Тензор порядка (СИ) - Гор Алекс

Однако, выслушав преамбулу, Бор, уже знакомый в общих чертах с тонкостями судебной системы империи Аграф, и тем, как она обошлась с отцом девушки, поднял вверх руку, требуя голоса. И как только главный судья обратил на этот жест внимание и спросил, что хочет сказать спутник истицы и по совместительству адвокат, именно так на входе обозначил себя землянин, командир «Ареса» ответил.

— Ваша честь, я и моя подзащитная очень занятые разумные, поэтому просим рассмотреть наше дело в особом порядке. Согласно древним традициям империи Аграф, этот судебный спор начался с незаконного по нашему мнению поединка, так пусть он им и закончится. Я — как защитник интересов баронессы (Винд сделал упор на титуле) Агаты Лориналь, вызываю на бой согласно права на «алартан» любым оружием графа Ноаля и требую, чтобы он защищал свою честь лично, как некогда покойный барон Дижар Лориналь. Этот подлый трус не рискнул выступить против искреннее уважаемого мной аристократа, более того, он шантажом заставил его проиграть, угрожая убийством его дочери. Я — Бор Винд, сентурион империи Арай, обязуюсь лично защитить честь женщины согласно требованиям имперских эдиктов, — и далее землянин перечислил целый список нормативно-правовых актов, которые Дэн специально подготовил на этот случай и которые должны были не позволить ответчику оспорить требования баронессы.

Закончив, спокойный и очень уверенный в себе мужчина слегка кивнул головой судье и замолчал, а вот Ноаль, не ожидавший подобных оскорблений, подкрепленных очень даже законными требованиями, буквально взорвался, брызгая слюной от гнева.

— Это немыслимо, эти голословные обвинения ничем не обоснованы! — однако его мягко оборвал голос судьи.

— Господин граф, я могу расценить ваше поведение как неуважение к процессу. Будьте добры соблюдать протокол, тем более в присутствии его императорского величества.

Аристократ осёкся и, побагровев, замолчал, но практически сразу вытянул вверх руку, однако судья продолжил:

— Господин Бор Винд, — обратился он к землянину, — вы только что под протокол обвинили ответчика в очень серьёзных преступлениях, если у вас имеются хоть какие-то доказательства содеянного, чтобы подтвердить ваши слова, то я готов принять их к рассмотрению.

— Когда-то вам это не понадобилось во время суда над покойным бароном, — понимая в какую сторону клонит этот крючкотвор, дерзко ответил псион, — поэтому я и озвучил вам ряд законов, которые вы прекрасно должны помнить, занимая столь высокий пост. Я не собираюсь терять время месяцами, что-то вам доказывая. Я прибыл сюда с одной конкретной целью — наказать подлеца, так что будьте добры, не тяните резину, я действительно очень спешу.

Народ на трибунах загудел, услышав столь дерзкий ответ, а судья буквально задохнулся от негодования, а вот на лице Ноаля расплылась довольная улыбка. Он уже понял, что наглый человечек совершил фатальную ошибку, высказавшись столь резко, и обладая недюжинным умом и огромным опытом придворных интриг, предпочёл промолчать, ожидая, что будет дальше.

Головка хорошенькой девушки, сидящей рядом с Артондалем, слегка наклонилась в сторону монарха, и красотка что-то начала негромко ему говорить. Это действие привлекло внимание Джона, что-то знакомое почудилось ему в облике этой женщины, и он попытался понять, где ему доводилось её видеть, и без особого труда смог это сделать, опознав в ней подлую тварь, которая на его глазах убила его молодого друга — принца Фариала. Да, рядом с императором аграфов восседала никто иной как Велина Ан-Сирайтис собственной персоной, хотя как помнил бывший десантник, её вроде как казнили по словам Девики. Удивлённый увиденным, он тут же передал эту информацию командиру «Ареса», но она честно говоря не особо его заинтересовала, так как бывший диетарх был полностью поглощен окружающей обстановкой, и спутница Артондаля его, честно говоря, интересовала меньше всего, так как никакой угрозы с её стороны он не ощущал, в отличие от нескольких десятков очень сильных псионов молча стаявших в разных частях зала. В основном они конечно же концентрировались на стороне, где восседал император, и это было логично и понятно, скорее всего правитель аграфов таким образом и хочет в конечном итоге наказать наглеца, но это было ожидаемо и к подобному повороту Бор был готов. Однако, по крайней мере пока, никаких агрессивных действий эти операторы реальности не предпринимали, хотя ожидать чего-то можно было в любой момент. Сейчас землянин переживал только об одном — как бы в голову его товарищей не влезли эти самые специалисты. Винд разбил собственное сознание на множество потоков, благо что его улучшенный мозг позволял ему совершать и не такие фокусы, да и нейросеть, которую он создал при помощи научного искина в лаборатории на Земле, легко поддерживала мультизадачность. Что в комплексе и позволяло полностью контролировать обстановку.

