"Фантастика 2025-78". Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Бердникова Татьяна Андреевна

Все, каждый из них сейчас ожидал подвоха, никто не мог поверить в то, что в душе Альберта, в душе этого жестокого мастера вдруг нашлась маленькая частичка благородства. Девушка, подумав о том, что фактически сейчас отец приносит себя в жертву ради ее сына, почувствовала, что на глаза наворачиваются слезы и торопливо отвернулась. Она не хотела смотреть.

Она не видела, как Эрик и Луи подошли к Альберту и, переглянувшись, неуверенно подняли кинжал. Не видела, как мастер развел руки шире, немного запрокидывая голову, открывая, подставляя грудь для удара.

Не видела, как братья, оба ощущающие себя на редкость отвратительно, стиснули зубы и, размахнувшись, нанесли удар…

Слышала, как глухо охнул Андре, слышала звук падения чего-то тяжелого на пол…

А после все вокруг вдруг как-то смазалось, закрутилось бесконечным хороводом красок, и Татьяне неожиданно вновь показалось, что она летит в пропасть, что она падает и ничто не способно удержать ее.

Голова кружилась, к горлу подкатывала тошнота, руки и ноги немного дрожали и она, боясь упасть, все сильнее цеплялась за Влада, которого и не видела толком во всей это свистопляске, только смутно ощущала его.

Круговорот все усиливался, на небе, казалось, непрестанно менялись солнце и луна, и смывалась, смывалась кровь с последней, исчезала, испарялась, вновь открывая светлый лик ночного светила. На ум пришли слова странного пророчества, что-то о том, что луну надлежит очистить от крови, что нужно пройти по морям, волна за волной, чтобы прийти к цели…

Девушка мотнула головой.

Пророчество было исполнено. Альберт был мертв и все было кончено.

Глава 24

Огромный средневековый замок снова высился на склоне холма.

Блестели в лучах заходящего солнца витражи, загораживали чистое небо высокие башни, темнел над входными дверями знакомый до боли герб — все было так же, как и прежде, все вернулось на круги своя.

Вокруг тихонько шумел лес, полный птичьего гомона, а на холме, на площадке перед замком несколько молодых людей с восторгом рассматривали свою вернувшуюся из небытия вотчину.

Высокий блондин, хозяин замка, граф де Нормонд, расправив плечи, приобнял подошедшую к нему супругу и, окинув величественное строение долгим радостным взглядом, устремил его на окружающих его друзей и родственников.

— Вы помните?.. — негромко вопросил он, вглядываясь в каждого из них, — То… что было там? Помните?

— Я-то точно помню, у меня вообще память хорошая, — мигом отозвался его младший брат, виконт де Нормонд, — Вот насчет остальных не уверен, у них могут быть и провалы. Ох, как же хорошо наконец-то оказаться дома! Разве со мной никто не согласен?

— Да все с тобой согласны, Роман, — девушка, прижимающаяся к молодому графу, широко улыбнулась, окидывая взглядом всех своих друзей. Она, единственная их всех, ощущала себя не слишком хорошо, чувствовала головокружение и тошноту, однако, прекрасно понимая их причину, только радовалась этому. Мир, перевернутый с ног на голову, отступал все дальше в прошлое, жизнь возвращалась в свое русло и молодая графиня была совершенно счастлива этому.

Стоящий неподалеку, явственно утомленный, длинноволосый мужчина глубоко вздохнул и, запрокинув голову, широко улыбнулся солнцу.

— Даже воздух дома какой-то другой, не то, что в этом затхлом подземелье!

— И уж тем более не то, что в клетке, — подал голос другой мужчина, черноволосый, полуголый, лохматый, недовольно растирающий запястья и шею. Что на первых, что на второй виднелись красноватые отметины — след от недавно охватывающих их кандалов.

— Кто еще прибавит что-нибудь умное по существу вопроса? — Роман заинтриговано огляделся, пытаясь понять, кто же из его друзей и спутников еще не высказал своего авторитетного мнения, — Владислав? Как вам процесс возвращения в родные пенаты?

