И он выработал новое решение — начал кататься по земле, чтобы затруднить мне прицеливание в его башку.
Но я предвидел такое развитие событий, поэтому сбегал к бревенчатому дому и поднял с земли крюки с цепями.
Цепляю крюки к сети, а затем хватаюсь за противоположную часть цепей.
— Ну, взяли! — воскликнул я и начал тянуть.
Цепи перехлёстнуты через железный столб — раньше это была водяная колонка, из которой сельские жители брали воду для бытовых нужд, а теперь это точка опоры для подтягивания броника…
Подтягиваю эту тварь к дому, наматываю цепи на столб, а затем беру прислонённый к стене дома лом и начинаю грубую работу.
Мечу я ему в башку, но теперь ему сложнее уклоняться от ударов, так как они колющие — примерно через два десятка ударов броник сомлел.
— Ух, сука… — изрёк я, почти не видя окружающий мир. — Заебался через большую букву «З»…
Для добивания уёбка я использовал найденный в одном из домов нож-свинорез, который был мною дополнительно заточен.
Подхожу к бронику, щурюсь, чтобы рассмотреть его получше, а затем падаю на колени и, без промедления, вбиваю нож ему в глотку.
Броник открывает глаза и атакует меня повреждённой лапой, сильно пострадавшей в ходе забивания.
Когти впиваются мне в левый бок, а я прокручиваю свинорез в его глотке, и задеваю что-то очень важное.
+368 очков опыта
Новый уровень (10)
— Охуеть… — произнёс я и рухнул на снег.
Примечания:
1 — Заброневое действие тяжёлого холодного оружия — в эфире снова рубрика «Red, зачем ты мне всё это рассказываешь⁈» — тут стоит сказать, что тяжёлое холодное оружие против бронированного противника имеет одно преимущество перед пулей, даже если у пули больше энергии. Например, нам известно, что Мойшештерн имеет боевую головку массой 8 килограммов, а также нам известно, что у средневекового цепного моргенштерна была скорость боевой головки при ударе примерно в 20–40 метров в секунду. Учитывая невообразимо огромную массу боевой головки Мойшештерна, урезаем скорость до, допустим, 15 метров в секунду — расчёт показывает, что получается 900 Джоулей энергии, но зато импульс равен 120 кг·м/с. Для сравнения возьмём патрон 7,62×54 миллиметра, который как, не к ночи будет помянут, Александр Петров, сейчас, буквально, везде. У этого патрона примерно 3400 Джоулей энергии, что, вообще-то, нихуя себе, но вот импульс у него всего 8,3 кг·м/с. Вот такой импульс, когда пуля вязнет в бронежилете, оставляет на теле носителя синяки и, в некоторых случаях, ломает рёбра и вызывает контузию внутренних органов, потому что это закон сохранения импульса. У Мойшештерна же, чтобы ты понимал, уважаемый читатель, в 14,45 раза больше импульса, поэтому синяками и переломами рёбер отделаться сложно. Но решающее значение имеет время воздействия — пуля отдаёт свою энергию за 0,05–0,15 миллисекунды, а Мойшештерн делает это за 5–15 миллисекунд, что в сотню раз больше. Тяжесть повреждений, конечно же, зависит от переменных — если цель подпёрта чем-то, то будет передан максимум импульса, а если не подпёрта, то часть его будет потрачена на отталкивание и так далее. Итого: преимущества у тяжеленного цепа есть, но они почти полностью обесцениваются тем, что надо лично подходить, замахиваться и наносить удар, а эта штука очень тяжела и создаёт сильную инерцию. Гораздо удобнее и безопаснее расстрелять цель из пулемёта, поэтому человечество и перешло повсеместно на огнестрельное оружие — это очень удобно. В реалиях печальной и трагичной жизни Константина Новикова, это обстоятельство сохраняется в том же виде, поэтому оружие ближнего боя — это особо рисковый инструмент для отдельных извращенцев.
Глава семнадцатая
Танцы со смертью
*Российская Федерация, Ставропольский край, село Чернолесское , 2 6 января 2029 года*
— Студик… — услышал я голос Зулуса откуда-то издалека.
Открываю глаза и вижу перед собой смутный силуэт.
