— Найдутся, а как же, — сказала Вита. — Моя одноклассница обзавидовалась уже, и младшая сестра её тоже. Прискочат сразу, если позвать.
— Вот и замечательно. И ещё…
Сделав паузу, я спросил:
— Раз такое дело, дамы, как вы насчёт того, чтобы вступить в клан? Сейчас он расширяется после долгого перерыва, а вы приносите реальную пользу. Обязанности — те же самые, что и раньше, с поправкой на новую разновидность цветов.
— А браслетик можно будет носить? — мгновенно спросила Вита. — Или он тоже будет секретный?
— Браслетик — можно, — заржал я. — Хвастайся, сколько хочешь.
— Тогда согласна!
Она опять подскочила от избытка эмоций, а её мать сказала с усмешкой:
— Не буду врать, Вячеслав, браслет меня меньше интересует. Но если уж вступать, то лучше вдвоём. Иначе наш деревенский бомонд решит, что Виту вы приняли за другие заслуги. Хотя в любом случае пойдут сплетни…
— Они с прошлого раза ещё пошли, — пробурчала Вита. — И что теперь — под стол от них прятаться? Я браслетик хочу!
— Сегодня же сгоняем к нотариусу, — сказал я. — А пока — беги к своей однокласснице и тащи её к бургомистру. Оформим, что она тебя замещает. Я к нему тоже сейчас наведаюсь.
Бургомистр пребывал в административном раже. Оторвавшись от телефона, он сообщил мне, что туристический поток нарастает и это в целом нашло поддержку у местного населения, за исключением отдельных несознательных элементов.
Вита привела фигуристую блондиночку с томным взглядом. Та заверила, что готова доить туристов. Ну, в смысле, оказывать им квалифицированные услуги в экскурсионной сфере, вот прям хоть сразу.
Когда я вышел от бургомистра, на площадь как раз выруливал знаменитый автобус с аэрографией на борту. Он не был набит битком, но и порожняком не гонял — привёз полтора десятка экскурсантов из города.
Из-за руля вылез Джилмер. Мы поздоровались, и он рассказал, что водит автобус попеременно со старшим сыном. Раньше они вдвоём чинили машины, но автовладельцев в деревне мало, поэтому и возник автобусно-туристский прожект. Я пообещал подогнать им назавтра тачку на техобслуживание.
Вернувшись в имение, я нашёл Финиана в библиотеке и поделился новостью насчёт вереска с серебряными цветами.
— Гм, — сказал Финиан, — вот это сюрприз. Хотя, при желании, в этом можно усмотреть некоторую логику… Серебрянка — минеральный пигмент, мощнейший, и его вызревание могло всколыхнуть весь фон на материке. А магические растения чувствительны, как антенны, реагируют быстро… Это лишь версия, разумеется. Хотелось бы знать, наблюдается ли нечто подобное в остальных растительных кланах. Вряд ли у нас тут есть какое-то преимущество…
— А вот не скажите, — возразил я. — Наш клан сейчас — самый быстрорастущий. Вырос за год в два раза. По абсолютным цифрам — всё те же крохи, но динамика мощная. В информационном поле мы — самая заметная клякса. Ну, или самый сильный магический магнит, образно выражаясь. И если уж серебрянка притягивается к чему-нибудь, как железо, то она притянется к нам.
Финиан усмехнулся:
— Ловкое объяснение.
— Тоже в качестве версии, — сказал я. — Утверждать не берусь, естественно. А в практическом плане — теперь ваш ход. Серебрянку надо извлечь из вереска, когда травницы его соберут.
— Это будет интересный эксперимент. Подготовлю лабораторию.
Химический инвентарь для работы с краской хранился у Финиана в пристройке, позади дома. Я туда не совался.
Усадив Бинну с Витой в кабриолет, я повёз их в город. Мы прокатились с ветерком, а затем, заглянув к нотариусу, оформили их вступление в клан. Наведались в ювелирную мастерскую, я заказал браслеты, а ближе к вечеру мы втроём посидели в ресторанчике, отметили достижение. Парочка посетителей узнала обеих дам. Бинна лишь вздохнула, а Вита наслаждалась моментом.
На следующий день я забрал браслеты, вручил их травницам. Машину же отогнал в мастерскую к Джилмеру, чтобы тот её осмотрел. Она вроде выдержала мой автопробег с севера на юг, но я слабо представлял, каковы ресурсы у здешней техники, и решил — лучше перебдеть, чем сломаться где-нибудь на обратном пути.