— Процесс приятным назвать затруднительно, но результатом я доволен, — высокопарно отозвался молодой человек и, набрав в грудь побольше воздуха, мечтательно оглядел замок, — Нормонд в предзакатном свете… Волшебное зрелище, когда-нибудь я обязательно изображу это на холсте. А еще мне все-таки любопытно, где теперь искать мотоцикл…

— На дне морском, — легко отозвался худой молодой человек и, ухмыльнувшись, взъерошил собственные, чуть вьющиеся короткие волосы, — Уверен, в Кале не были рады лицезреть твой металлолом, вот и вышвырнули его. А теперь он засоряет океан… — юноша печально вздохнул и, пытаясь скрыть улыбку, изобразил величайшую скорбь. Правда, довольно быстро забыл о ней, устремляя все свое внимание на замок.

— В гостях можно подраться, а дома лучше… — задумчиво проговорил он и, улыбнувшись на сей раз уже широко и искренне, даже немного потянулся, — Дома очень хорошо!

Татьяна, которую в данный момент раздирала на части смесь самых противоречивых чувств, начиная от безмерного счастья и заканчивая глубоким горем из-за гибели отца, тихонько вздохнула и, силясь отвлечься от печальных размышлений, еще раз окинула долгим взглядом всех, кто собрался сейчас перед замком, мысленно пересчитывая их.

— Подождите… — одного человека неожиданно не хватило, и девушка нахмурилась, — А где же Чарли?..

Дверь замка скрипнула, немного приоткрываясь. Из-за нее, являясь, как ответ на вопрос девушки, выглянула чья-то светлая, взъерошенная шевелюра; послышался слабый, какой-то замученный, очень знакомый голос.

— Тут…

Все взгляды обратились к нему. Из замка, будучи единственным, кто, очутившись в этом мире, попал прямиком внутрь древнего строения, цепляясь за его дверь, кое-как выступил молодой человек, светловолосый, высокий, голубоглазый и совершенно измученный. Судя по всему, процесс изменения мира на него повлиял сильнее, чем на всех прочих — то, что парень слегка помят, было видно невооруженным взглядом.

Он неуверенно оглядел собравшихся перед замком друзей, поднял голову, изучая небо, рассматривая замок за своей спиной и, наконец, осознав возвратившуюся к истокам реальность как факт, медленно выдохнул.

— Ох… наконец-то дома…

Роман, как один из самых неугомонных обитателей этого самого замка, насмешливо и самодовольно хмыкнул, скрещивая руки на груди.

— Все заметили? Он уже считает наш замок своим домом!

— Знаешь, уж лучше Нормонд, чем… — Чарли на мгновение примолк, затем недовольно дернул плечом, — «Semper Vivens».

Девушка, и в самом деле несколько отвлекающаяся от грустных размышлений, тонко усмехнулась, кусая губы, чтобы сдержать смех.

— А мне-то казалось, ты любишь этот корабль… — задумчиво протянула она, возводя очи горе. Видеть, как закоренелый пират вновь становится милым и добрым доктором, было действительно довольно забавно. Экс-разбойник нахмурился.

— Я не пират! — он всплеснул одной рукой, второй продолжая цепляться за дверь, — Я — врач, я не убиваю людей, а помогаю им!.. Хотя… — он внезапно поник и тяжело вздохнул, — Пожалуй, мне будет этого не хватать.

— Корабля или?.. — Эрик вопросительно приподнял бровь. Ему, не успевшему привыкнуть к Чарли-пирату, сейчас видеть его возвращение к амплуа доктора не было особенно забавно, было скорее радостно.

Чарли помолчал, как будто собираясь с мыслями, затем обреченно опустил плечи и безрадостно усмехнулся.

— Пиратства, — горько признал он, — Мне будет не хватать этой свободы. Этого чувства, когда стоишь на мостике, а вокруг одна лишь морская гладь… И черти выполняют все команды, — на губах молодого человека возникла задумчивая улыбка.

Винсент, для которого этот парень всегда был другом несколько большим, чем для прочих, хотя бы ввиду того, что некогда спас ему жизнь (тогда хранитель памяти еще не знал о собственном бессмертии), мягко улыбнулся и согласно кивнул.

— Понимаю тебя. Мне ведь тоже довелось познать прелести пиратской жизни… — он элегически вздохнул, на миг поднимая глаза к небу, и с неожиданным интересом вновь воззрился на собеседника, — Кстати, Чарли, я же хотел спросить… Как ты так вовремя ухитрился заявиться, чтобы помочь нам? Это было очень кстати.