— О, даров… — приветствовал я его. — Как сам?..
— Лучше, чем ты, — ответил он. — Ты врубил форсреген?
Открываю интерфейс и вижу, что форсреген мною был врублен, но не на все повреждения, а ещё я не врубил форсдетокс, поэтому меня до сих пор травит яд.
Совершенно не считаюсь с потерями и активирую весь прайс-лист, который выкачен на сумму 1 287 023 килокалории. Из главных «блюд» — системное поражение внутренних органов средней степени — это яд позаботился.
— Не весь, блядь… — произнёс я недовольно. — Двенадцать часов и восемнадцать минут на устранение…
— Пока ты лежал, я позаботился о бронике, — сообщил мне Зулус и показал куда-то влево.
Вижу в той стороне смутный силуэт — думаю, это подвешенная туша броника.
— Ну, спасибочки… — поблагодарил я Зулуса. — А что, уже всё, что ли?..
— После такого — да, точно всё, — ответил он мне. — Возможно, это будет лучший выпуск «В мире животных с Зулусом»…
— Жду отчислений в свою пользу… — сказал я на это и перевернулся на правый бок.
— Ха-ха… — тихо посмеялся Зулус. — Жрать будешь?
— Не, я спать… — ответил я, медленно покачав головой.
Переваливаюсь обратно на спину и закрываю глаза, а потом меня мгновенно затягивает в пучину сна.
*Российская Федерация, Ставропольский край, село Чернолесское , 2 7 января 2029 года*
Вновь открываю глаза и вижу голубые небеса, в которых кружат чёрные вороны.
— О, ты проснулся, — сказал заметивший моё пробуждение Зулус. — Как самочувствие?
Прислушиваюсь к ощущениям и понимаю, что самочувствие у меня отличное — ничего не болит, головная боль прошла, мышцы не ломит, и нет ощущения сильного жжения в левом боку.
Но есть чувство, будто чего-то не хватает — и я знаю, чего именно. 1 287 023 килокалории — вот чего, блядь!
— Приемлемое, — ответил я. — Есть что-нибудь пожрать?
— Много чего, — сказал Зулус. — Я полностью разобрал броника, пожарил печень, ну и замариновал килограммов тридцать мяса — часть уже пожарил на мангале.
— Ох, охренительно, — произнёс я.
Поднимаюсь на ноги и иду к обеденному столу, вытащенному Зулусом из чьего-то дома. На столе стоит блюдо с жареной печенью, а рядом с ним стоит поднос с шашлыком на шампурах.
Салютую Зулусу куском печени и начинаю есть.
Ремень надо застёгивать на другое отверстие, потому что я очень многое потерял за эти несколько дней. Броник компенсирует мне лишь часть потраченного, поэтому я немножко расстроен.
Но, одновременно с этим, я пиздец как рад, потому что десять левелов!
— Пока ты спал, на нас напала стая лютиков, — сообщил мне Зулус. — Нам придётся загрузиться поклажей — хорошо, что сейчас зима…
— Не говори, — произнёс я и продолжил жевать мясо.
Зимой мясо замораживается и это сильно увеличивает срок его хранения, поэтому нам не нужно ебать себе мозги засолкой и вялением — оно просто лежит в свёртках и ждёт, пока мы повезём его в Волгоград.
— Ты не передумал, кстати? — спросил Зулус.
— Насчёт? — уточнил я.
— Ну, насчёт этого способа прокачки, — ответил он. — Со стороны это выглядело так, что я бы ни за что на такое не подписался.
— Не уверен, — сказал я и взял новый шампур. — Если подумать, то да, в пизду такие развлечения, но если подумать ещё раз, то десять левелов — это десять левелов…
— Аж десять? — переспросил Зулус. — Да, есть о чём поразмышлять…
— Я сам охренел — за одного броника целых десять! — воскликнул я. — За сраного броника! Я уже забыл, когда в последний раз получал столько левелов!
— Что будешь делать с очками характеристик? — спросил Зулус.
— Ну, думаю, надо Е-10, — уверенно ответил я. — Это бустанёт мою способность рывка. И, как показывает моя печальная жизнь, нужно накапливать максимальный запас калорий.