Начался сбор вереска.
Собственно, процедура не отличалась особыми спецэффектами. Вита с Бинной переходили от вешки к вешке, аккуратно срезали стебли с соцветьями, а мешки за ними таскали двое местных парней. Я тоже поднялся к ним, постоял рядом с умным видом. За нами снизу наблюдали туристы — их в эти дни набралось особенно много. Пик сезона, понятно. В деревне ради такого дела соорудили дополнительный павильончик — столы и лавки под тентом, плюс бочка с пивом.
Когда мешки доставлялись в лабораторию, мы с Финианом ещё раз осматривали магический урожай и сортировали. На серебрянку приходилась примерно пятая часть от всех собранных соцветий. Визуальных отличий при этом не было, если смотреть без следопытского зрения.
Финиан принялся экспериментировать. Впрочем, как оказалось, новую технологию изобретать не надо. Серебрянка из цветков добывалась по тем же принципам, что и обычный эффектор, через биохимическую переработку. Финиан попытался объяснить мне детали, но я технично сбежал.
Пролетали дни.
Пару раз я связывался по телефону с Нэссой, но важных новостей у неё за это время не появилось. Мне отзвонился Даррен — тоже ничего нового. И с Рунвейгой мы пообщались, она уже вернулась в столицу.
Финиан наконец-то продемонстрировал результаты.
Те выглядели скромно, на первый взгляд. Но если сравнить с предыдущим годом, когда сбор вереска был почти нулевым, прирост наблюдался явный.
Серебристых кристалликов набралось на четыре столовых ложки, а лиловых — на все шестнадцать. Финиан разложил всё это по маленьких пузырькам. Часть спрятал у себя в сейфе, однако львиная доля досталась мне. Мы оба понимали — если и предстоит активное применение, то, скорее всего, в столице.
Лето заканчивалось.
Я собрал вещи, а напоследок Финиан мне сказал:
— Обдумываю снова и снова вашу гипотезу о том, что серебрянка притягивается к самому быстрорастущему клану. Если из этого исходить, то вроде бы напрашивается вывод — надо активнее зазывать к нам новых людей. Но этот подход, по-моему, слишком механистичен. И его эффективность представляется мне сомнительной.
— Да, наверное, — согласился я. — К нам, грубо говоря, шли не карьеристы, а те, кого маленький клан устраивал. Получился кружок по интересам, в каком-то смысле. Рост был не чисто экстенсивный, а как бы концентрированный. Может, поэтому суперкраска к нам примагнитилась. Так что не собираюсь никого искать специально, буду как и раньше — по ситуации.
— Думаю, это будет разумно.
Мы попрощались, я сел в машину и не спеша пересёк деревню. Туристы ещё не подтянулись из города — я выехал пораньше. На площади грузился пёстрый автобус, чтобы отвезти местных на работу в долину. Я махнул Джилмеру, сидящему за рулём, и он тоже поприветствовал меня взмахом.
Вскоре я уже вырулил на шоссе и прибавил газу.
Чем дальше я гнал на север, тем сильнее желтела вокруг листва. Постепенно становилось прохладнее, и я поднял крышу автомобиля. Асфальт был всё ещё сух, но ближе к столице уже громоздились тучи, и осеннее солнце выглядывало в просвет.
Наконец я припарковался во дворике доходного дома, где теперь жил. Занёс в квартиру багаж и спрятал краску в сейф, установленный ещё летом. Устал с дороги, поэтому спать лёг рано. Остался день до начала нового учебного года.
Наутро я не спеша позавтракал в ближайшем бистро, а затем отправился в кампус. Первым делом поднялся в свою бывшую комнату.
— А я уж подумал, что тебя выперли, — сказал Бруммер. — Вещей-то нет.
— Да, теперь ты тут один на хозяйстве. Гуляй, рванина.
— Давно бы так. Мог бы и раньше квартиру снять или сразу дом. А то деньжищ у тебя — полные карманы, а ты тут торчишь, глаза мне мозолишь.
— Знал, что ты меня ценишь, друг.
Я зашёл к Рунвейге и Уне, которые теперь стали соседками. Барышни уже познакомились и о чём-то оживлённо трещали. Расцеловавшись с ними, я констатировал:
