Мешок – Гюрза (СИ) - Шоумент Винсент

— Принято,— парень с АК-74М кивнул и развернулся в сторону, тут же переговариваясь с двумя товарищами.

Войла отошёл, сразу начав подбивать клинья и к другим, молодым и перспективным бойцам. По итогу набралось четверо человек совершенно разных мастей, незнакомых друг с другом, и вот эта вот компания из пяти товарищей. Когда выбранные бойцы были приглашены на стоянку, Войла и Капля быстро покинули лагерь, чтобы не мозолить местным зашибалам глаза. Те очень быстро отбирали себе заряженных бойцов, не давая ни малейшего шанса караванщикам оторвать себе самую выгодную охрану.

Евгений и Войла подготовились к приёму основательно. В этот раз в обязательном порядке участвовала Анзаи, так как отбор был финальным, и после него будет производиться переучёт имеющегося вооружения.

Гуляев выделил себе небольшой стол в старой стойке полусгнившего тира, и под удобным навесом разложил журнал для Анзаи, журнал для себя и терминал, который ему заботливо выделил Дактир. Всё-таки поточная деятельность вынуждала обзаводиться общим счётом и БД, которые необходимо было вести.

Мариа не была рада своему боевому крещению. Но старалась не подводить Войлу. И хотя он отчётливо видел, как та чувствовала себя неуверенным буйком в воде, покачивающимся то в одну сторону, то в другую, Гуляев всё равно не спешил её ругать. Пускай для начала наберётся опыта. Поглядит, как работает он, а потом сама переймёт часть его привычек и приёмов.

И вот на парковку наконец-то ввалилась группа из девяти человек.

Все, услышав указание Капли, направились к стойке тира. Парни сразу же расслабленно разложились вокруг. Они уже были на опыте и знали, что оформление бойца в БД терминала могло занимать много времени.

— Ну что, папаша, вот и мы,— кривозубый подошёл к стойке первым. Кажется, был он парнем без тормозов. Это отчётливо чувствовалось в какой-то внешней его ауре. Уверенная стойка, широкие плечи, улыбка и глаза, которые одновременно полны задора и одновременно полны решительности к действию.

Такое было Войле по нраву.

— Начнём…— Войла взял в руки карандаш и поднял взгляд на кривозубого,— Фамилия, имя, отчество, звание, если есть, род деятельности, срок пребывания в мешке, позывной?

— Жигалин Пантелеймон Евстигнеевич, ефрейтор. В мешке пять лет, последние три года работал водителем в караване, сейчас вышел из него. Позывной — Нигилист.

Войла внимательно записывал. Параллельно тому, как чеканил текст, удивился инициалам Нигилиста. Что фамилия, что имя, и тем более отчество, были довольно необычными. А позывной хорошо связывался с тем, что он отрицал любые утверждения своих товарищей, выговаривая лишь сухую, твёрдую как камень правду.

— Принят. Положи удостоверение.

Жигалин кивнул и достал карточку, уложив рядом с Войлой. Следом подошёл его товарищ, которого Нигилист резво потрепал по плечу, гыгыкая.

— Ворошилов Михаил Ефимович, ефрейтор. Организовывал и курировал группу охраны каравана, в мешке пять лет. Позывной Тесак.

— Вы все с одного пекла что ли?

— Ага. Все разом сюда попали. Впятером. На одном бусе ехали, и вот оказались здесь,— подтвердил Тесак, кивнув головой.

— Ну, принят. Разлучить я вас всех конечно не смогу, но спрашивать за распиздяйничество и пиздёж на рабочем месте буду по-официальному. Так что смотрите мне,— Войла записал данные и как бы слегка повернул журнал к Анзаи. Та быстро пробежалась взглядом по информации и тому, как её записывал Войла.

Девушка легонько кивнула.

Войла тоже кивнул. В его планах было передать на растерзание оставшихся четырёх неопознанных бойцов, а этих пятерых он оформит сам.

Тем временем к стойке подошёл третий боевой товарищ группы.

— Ермаков Изот Владимирович. Ефрейтор, заместитель куратора группы охраны. В мешке пять лет, позывного нет. Так и зовут — Изот.

Войла кивнул. Увидев протянутую Изотом карточку, отодвинул её к остальным.

За ведущей троицей подошли двое более хиленьких бойцов. По ним было видно, что они не на таком опыте, как эта троица.

