличений, Мэль развернула ход событий на Земле. И если она делает всё это ради мести — пускай. Мне достаточно, чтобы она при этом не навредила моему миру.
Полулёжа в неожиданно удобной позе и привыкнув к грузу, я постепенно проваливался в сон.
* * *
[19 сентября]
Я пропал уже на пять суток. Не так уж существенно отличие по сравнению с четырьмя. Но вместе с тем дольше задерживаться не стоит. Моё состояние достаточно улучшилось, чтобы в крайнем случае сбежать.
Мэль заложила руки за спину, шагая передо мной, стоявшим наготове с Нихилимом.
— Итак, мой бесценный и любимый ученик, сегодня первый экзамен. Сверни антимагическое поле и ослабь поглощение. А чтобы мне было ещё легче, поверх него создай собственный энергетический покров.
Я сосредоточился, выполняя всё, что отрабатывал вчера и всё утро. Антимагия сейчас подчинялась особенно охотно и точно. Коснувшись спрятанного под одеждой белого медальона, закреплённого на длинной цепочке на уровне солнечного сплетения, я заставил его активироваться. Дар сразу стал ощущаться ещё чётче, а Ифрит добавил мне питания обычной маной.
Вокруг начало едва-едва мерцать белым.
— Уже лучше! Это облегчит дело! — улыбающаяся Мэль к этому времени уже достала большую тёмно-серую сферу, в которой едва заметно мерцали белые прожилки. Она заставила меня поддерживать состояние, пока вокруг долго разрасталась сложная фиолетовая печать.
На открытие портала ушло около двух минут. Вспышка, небольшой перепад давления и мы уже стоим посреди зелёного, слегка подсушенного поля.
— От этого можно получить зависимость, — ошарашенно сказал я, щурясь от яркого солнца.
— Согласна. Но даже с этой вещицей, телепортировать тебя сейчас сложно и затратно. Так что использовать её буду лишь по острой необходимости, — Мэль убрала артефакт в свою бездонную сумочку. Кто бы мог подумать, что «женская сумка, в которой можно найти всё, вплоть до крыла от боинга» окажется не совсем шуткой. — Люди должны быть недалеко.
Пространство засветилось, Ифрит появился рядом со мной и улетел на разведку. Разумеется, оставив Нихилим с нами.
Понимание, что сейчас небо мне недоступно вызвало резкий скачок мотивации и желания тренироваться. Поэтому я старался поддерживать контакт с даром и ощущать все его грани. Вот только интуиция говорила, что пока всё слишком гладко.
— Беспокойно. Почему бы богам не послать группу существ сотого системного уровня в дополнение к слуге?
— Большой расход энергии, мало толку, — Мэль похоже об этом вообще не беспокоилась. — Они так делали, когда проблема мелкая, но может перерасти в крупную. Почти всегда это означает потерю настолько низкорангового посланца, ведь ему придётся остаться в мире до конца. Опасайся жителей своего мира. Мне жаль, но так вышло. Они не виноваты.
Паршиво, но сейчас даже такую тварь как Эшли Хант уже не хочется убивать. Заставить отрабатывать, а не вредить людям — обязательно. Но она важна для обороны Земли.
Ждать долго не пришлось — я получил телепатическое сообщение о том, что Ифрит заметил пролом, около которого стоит автомобиль.
Мне пришлось вспомнить, каково это бегать ногами по Земле. Причём стараясь не испортить обувь. Мэль ждала меня на месте, шутливо послав вдогонку воздушный поцелуй и оставшись оберегать Нихилим, который я не мог ни отозвать, ни хотя бы облегчить.
Улучшенное тело пока казалось мне непривычным. Вместе с тем сейчас я мог прочувствовать изменения: ведь бежал я намного быстрее и легче. Магия до невероятных высот усиливала ткани — давала им сверхчеловеческие параметры. Но всё же оптимизация количества мышц оказалась полезна.
К пролому я успел вовремя, чтобы увидеть, как из него выбегают одарённые, неся раненных. А за ними вылезает закованный в броню великан. Тело пятиметрового гуманоида покрывала короткая шерсть. Он носил одежду из сшитых шкур и орудовал солидной дубиной.
— Отступаем! Джавид, заводи машину, мы их отвлечём!
У группы дела шли паршиво. Светящийся аурой великан ускорился и уже собирался расплющить командира дубиной. Слишком медленно и слабо — ничтожный противник.
Насекомое на фоне Оркуса и Рэвена.
Сейчас разница сил ощущалась невероятно остро. А ведь когда-то я счёл бы великанов опасными противниками.
Я встал на пути и поймал дубину свободной левой рукой. Меня вдавило в мягкие подошвы спортивной обуви и уже затем в землю. Сзади слышался нечленораздельный крик.
Оттолкнув примитивное оружие, я выхватил один клинок ши. Прыжок вперёд, один взмах и голова великана повисла на лоскутах кожи.
Как раз показался второй и хотелось совершить воздушный манёвр или просто послать слабенькую искажающую сферу. Однако вместо этого пришлось сначала приземлиться и подпрыгнуть над широким замахом такой же дубиной вдоль земли.
Первый удар отсекает ногу, а уже затем подпрыгнуть и разделить надвое черепушку. И всё это с максимальным поглощением маны. Поток казался просто жалким.
Пролом начал коллапсировать и я убрал меч.
— И вы не смогли убить этих двоих? — спросил я, повернувшись к ошарашенным людям, таращившимся на меня. Хорошо, что активировать Регалию легко и переводчик работал.
Желания схватиться за оружие или иных признаков наличия на мне красной метки пока не наблюдалось. Но требовалось всё уточнить. В группе из семи одарённых, у двоих были переломы конечностей. Но их жизням ничего не угрожало.
— Резервов не хватило, господин… — оправдался один, худощавый смуглый мужик. — Слишком прочные двое главных.
— А вы случайно… не антимаг? — узнал меня бородатый. — Ну точно! Слава вашему дому! Вы спасли нас!
— Просто проходил мимо, — сказал я, и подошёл, предложив пожать мне руку.
Мужчина обрадовался и ответил мне крепким рукопожатием.
