Стальной рыцарь (СИ) - Свадковский Алексей Рудольфович

— Подумаю, пока придержу для себя, — чуть подумав, ответил я.

А хозяин ломбарда, не дослушав моего ответа, потянулся к следующему предмету.

— Так, а это что у нас? — он подтянул к себе перстень, внимательно оглядел камень, вставив ювелирную лупу в глаз. Затем осторожно извлек его из оправы, положил на крохотные весы и долго игрался с гирьками. Потом, подумав, достал мощную электрическую лампу и направил ее на камень. И тот внезапно засветился, словно маленькое солнышко, внутри которого забегали крохотные искорки.

— Саттурит, — наконец он вынес свой вердикт. — Скорее всего, готовили под контрабанду, поэтому и маскировали под украшение. Похож на наш сапфир, но может аккумулировать в себе силу, выступая ее естественным накопителем. К продаже частным лицам и вывозу за пределы государства строго запрещен. Подлежит обязательной продаже в государственную заготовительную контору иномировых ресурсов. Товар крайне редкий, — он задумчиво пожевал губами. — За продажу не возьмусь, слишком опасно. Вещь горячая, за такую легко голову потерять вместе с руками. Но вам, как Одаренному, сгодится для многих дел. Только светить настоятельно не рекомендую.

— Спасибо, — ответил я, по-новому взглянув на вещь, лежащую передо мной.

Интересно, а где его Колыма сумел раздобыть и у кого? Скорее всего, в каком-то из банков, ограбленных им, например, в чьей-то ячейке. Или случайно при ограблении поездов. Впрочем, ответы на это я уже не узнаю.

Так, здесь все. Попрощавшись с хозяином и его супругой, вышедшими меня проводить, я направился в банк. Снова извозчик, и снова — недолгая, правда, дорога, которую можно было бы проделать и пешком, если бы я знал, куда идти.

Высокое просторное здание встретило меня блеском стекла, обрамленного кованым металлом, суровым взглядом охранников, стоявших у входа, и щебетом улыбающейся девушки-кассирши в стеклянном окошке, принявшей из моих рук казначейский вексель на выплату награды за закрытый пробой и сданную голову монстра.

Документ тщательно изучили, затем взяли капельку моей крови, смешали с реактивом и капнули рядом с той, что красовалась на векселе, выданном мне, кажется, годы назад майором Шапошниковым. Отпечаток проявил алый цвет. Управляющий, вызванный для подтверждения, кивнул и поставил штемпель на векселе. А следом тонкие девичьи пальцы начали отсчитывать ассигнации.

Дождавшись, когда мне их протянут, я уточнил:

— А можно у вас снять банковскую ячейку?

Получив подтверждение и подписав договор на год, спустя полчаса я стоял в банковском хранилище и складывал внутрь все то, что не хотел бы держать при себе, привлекая внимание чужих глаз и рук. Стеклянная ампула с живой опустилась внутрь металлического ящика. Рядом с ней лег перстень и золотые часы — ни к чему мне это сейчас. Туда же отправилась расписка Соломона Марковича за оставленные ему украшения на продажу и один из грозовых камней, обмотанных изоляцией. И, наконец, самое ценное, что у меня на сегодняшний день есть, — жезл верховной жрицы, найденный мной на верхушке храма.

Я взглянул на содержимое ящика и довольно улыбнулся: а не так уж и мало нажил. Думаю, папа бы мной гордился.

Так, еще один камень сброшен с души, и больше не нужно переживать за собранное. Осталось решить последнее из дел на сегодня. Снова извозчик, снова в дорогу — до складского комплекса братьев Емельяновых.

Приказчик скептически посмотрел на меня и уточнил:

— Всего на год? Небольшое сухое, чистое помещение и короб для хранения инструментов?

— Все верно, — я кивнул, подтверждая сказанное.

Он открыл складскую ведомость, пробежался по ней глазами и, наконец, ткнул в один из квадратиков на схеме складского комплекса:

— Есть у меня подходящая каморка. Думаю, как раз для вас подойдет. Небольшая кладовка, два на три метра. Там у нас раньше геологи свои инструменты хранили, но всю их партию твари в лесу сожрали, так что место теперь свободно. Там как раз пара ящиков и шкаф для одежды есть. Родственники помещение от вещей уже должны были очистить. Цена — два рубля в месяц, контракт заключаем не меньше чем на год.