— Кулаков Станислав Исаевич. Рядовой, стрелок, позывного нет. В мешке пять лет,— Кулаков протянул свою карточку, а за ним сразу же встрял пятый боец:

— Мошкин Архип Ильич, тоже рядовой-стрелок, позывной — Туша. Пять лет.

— Ну все как на подбор, орлы. Можете быть пока свободными. Сдайте всё личное оружие на переучёт, можете пока просто положить возле ящиков на брезент,— Войла махнул рукой к двум ящикам, где было припрятано вооружение каравана. Пятеро почти одновременно кивнули и, разговаривая, приступили к разоружению.

Войла облегчённо вздохнул.

Теперь выдалась свободная минутка, чтобы занести всех бойцов в терминал. И пока сталкер этим занимался, Мариа изучала записи в его журнале. Вернее то, как он вёл учёт бойцов. Конкретно в его случае он быстрым, почти филигранно ровным очерком начертил семь колонок.

И почти сразу же, в колонке «должность», из ёмкого рассказа бойцов о своём роде деятельности, он их назначал на конкретную должность.

Например, Нигилиста сразу же записал в водители, Тесака — в командира штурмовой группы, Изота — в командира резерва. Остальных двух закинул по двум отделениям. Тушу в первое, к Тесаку, Кулакова во второе, к Изоту.

Исходя из этого, Мариа сразу поняла, что вместе близко знакомых ставить не стоило. Да, было бы хорошо — слаженная работа, взаимопонимание, всё такое. Но если группа людей объединяется, она начинает толкать свои интересы. Если группа толкает свои интересы — это ведёт к разногласиям. Разногласия к конфликту, конфликт к рукоприкладству, рукоприкладство к порке, порка к… А впрочем, это уже совсем другая история, которая всё-таки больше относилась к ремеслу Анзаи. Смысл был в том, что допускать слишком близкого расположения знакомой друг другу группы людей нельзя, и Мариа сразу это подчеркнула.

К стойке вскоре подошёл паренёк из тех четырёх простачков.

Он быстро распространился о своих инициалах, роде деятельности, но… Даже пока Анзаи не начала записывать, Войла сразу же сказал ему дуть на выход. Ничем не примечательный типа «стрелок» ему не был нужен, у которого из обучения, как оказалось, были только страйкбольные курсы. Хотя ходил парень с довольно видным оружием. Возможно, стырил у старших, ну или просто совершил неоправданно дорогую покупку, которую не мог по науке применить.

Следующий кандидат был уже более внушающим доверие.

Хорошая физическая подготовка, вооружён хорошим стволом, с очень тактичным складом ума. Ну просто святой человек. И всё-таки с дерьмецом.

— А что по зарплате?,— вопросил боец, равнодушно нахмурив брови.

До настоящего момента никто не интересовался зарплатой каравана. Все и так понимали, что финансы здесь в ходу большие. Да, не суперогромные суммы, Дактир пока ещё мешки с камнями не ворочал. Но всё равно все были при деле, сыты и имели возможность ещё и по развлечениям разойтись в мирное время.

А если даже кто-то и интересовался, то уже сугубо после окончательного вступления, просто для общей картины финансовых доходов отряда.

И вот объявилось это чучело. Боец активно что-то пытался доказать Анзаи, в то время как она по возможности молчала и особо слов поперёк не вставляла. Больная привычка молчать, оставшаяся с публичного дома, явно обязана быть искоренённой. Но этим Войла займётся потом.

Сейчас же он оторвался от терминала, закончив с заполнением БД и сканированием удостоверений, глядя на всё больше наглеющего бойца.

— А тебя чё, торкает, сколько тебе бабок дадут? А вдруг голодный год, а работать надо?,— нахмурившись, прорычал Войла.

— Да? Голодный год? Здесь?,— с насмешкой вопросил парень.

— Ага. Вот так вот жрать нечего будет, а вкалывать надо. Что тогда? Из-под НЗ начнёшь деньги тащить?

— А может и начну! А потом, может, вообще в будущем денег никаких не будет!

— Да ты шо, и в будущем тоже? Пшёл-ка ты нахер отсюда, пока я тебя не выпинал.

— Ох-ох. Хоть бы не развалился,— боец закатил глаза и выставил вперёд руку, чуть ли не прямо в лицо показывая Гуляеву средний палец.