Тензор порядка (СИ) - Гор Алекс

Как только ноги девушки ступили на песок, проход, через который Агата попала внутрь, закрылся, и идеально ровный круг замкнулся. Гул в зале стоял не прекращаясь, до землянина долетали обрывки голосов: кто-то делал ставки на исход боя, однако практически все они сводились к тому, что граф, конечно же, победит. Никто всерьёз не рассматривал девушку как бойца, да и выглядела она, честно говоря, растерянно. Однако, несмотря на внешний вид, она шла вперёд, видя перед собой того, кто отнял у нее самое дорогое — отца. И если на титул юной баронессе по большому счёту было наплевать, он ей действительно не был нужен, то вот смерть единственного родного аграфа она простить права не имела.

Никаких дополнительных сигналов к началу поединка не предусматривалось, ступив на песок арены, каждый разумный тем самым подтверждал свою готовность, следовательно, бой уже начался. Вальяжно стоящий мужчина с лёгкой усмешкой наблюдал за тем, как к нему приближается жертва, и думал лишь о том, как бы эффектнее закончить этот бой, ведь если он её убьёт сразу или сделает это как-то некрасиво, то может пострадать его репутация. А здесь, как ни крути, среди зрителей — сам император, и Ноаль решил немного поиграть и поиздеваться. Поэтому, как только девушка приблизилась на расстояние пяти шагов, он склонил голову набок, как бы рассматривая Агату с головы до ног, и заговорил:

— Даже жалко будет портить такую красоту. Но у тебя ещё есть шанс упасть на колени и вымолить у меня прощение, признав поражение. Думаю, император поймёт меня, если я проявлю благородство. Но за это тебе придётся отработать.

Агата вспыхнула от гнева и хотела огрызнуться в ответ, но в этот момент в дело вступил землянин. Он и не собирался отправлять свою любимую женщину с неясными шансами на исход боя, поэтому просто и без затей взял полный контроль над её телом, задействовав для этого несколько потоков сознания и переключившись на «дистанционное управление». Поэтому первые слова, которые граф услышал от казавшейся столь хрупкой и невесомой девушки, немного выбили его из колеи. Землянину нужно было немного времени на адаптацию, поэтому он слегка подвигал руками и головой, проверяя, всё ли работает как надо, а чтобы потянуть время, решил ответить графу такой же любезностью.

— У меня есть к тебе встречное предложение. Я знаю, у тебя достаточно большая семья и несколько сыновей. Поэтому сейчас ты встаёшь на колени, и я отделяю твою мерзкую голову от туловища, но за это я пообещаю, что пощажу остальных из твоего выводка. Ведь если ты не согласишься и мне придётся помахать железом, после поединка я приду и вырежу их всех до единого. Так что выбирай. Аттракцион невиданной щедрости с моей стороны не продлится долго.

Тон, которым это было сказано, почему-то выбил аристократа из колеи, столько в нём было уверенности, что он на секунду даже поверил, что всё так и будет. Однако уже через мгновение отбросил эти непрошенные мысли в сторону, понимая, что девушка скорее всего решила поблефовать в ответ, и договориться с ней он не сможет, да и не пойдёт она никогда на это — слишком гордая, как и её папаша.

— Ну что ж, сучка, значит, ты умрёшь. А потом — и твои друзья, — пообещал Ноаль.

