Мастер архивов. Том 1 (СИ) - Волков Тим

Костя, услышав шум, вынырнул из-за стеллажа.

— Кать! Ты снова с нами! А я уж думал, тебя в эти жернова бюрократии навсегда засосало! — Он подскочил ближе, разглядывая приказ. — Ого! С прибавкой! Да тебя не наказали, тебя обласкали! Что это было? Ты что, тайная принцесса в изгнании?

Катя пожала плечами.

— Сама не понимаю. Вчера — конец света. Сегодня — как будто ничего и не было. Только отдел другой.

Её взгляд встретился с моим через комнату. Я сидел за своим столом, стараясь сохранять нейтральное выражение лица, но углы губ сами тянулись вверх. Она кивнула мне. Тоже улыбнулась.

Лыткин, крадучись, вышел из своего кабинета. Увидев Катю, он вздрогнул, будто увидел привидение, его лицо приобрело болезненное выражение.

— Екатерина! — забормотал он, неестественно улыбаясь. — Рад… очень рад, что недоразумение улажено! Прошу прощения за вчерашние… волнения. Очень ценный сотрудник! Место для вас уже приготовлено! Вот, рядом с… с Николаевым. Для лучшей координации!

Он указал на свободный стол прямо напротив моего. Катя, всё больше удивляясь, переглянулась со мной. Я лишь сделал вид, что погружён в документы.

Так начался её первый день в новом качестве. Атмосфера была странной: все радовались её возвращению, но за спиной перешёптывались. История с внезапным отстранением и столь же стремительной реабилитацией с повышением пахла большими тайнами. А сплетничать в отделе любили.

К обеду первоначальный шок у Кати прошёл, сменившись привычной деловой энергичностью. Мы пошли в столовую вместе, сели в дальнем уголке и наконец у нас появилась возможность поговорить без лишних ушей.

— Алексей, — тихо сказала она, отодвигая тарелку с супом. — Я так рада, что вернулась.

— А я как рад!

— Но еще больше рада, что перевелась сюда, в этот отдел. Ближе к тебе.

Она придвинулась ко мне ближе. Я почуял запах ее шампуня — луговые травы, теплой кожи, тонкий шлейф духов…

— Я не понял, тут что-то намечается? Поцелуйчики? — подскочил к нам Костя. — Романтика?

— Костя, отстань! — отмахнулся я. — Опять тебе заняться нечем?

— Почему это нечем? Я важными делами, между прочим, занимаюсь!

— Это еще какими?

— Ну например… — Костя задумался, припоминая чем в последнее время он полезным занимался.

— Не морщи мозги — все равно не вспомнишь! — рассмеялся я. — Лучше на глаза Лыткину не попадись, а то устроит тебе…

— Кстати, о Лыткине, — оживился Костя. — Вы заметили, какой он сегодня? Весь… зеленый. И не кричит. И на мои стикеры на столе даже не ругнулся! Я три оранжевых в тайне ему наклеил — для повышения креативности, — а он прошёл мимо, будто не видит. Это ненормально. — Костя заговорщицки наклонился. — У меня есть теория. Его подменили. Не стерли память, как бедняге Семен Семеновичу, а именно подменили. Или внедрили чип в голову. Или, что вероятнее, у него появился мощный внешний стимул для хорошего поведения. Я пока не знаю, какой. Но я слежу.

Он многозначительно постучал пальцем по виску. Я улыбнулся — как же близко он был от правды со своей последней теорией. Стимул не шалить у Лыткина и в самом деле появился, он — на моем телефоне.

— И ещё слушок. От Виолетты из кадров. Говорят, вчера вечером, уже после всех, к Босху приезжала машина без гербов. Чёрная, как ночь. И из неё вышел не кто-нибудь, а личный курьер архимага Зарена, Вот на нем как раз и был знак магического отдела. И был у него не пакет, а маленький, но тяжёлый сейфчик. И провёл он у Босха всего пятнадцать минут. И уехал. — Костя выдержал драматическую паузу. — Зачем, спрашивается, архимагу слать Босху что-то тяжёлое и срочное посреди ночи? Новые книги? Не похоже. Золото? Вряд ли. Я думаю… это был стабилизатор полевого резонанса. Или детали к нему. Для чего-то большого. И, между нами, — он кивнул в сторону западного крыла, — я не думаю, что это что-то хорошее. У меня спина уже три дня чешется, как перед грозой.