Напряжение в зале повышалось, лицо судьи в свою очередь побагровело, и он уже был готов высказать всё, что он думает о хамском поведении человека, и аграф уже открыл было рот, успев произнести всего пару слов:

— Вы проявили полнейшее неуважение… — однако в этот момент судья вдруг осёкся и бросил быстрый взгляд в сторону императора. Несколько долгих тягучих секунд длилось его молчание, а затем он нервно сглотнул и, видимо взяв себя в руки, продолжил. — Повторюсь, несмотря на то, что вы проявили неуважение к суду, но вы, как это ни странно, обратились к нашим древним традициям, и перед лицом правителя империи мы не имеем права нарушить закон. Поэтому я, посоветовавшись с коллегами, — он развёл руки в стороны удивлённо посмотревших на него младших судей, — удовлетворяем вашу просьбу и утверждаем «алартан». Ритуальный поединок будет произведён в стенах арены через тридцать минут. Граф Ноаль, вам надлежит лично выйти на ристалище, однако как вызываемой стороне за вами остаётся право на выбор оружия. Безусловно, вы — как обладатель более знатной родословной, имеете право выставить защитника чести, но я уверен, что перед лицом его величества вы пожелаете участвовать в поединке лично, слишком серьезны выдвинутые обвинения.

Граф стоял и удивлённо хлопал глазами, он совсем не этого ожидал и явно был выбит из колеи всем произошедшим, однако надо отдать ему должное, он смог очень быстро взять себя в руки, прокачал в голове ситуацию, решив, что и здесь кроется замысел правителя и, горделиво расправив плечи, произнес:

— Я принимаю вызов. Условия озвучу перед боем.

В голове у высокопоставленного аграфа в этот момент лихорадочно метались сотни мыслей. Он судорожно пытался понять, как же лучше поступить, однако опыт подсказал ему изящное решение, и он продолжил:

— Однако, если здесь и сейчас слушается дело об обвинении меня Агатой Лориналь, то я требую, чтобы бой происходил между ней и мной лично, пусть докажет своё право на титул.

После этих слов в зале повисла напряжённая тишина, которую тут же нарушил голос судьи:

— Ваши требования обоснованы, и я утверждаю их. Ритуальный поединок, защищающий честь и достоинство графа Ноаля, состоится между ним и Агатой Лориналь через тридцать минут на главной арене. Заседание окончено. Прошу всех покинуть помещение, — закончил аграф, и на его физиономии проявилась едва заметная усмешка, а в лицо землянина упёрся тяжёлый взгляд растерянной девушки.

— Бор, я же…

— Успокойся, любимая, всё будет хорошо. Наверное, так будет даже лучше. Ни о чём не переживай и постарайся вести себя максимально непринуждённо, как и договаривались. Я всё держу под контролем, — посредством мыслесвязи протранслировал Винд.

В душе Агаты царило смятение, но она, собрав волю в кулак, натянула на своё миловидное личико слегка отстранённую улыбку, и, увидев, как Бор, развернувшись, направляется к выходу, степенно пошла за ним следом.

— Братское сердце, — послышался в голове у командира «Ареса» голос Сола, — ты что, действительно хочешь, чтобы Агата с ним сражалась? Ты вообще нормальный⁈ Ты же можешь их здесь всех прикончить разом! Зачем весь этот цирк? Грохни тех, кого планировали, и сваливаем, очень уж мне тут не нравится. Особенно то, что рядом с Артондалем сидит эта сучка, а она тварь, каких мало, уж поверь мне.