— Меня устраивает, — согласился я. — Могу внести оплату за полгода вперед.

— В таком случае мы предоставим скидку в пять процентов от всей суммы, — сказал, чуть подумав, управляющий. — Ну что, будем смотреть?

Я кивнул и последовал за управляющим, взявшим небольшую связку ключей из шкафа рядом со столом. Недолгая прогулка по широкому круглому зданию, где постоянно сновали люди, что-то занося, что-то унося, грузчики сгружали с телег тяжелые деревянные ящики, мотоповозка, стоящая с открытым бортом, шумно тарахтела, и в нее по пандусам закатывали металлические бочки.

— Прибыли, — управляющий замер возле деревянной двери. Немного повозившись с навесным замком, он наконец открыл дверь, и я увидел небольшую клетушку с распахнутым ящиком для одежды и парой пустых открытых сундуков. В углу лежали забытые всеми куски породы.

Управляющий, увидев их, неодобрительно качнул головой:

— Вот же люди. Могу прислать уборщика, чтобы это все вынести.

— Ни к чему, — махнул рукой я. — Моим инструментам они не помеха.

— Прежде чем подписать договор, я должен убедиться, что вы не будете здесь хранить взрывчатые, химические вещества, а также иномировые предметы, — напомнил управляющий. — Человек вы новый, и доверия вам нет.

— Ваше право, — я поставил свою сумку на пол и широко ее раскрыл. Наверх лежали замызганные маслом плоскогубцы, молоток, россыпью торчали отвертки, мотки проволоки и прочее нужное в хозяйстве любого мужчины.

Управляющий, брезгливо взглянув на это, качнул головой:

— Хорошо, оставляйте. Договор подпишете уже в конторе, там же и внесете плату.

Я кивнул и взял протянутый ключ. Дождавшись, когда он выйдет, осторожно разложил рассыпанные в сумке инструменты на дне сундука — мой внутренний перфекционист мне бы не простил такого отношения к инструментам.

А что до взрывчатки и гранат… Я огляделся по сторонам. Мой взгляд зацепился за куски породы. Идеально. Деревянная коробка с динамитными шашками и несколько гранат, завернутых в мешковину, отправились туда. Если вдруг что и их найдут — буду все валить на погибших геологов. Им уже точно все равно, да и по специфике их работы им как раз и положено возиться с подобным. «Откуда подобное может быть у меня, господин жандарм?» — главное не забыть при этом невинно похлопать глазами. Мысленно улыбнувшись возможному разговору, я продолжил заниматься делами. Шкатулку с взрывателями и бикфордов шнур — туда же. Странно будет, если их найдут среди моих вещей.

Кажется, все. Оглядев дело своих рук, я довольно кивнул головой. Открыв дверь, заметить что-либо подозрительное сложно. А подробно копаться в вещах вряд ли будут. Все-таки охрана на складе есть, да и хозяева несут ответственность за сданное им на хранение.

Пора. Глянув на часы, я заторопился на выход — у меня еще оставались дела на сегодня. Нужно как минимум в лавку заехать и прикупить что-нибудь поесть, а то с этой суетой я даже пообедать не успел. А по пути надо в контору забежать, забрать свой экземпляр договора и заплатить за склад.

Подъезжали мы уже в темноте. Рассчитавшись с извозчиком, я показал караульным на входе временный пропуск, затем выслушал нотацию о том, что вход в академию после шести запрещен. Извинился, объяснив, что я этого не знал — первый день здесь. И после был милостиво пропущен на территорию академии.

А дальше, минуя плац, направился прямиком к казарме — там у меня оставалось еще одно дело.

Глава 15

Золотой кругляш покатился по поверхности стола и затем был стремительно накрыт покрытой волосами рукой, внимательно изучен и даже опробован на зуб. И лишь после детальной проверки на меня соизволили посмотреть.

Пожилой мужчина в выцветшей от времени форме с погонами старшего прапорщика выглядел внушительно: широкие плечи, тяжелый взгляд, грудь, на которой в ряд висели боевые медали и Георгиевский крест. Он внимательно меня изучал, словно профессор биологии рассматривал сквозь лупу ранее не виданную им мошку.