А вот это было интересно. Конечно же Зарен никакой стабилизатор полевого резонанса — выдуманный Костей предмет, — не привозил. Но передал что-то другое. Вопрос — что?

Костя вздохнул, на прощание бросил:

— Кать, ты держись. Если что — кричи. У меня тут ещё есть теория, что если обклеить стулья жёлтыми стикерами, то вероятность внезапной проверки снижается на сорок процентов. Надо будет проверить. Лёх, ты мне потом поможешь статистику собрать!

И он скрылся. Катя посмотрела на меня. Сказала:

— После его потока бреда мне всегда охота выпить крепкого кофе — перезагрузить мозги.

— Отличная идея!

После обеда Лыткин, всё ещё бледный и неестественно услужливый, принёс Кате её первое задание в новом отделе. Он положил на её стол папку с грифом «Для служебного пользования» и засеменил прочь, даже не взглянув в мою сторону.

Катя открыла папку и нахмурилась.

— Что это? «Сверка инвентарных описей фонда „Старопечатные книги XVI–XVII вв.“ с физическим наличием в хранилище „Сигма-7“»? Это же… гигантская работа!

— На самом деле не такая уж и гигантская, — успокоил ее я. — Но «Сигма-7» — это старое каменное хранилище в восточном крыле, — пояснил я, заглядывая через стол. — Там темно, сыро, и стеллажи высотой в три этажа.

— Про темноту и сырость ты конечно же приукрасил? — шутливо нахмурилась Катя. — У нас в Архиве между прочим работает мощная система вентиляции.

Но про высокие стеллажи не соврал! — улыбнулся я. — Тебе дали классическое задание для ссыльных и новичков, чтобы они не вылезали, не мешали и глаза не мозолили.

— Я же только пришла, — буркнула Катя.

«Не ловушка ли это?» — подумал я. Теперь любое действие Лыткина и Босха стоит рассматривать под всеми углами.

— Видимо, хотят проверить, на что ты способна, — ответил я.

Катя посмотрела на толстую папку, затем на меня.

— Ну что ж, — сказала она, хлопнув ладонью по обложке. — Значит, будем сверять.

— Только там пауки размером с кошку. Но пауки — это ещё цветочки, — пошутил я. — Ещё и крысы, и…

— Вот только не надо нагонять жути! Я, между прочим, три раза ходила в западное крыло!

— Смело!

— А то!

— Дай-ка гляну на опись.

Я взял у неё папку и бегло пролистал. Стандартные формуляры, списки шифров. Скука смертная.

— Давай помогу, — предложил я.

— Алексей, у тебя же, наверное, своих дел полно… Не надо, я сама… Мне как-то и неудобно даже, первый день на новом месте, и просить кого-то… К тому же ты уже помогал мне…

Я покачал головой и позволил себе лёгкую, искреннюю улыбку.

— Мои дела, Катя, на удивление поутихли. Лыткин, судя по всему, в ближайшее время вообще побоится мне что-либо поручать. А вопрос с ночными сменами… похоже, тоже решён. У меня появилось немного свободного времени. И, — я кивнул на папку, — определённо есть желание поизучать старопечатные книги. Особенно с такой красивой коллегой.

Катя смущённо улыбнулась.

— Правда поможешь?

— Помогу, — ответил я честно. — Во-первых, вдвоём работа пойдёт в разы быстрее. Во-вторых, в «Сигме» бывает… не очень уютно. Один раз там, говорят, практикант заблудился на три часа, пока его по голосу не нашли. В-третьих… — Я понизил голос. — Если в этой рутине и правда спрятано что-то важное (а в Архиве так часто и бывает), то лучше, чтобы рядом был кто-то, у кого уже есть опыт столкновения с местными… сюрпризами.

Последний аргумент подействовал. Катя вспомнила историю с гербами и моим походом в западное крыло вместо неё.

— Ладно. Уговаривать себя не буду. Помощь принимается с благодарностью.

— Договорились, — легко согласился я. — Тогда план такой: доделываем срочные дела, а после двух, когда народ вновь займётся своими делами, идём на разведку в «Сигму».

В хранилище «Сигма-7» царила тишина, которую нарушал лишь скрип наших шагов по старым каменным плитам. Под потолком тускло горели защищённые решётками лампы, отбрасывая длинные, пляшущие тени. Мы с Катей методично продвигались по основному проходу, сверяя номера на стеллажах с описью.