Бор, уже полностью освоившийся с новым телом, словно слившись с ним, пожал плечами, сделал несколько пробных махов клинком, а затем поманил кончиком меча своего визави и приготовился. Разница между ним и графом состояла в том, что скорость мыслительных процессов в преобразованном теле бывшего диетарха, созданном из остатков древних технологий, намного превосходила то, чем мог похвастаться, даже обладая самой лучшей в своём классе нейросетью, граф, и даже несмотря на то, что сейчас землянин использовал чужое тело, ему удавалось повышать мыслительный процесс на порядок. Поэтому сейчас, разогнавшись до максимума, землянин видел глазами Агаты наступающего на него Ноаля словно на кадрах замедленной съёмки. При таком раскладе исход боя был предрешён изначально. Винд, обладая от природы слегка извращённым чувством юмора, тоже решил в свою очередь поиграть и по возможности унизить оппонента. Поэтому, когда тот сблизился на расстояние метра и мастерски сделал выверенный выпад — это действие для землянина, находящегося в теле девушки, выглядело очень медленным и тягучим — он без особого труда ушёл с линии атаки, попутно сделав лёгкий взмах, и оказался за спиной противника, после чего с силой толкнул графа ногой чуть пониже спины и сразу же разорвал дистанцию. Со стороны это выглядело будто девушка на секунду размазалась в пространстве — настолько быстрыми казались её движения. Ноаль, не ожидавший ничего подобного, резко вскрикнул от боли и заозирался, потеряв из виду мерзавку, на поверку оказавшуюся слишком ловкой. Из левого трицепса хлынула кровь, и повреждённая рука практически перестала слушаться, тут же начав неметь.

Опытный боец сразу же понял, что бой лёгким не будет и что его, скорее всего, не убили сразу, потому что хотят поиграть, с намерением окончательно унизить. Аристократ мгновенно занялся тем, что нужно было сделать в ту же секунду: он активировал все доступные ему возможности продвинутой бионейросети, подключая все имеющиеся импланты, тем самым разгоняя этот своеобразный технологический костыль до максимума. Первым делом он ввёл в кровоток с помощью специализированного экспериментального медицинского импланта порцию медикаментов с целью увеличить свёртываемость крови и снизить болевые ощущения. Ему тут же стало полегче. Основной бизнес аристократа состоял в производстве нейросетей, и кому как не Ноалю обладать самым лучшим и совершенным оборудованием. Граф развернулся, и исчезнувшая с его сухощавого лица усмешка сменилась максимально серьёзным выражением. Скорость его движений увеличилась, и хоть он прекрасно понимал, что потом за это придётся расплачиваться, но, по большому счёту, это сейчас не имело никакого значения. Впоследствии придётся всего лишь пройти небольшой курс лечения в медицинской капсуле, а это совсем малая плата за успех.

Попутно он проверил, как чувствует себя повреждённая конечность, сжав и разжав кулак. Видимо, ему повезло, и нервы оказались не повреждены, потому что рука работала, хоть и не так хорошо, как раньше. Резкий подскок, ложное уклонение, обманный выпад и попытка укола — и вновь неудача. Причём лезвие его клинка ощутило настолько сильный удар от парирования, что рукоять чуть не вырвалась из ладони Ноаля. Но теперь ускоренное восприятие уже позволило опытному бойцу уловить движения девушки. Несмотря на скорость, он отметил, что действует она очень профессионально. Только вот ещё он осознавал одну простую истину: никаких ресурсов организма не хватит этой соплячке на длительную поддержку таких показателей. «Применение стимулирующих препаратов, — скорее всего, именно ими она и воспользовалась, ничем другим подобное преображение он объяснить не мог, — но это значило, что скорее всего она очень быстро выдохнется. Мне просто надо продержаться какое-то время».

Удары графа посыпались один за другим, и Винду, ведущему этот поединок со стороны, пришлось обороняться. Он тоже понял, что в поведении Ноаля произошли изменения, и он стал быстрее. Однако, землянин всё ещё не хотел убивать его сразу, а предпочёл продолжить игру, хотя, надо признать, ему несколько раз чуть было не досталось, но он всё-таки оказывался быстрее. Аграф обзавёлся ещё несколькими неприятными порезами, а седьмой выпад аристократа вообще закончился для него кровавой потерей: его левое ухо, отделившись от головы, пролетело несколько метров и шлёпнулось на песок арены. Сам граф взвизгнул от боли, торопливо разорвал дистанцию и прижал поврежденной рукой немеющую кисть к кровоточащему обрубку.

— Имеющие уши да услышат, — многозначительно продекламировал бывший диетарх, наблюдая за тем, как в глазах аграфа разгорается зародившийся после первого ранения страх, постепенно, но неумолимо превращаясь в ужас. — Ах да, тебе такое теперь не грозит, я ведь сейчас и второе отрежу.